Мгновение — и я снова стою возле ржавого забора. Резко оглянувшись, я увидел соседскую резиденцию, стоящие вдалеке машины и выдохнул, усаживаясь на бордюр. «Чей это дом? Надо бы в следующий раз подальше его обходить», — подумал я, вытирая со лба пот со следами копоти.

Аша

У окна стоял тот, кого я совершенно не желала видеть. Самал со своим фирменным недовольным лицом и скрещенными руками на груди пристально смотрел на Онгона. В этот момент мне хотелось прижаться к Хранителю и попросить забрать меня отсюда, но я никогда не интересовалась, каким образом он перемещается в пространстве. Я не знала, какими магическими навыками Камни могут наделять своих Хранителей. И имеется ли у Онгона портальный камень? О своём пополненном резерве я совершенно забыла и, растерявшись, просто замерла, переведя взгляд с Самала на невозмутимого огневика. Тот, поправив растрепавшиеся волосы, поднялся на ноги и поздоровался с архимагом.

— Признателен за помощь, можете идти, — ответил на это Самал, теряя интерес к мужчине.

Теперь всё его внимание было направлено на меня. А мой организм решил выдать реакцию на происходящее. По телу прошёл озноб, вызывая на коже мурашки. Вспомнив, в какой лёгкой сорочке с тонкими бретельками я нахожусь, рефлекторно прикрыла грудь, ощутив проступающие острые соски, вставшие от непонятно на что возникшей реакции, и сползшую с плеча бретельку. А так как я в это время смотрела на Онгона, то его удовлетворение от увиденного не осталось незамеченным. Возбуждённые бабочки недавним поцелуем снова запорхали, и мне пришлось прикрыться одеялом.

— Спасибо, — хрипло сказала я и поразилась тому, как интимно это прозвучало.

Онгон, сглотнув, слегка склонил голову и тут же вышел за дверь, а я, завернувшись с головой в одеяло, улеглась на подушку, пряча стопроцентно краснющие щёки.

— И что это было? — спросил Самал, усаживаясь на край кровати.

Что именно его интересует? На всякий случай не буду отвечать, а то вдруг не про это хотел знать.

— Мы с тобой уже обсуждали. Если что-то не нравится, то сразу говоришь. Зачем эти прятки?

«Уф, хорошо, что речь не про Онгона», — выдохнула я про себя.

— Что тебе сказал Бекдияр?

— Он знал моих родителей, — проговорила я в подушку, а затем, подскочив, повернулась и, оставаясь завернутой в кокон, добавила: — Остальное мне рассказали Камни. Твои родители убили моих! А ты знал! Ты знал! — закричала я, глядя в закаменевшее лицо архимага.

Самал не сразу нашёл что ответить, а затем сдвинул свои густые брови к переносице и, выдохнув, тихо заговорил:

— Ты думаешь, я этим горжусь? Думаешь, у меня хорошие отношения с матерью? Из-за неё я даже в академии убрал факультет артефакторики. Ты не задавалась вопросом, почему в одной из самых больших академий не обучают магов с таким важным даром? Потому что моя мать очень хороший артефактор, и она хотела быть магистром при моей академии. У неё были грандиозные планы на юных адептов, но я не позволил лезть в управление и менять устав.

— А ещё твои родственники были причастны к убийству ректора Горна, поэтому в библиотеке от тебя было скрыто всё о Нереусе, — перебила я его и, проговорив это, поняла, что об этом он тоже знал.

— Пошли домой, — выдохнул он и потянул ко мне руку.

Я, как заяц, подпрыгнула и хотела встать с кровати, но, запутавшись в постельном белье, полетела с неё. В паре сантиметров от пола Самал перехватил меня, прижал к себе и разместил на своих коленях. Засунул руку в одеяло, нащупал мою коленку и крепко сжал, явно получая удовольствие. Его совсем не заботило моё самочувствие, ни физическое, ни тем более душевное. Оттолкнувшись, я смогла выбраться и, встав посреди комнаты, грозно произнесла:

— Не смей меня трогать!

После этих слов я ожидала чего угодно, только не его снисходительной улыбки. Ну да, полураздетая, лохматая побирушка Аша приказывает целому архимагу, богатому аристократу, сыну очень влиятельных людей, уважаемому ректору столичной академии и, не помню ещё, какие там у него регалии… В этом ироничном взгляде я увидела насмешку, и стало ещё противнее от того, что я всего этого раньше не замечала. Или я действительно настолько глупа, или всё это время он искусно притворялся.

— Даю время одеться и попрощаться, — добил он меня, и я почувствовала, как стала нагреваться печать.

Та часть рисунка, что относилась к Самалу, стала жечь. Потерев её пальцем, я увидела линии и узоры, которые видны только при магическом зрении. Это значило, что глаза мои сейчас светились, как две яркие искорки.

— Убирайся! — вырвалось из моего горла, и Самал тут же исчез, оставляя меня в гордом одиночестве.

От осознания своей силы я рассмеялась. Ну, когда же я привыкну к своему дару? Я теперь не просто бесфамильная Аша — я потомок царицы Гамиры Первой. Я Аиша Айлана Кирмат! Это с жалкой нищенкой Ашей можно не считаться, а к аристократке госпоже Кирмат нужно обращаться с уважением! От этих мыслей мне стало тошно, и я расплакалась, оседая на пол. Что мне делать? Как после такого мне возвращаться в академию? Где мне теперь жить и на что существовать? Оставаться здесь не вариант, отмеченные маги будут мотаться сюда, и мне не хотелось бы никому из них рассказывать причину моего побега. Вдоволь наревевшись, я услышала, как за дверью кто-то топчется, не решаясь войти, и мне пришлось брать себя в руки.

Вечером, сидя за общим столом, все делали вид, что ничего не произошло. Юрт рассказывал деревенские новости, а я пребывала в своих мыслях. Аи надолго не хватило, и она стала расспрашивать меня про Онгона. Вспомнив тот страстный поцелуй, я слегка смутилась, но на все интересовавшие девушку вопросы ответила.

— Вы из-за него с архимагом поругались? — спросила Агли, чем заинтересовала отсутствующего в то время Юрта.

— Нет, мы не ругались. Так, слегка поспорили, — соврала я.

— Видать, проспорила, раз ревела там белугой, — подколола меня Аи и получила от матери тычок в бок.

Юрт нахмурил брови и пригласил меня прогуляться. Шагая с ним под руку по проселочной дороге, я вдыхала вечерний прохладный воздух и с наслаждением поглядывала на звёздное небо.

— Он обижает тебя? Руку поднимает? — задал наконец-то волнующий его вопрос.

— Нет, что ты! Никогда! Правильнее сказать, что я сама обижаюсь. Он не считает нужным ставить меня в известность в некоторых вопросах.

— Так это же неплохо. Он, возможно, просто не хочет тебя расстраивать. Оберегает.

— Мужская солидарность, да? — усмехнулась я. — К его родителям у меня большие вопросы…

— Так тебе с ними не жить. Или дело не в этом? Я думал, дело к свадьбе идёт, но вижу, что ты не хочешь… Мужчину другого повстречала?

— И да, и нет, — честно ответила я. — Из-за магической нестабильности меня бросает из стороны в сторону. Тяжело жить среди людей.

Больше Юрт ничего серьезного не спрашивал, медленно вёл меня по протоптанной тропинке обратно домой, а мне после такой прогулки в приятной компании и вправду полегчало.

На следующий день появился Агъян. Я его сначала даже не узнала. Что за метаморфозы происходят с его волосами? Теперь они были абсолютно седыми. И ножниц они действительно давненько не видели. Что за мода пошла у всех на длинные волосы?

— Если в столице все такие красивые, то я не буду поступать учиться, а сразу буду искать себе мужа, — выдала Аи, провожая гостя на кухню.

— Ты думаешь, что парни позарятся на необразованную девушку? — усмехнулся Агъян, разглядывая, как я, согнувшись над мусорным ведром, чистила картошку.

— На Ашу же позарился целый ректор. А насчёт меня, они позарятся на мою красоту, — фыркнула она, предлагая мужчине сесть на лавку.

— Обычно красивые только себя и любят. Они не терпят тех, кто красивее их, — рассмеялась я, беря следующий клубень.

— Неправда! Архимаг же любит тебя, а он тоже красивый мужчина. Не такой, как вы, конечно, — села она напротив Агъяна, разглядывая его лицо. — Вот вы? Вы выбрали бы меня? Я молода и здорова. Детей вам родить могу, сколько захотите, — не унималась она, теребя свою длинную косу, и я рассмеялась в голос.