– Мамочки, – прошептала я, переводя взгляд с лженевесты на принца и обратно. Девушки и вовсе выглядели шокированными. Все, кроме одной. – Что же это…

На миг я испугалась, что Бургильда все же не оставит попытки добраться до принца и добиться его любви, но, хвала всем богам, у мужчины оказались совсем другие планы. Он встал на одно колено перед застывшим от шока или ужаса наследником и склонил голову, подтолкнув остатки платья себе за спину, делая из них подобие розового плаща.

Он был красив. Так красив и мужественен, что я не могла понять, как все это время ему удавалось водить нас за нос. И оставался главный вопрос: зачем?

– Что происходит? – процедил принц, и впервые я испугалась его. Глаза Аластора метали искры, на скулах ходили желваки. – Объяснись сейчас же, пока я не велел казнить тебя.

– Это выше моих сил, Ваше Высочество! Я прошу вашего благословения и милости.

– Объяснишь в темнице, – прищурил глаза Аластор. – Стража!

– Нет! – Камилла подбежала к мужчине и села рядом с ним, умоляюще смотря на принца. Лицо ее стало бледнее обычного, черные блестящие волосы растрепались, сейчас она совсем не была похожа на ту избалованную и капризную наследницу, какой я увидела ее впервые. – Мой принц, прошу, не казните его! Это все из-за меня и моего отца… – она замолчала, промокнув увлажнившиеся глаза краем белого платка, и принц зарычал, сметая со стола тарелку с едой.

– Вздумали выставить меня идиотом перед всем двором и королевством?! Как ты посмел?! Мужчина на отборе!

– Ваше Высочество, – взмолилась Камилла, падая на пол и склоняя голову. – Это только моя вина, накажите меня! Мой отец знал о пророчестве богини, о «враге», поэтому не хотел отпускать одну. Но он изменил решение, когда меня вызвался охранять его лучший воин.

– Я здесь не только из-за твоего отца, Камилла, – сказал мужчина, и все замерли. – Я здесь, потому что люблю тебя. И всегда любил. Я хотел просто защищать тебя и выполнять свой долг, хоть и смотреть, как ты бегаешь за принцем, – выше моих сил… Я не хотел мешать тебе, клянусь, я понимаю свое положение. Но сегодня что-то перевернулось во мне, стало невыносимо видеть тебя так близко без возможности сказать о своих чувствах.

– Я… Я тоже люблю тебя, Гильд! – подбородок девушки задрожал, и она кинулась на шею опешившему мужчине, громко зарыдав.

– Камилла!

– Прости-и-и! – завопила девушка, прижимаясь к Гильду всем телом, закрывая его от взглядов присутствующих темно-фиолетовым пышным платьем. – Мой отец никогда бы не разрешил мне даже заикнуться о таком. Я хотела стать принцессой… Но сейчас я… Ва-а-а! – она уткнулась в его плечо, захлебываясь рыданиями.

Фея, Лисана, я – мы смотрели на парочку во все глаза, пытаясь осмыслить происходящее. Лисана вытерла глаза рукавом платья и прижала руки к груди.

– Ваше Высочество, если вы хоть раз любили… – умоляюще прошептала Камилла, не отпуская воина.

– Аластор, – всхлипнула я, проникаясь жалостью к влюбленным.

– Святые лучи, и вы туда же, леди, – глаза принца закатились, а после он встал и стремительно направился к выходу. – Делайте что хотите. Вы двое – вон из моего замка и никогда более не попадайтесь мне на глаза. Казню.

Я икнула, вновь посмотрев на парочку на полу: Камилла рыдала то ли от радости, то ли от безнадеги, а может, и от всего сразу. А мужчина застыл и немигающим взглядом смотрел на ее черноволосую макушку, не в силах поверить своему счастью. Отец Камиллы – влиятельный человек в этой Сфере и точно не отдаст свою дочь тому, кого посчитает недостойным, Гильд – обычный воин. Что ждет их в будущем?

– Ох, э, вот, накиньте, – Лисана стянула скатерть со стола и неловко предложила ее воину, старательно отводя взгляд от его обнаженной загорелой груди. Фея же прищурилась, а потом звонко хлопнула ладонями по своим красным щекам, будто пыталась вернуть ясность мысли. Короткие каштановые волосы ее подпрыгнули и улеглись обратно на плечи.

– До свидания, леди, – откланялась она и тоже пошла в сторону выхода, прихватив с собой смущенную служанку.

Одна лишь Фауна выглядела невозмутимой. Как нашкодивший кот, она стояла в стороне, будто все это завертелось без ее участия. Но, как ни странно, я не жалела о своем приказе. Один взгляд на Камиллу и Гильда заставлял думать о правильности того выбора. Элексир сделал свое дело, хоть я и выбирала для него другую роль.

– Что теперь будет, Гильд? – всхлипнула девушка, смаргивая слезы. Даже плачущая, она выглядела очаровательно: вздернутый нос едва покраснел, ресницы слиплись и теперь были темнее и тяжелее обычного, а синие глаза сияли ярче сапфиров. – Мой отец никогда не позволит… Если он узнает…

– Ты сделала меня самым счастливым, я и не мог надеяться на твой ответ, – большая рука мужчины легла на ее щеку и стерла бисеринки слез. – Все остальное оставь мне.

Она кивнула, старательно поджимая губы, но подбородок ее продолжал дрожать.

Я вытерла уголки глаз и прокашлялась.

– Что ж… – Я моргнула раз, второй, пока все присутствующие ждали, но не могла подобрать слов. Извиниться за зелье? Но все счастливы. Благословить их? Но кто я такая. – Теперь на отборе три невесты. Камилла, Бу… Гильд, надеюсь, вас ждет счастливое будущее. Боритесь друг за друга, ведь истинная любовь приходит к нам не так часто. Она – ценность, самая великая в этой Сфере и всех прочих. Отец или целый мир – не позвольте никому отнять ее у вас. Прощайте.

Девушка кивнула, и взгляд ее наполнился решимостью. А мужчина прижал ее к себе еще крепче, чуть склонив голову.

Я развернулась и пошла прочь. Три невесты. Нет, их осталось двое. Фея и Лисана.

Истинная судьба и враг. А еще была я.

Кто есть кто?

Маленькое желтое платье Мориэллы почти разошлось по швам, когда я не рассчитала время и перевоплотилась в ведьму прямо в нем, так что теперь я завязывала ее плащ на шее, скрывая одежды. Что Аластор подумает о такой неопрятности?

Я хлопнула себя по щекам: не время думать о подобных глупостях. С самого утра я была как на иголках. Осталось всего две невесты. Или целых две, учитывая, что теперь они почти мои конкурентки в любви… Я немного жалела, что Аластор так и не выпил то зелье, но теперь ничего не поделаешь. Я могла проверить его слова лишь несколькими способами, и ни один из них мне не нравился. А уж Люцитору подобный расклад не понравится тем более.

– Ты пришла, – парень встретил меня возле коридора его покоев, как мы и договаривались. Ни одного стражника, а вот голоса слуг я слышала отчетливо.

– Тут слишком людно…

Аластор лишь спокойно кивнул и подал мне руку в галантном жесте. Я не смогла сдержать улыбку, и через минуту мы уже прогуливались как настоящая парочка.

– Рядом с моими покоями есть пустующее крыло. Раньше там жили слуги, пришедшие за моей матерью из ее королевства.

– Они ушли обратно, когда она… – я запнулась, почувствовав неловкость. – Расскажешь мне?

– Не тогда, – принц мотнул головой. – Они обрели здесь дом, и я застал многих из них. Пока мой отец не развязал войну. Покинули нас не только слуги мамы, местные тоже, но это крыло до сих пор пустует, король запретил селить туда новый народ.

– Вот как, – я приподняла брови, чувствуя ногами нарастающий сквозняк по мере нашего приближения к пустующим комнатам.

– Раньше он называл это место островком Эйвиниума. Их уклад совершенно отличается от нашего, другие люди, другие порядки. Сейчас увидишь и поймешь меня.

Я тут же вспомнила, что в этой Сфере было три Дома. Света, Эйвиниум и Долина, родом из которой фея Фавилорра.

Светло-золотистые коридоры сменились пестрыми цветами в один момент. Ярко-желтая стена выросла перед нами, и принц довольно улыбнулся, погладив облупившуюся местами краску кончиками пальцев.

– Резкий контраст, – сказала я, наклоняя голову. – Ты часто бывал тут?

– Вот здесь, – он указал рукой вниз, – раньше росли цветы. Всех размеров и расцветок, ими были заполнены стены, коридоры и комнаты слуг, и не волновала никого несуразность и нагромождение красок. Дети бегали по коридорам в развевающихся цветных мантиях, и ни один чванливый слуга не мог их остановить, таких здесь не было. Не ступала сюда и нога Ферниса. Вот здесь, – мы двинулись дальше, и Аластор указал на высокое окно в потолок, затянутое паутиной, – всегда находился кто-то, играющий на фоваре, инструмент лежал и ждал своего нового хозяина. Его музыка разносилась по всему замку, не меньше. Однажды служанка вела меня на обед и принялась танцевать и петь вместе с остальными, лишь услышав музыку. Я был маленьким и ничего не понял, но сейчас присоединился бы к ним, это точно.