— Смотри куда прёшь! — кирнул мне в ухо, какой-то выпивоха, за то, что я случайно наступил ему на ногу.

— Поимей совесть, дядя, — меня перекосило от сильного запаха, бормотухи, — разве можно так нажираться к середине дня?

— Умный что ли? — мужику явно захотелось поскандалить.

— Не выступай, целее будешь, — ответил я и спокойно двинулся в нужном мне направлении.

Мужичок, еще долго кричал мне в след, — иди сюда, да кто ты такой, — но меня это уже мало волновало. И так, что я имею? Через две с лишним недели у меня будет днюха, и стукнет мне целых шестнадцать лет. По закону, из уже родного детского дома, меня выпустят в большой и полный неизвестности мир. Комната от матери у меня есть — это плюс. На жизнь могу заработать, устроившись на фабрику или завод, можно попробовать пойти в фотоателье, все же я был неплохим фотограф ом в той жизни. Спорт? В принципе в баскетбол, не смотря на мой рост метр семьдесят два, я могу играть на уровне чемпионата СССР. А дальше что, в институт физкультуры? И наконец, меня может прокормить музыка. И самое главное всех друзей подтяну, Толик и Наташка, вообще таланты, просто созданы для сцены.

С такими мыслями я дотопал до сквера и уселся на скамеечку, около бетонной ограды, на которую зачем-то прикрепили белую античную вазу. Идея с музыкальной группой мне нравилась все больше. На заводе я успел повпахивать еще в той жизни, очень скучная работа. Спортом же лучше заниматься исключительно для здоровья. Так что вперед и с песней. Осталось только устроиться на работу в какой-нибудь дворец культуры, где я со своим ВАИ смогу проводить вечера танцев, то есть дискотеки. А дальше гастроли по городам необъятной Родины, свой продюсерский центр и ленинская премия за вклад в искусство. Хотя с ленинской премией я погорячился, так как в 90-м мне будет уже сорок шесть лет, а после развала СССР какая может быть в … премия.

Через три часа в актовом зале школы собрались все участники ВИА «Синие гитары», плюс начинающая модельер Тоня, танцор диско Санька Зёма, но минус ударник эстрадного труда Петр. Кстати нужно будет его в ближайшие дни навестить, какое может быть ВИА без ударных?

— Прежде чем мы возьмемся за инструменты, у меня к вам серьезный разговор, — начал сразу я, — хочу услышать от вас, как вы видите свое будущее?

— Мы музыкой будем заниматься, — первым ответил за себя и сестру Толик.

— А я танцами, — выпалил Санька, и все захохотали, а он изобразил волну и приставной дискотечный шаг.

— Я учиться дальше пойду, — скромно сказал наша клавишница Иринка.

— В музыканты мама не разрешает? — передразнила ее Наташка.

— Наташа? — первым возмутился Толик.

— Подумаешь, какие нежности, — фыркнула его сестра в ответ.

— В самом деле, так нельзя, мы же одна команда, — я поддержал возмущение друга, — Вадька, а ты чего молчишь?

— Я хочу с вами в музыканты, — пробасил наш басист, — но если не получится, на завод пойду, слесарем.

— Бура! — обрадовался Толик, — ты уже не плохо ластами по струнам стучишь! Я тебя еще поднатаскаю, ты вообще будешь супер!

— А я модельером хочу быть, — ответила Тоня, — и с вами хочу, хоть бы и костюмером. А можно и модельером и костюмером с вами?

— Да! Тонька, — взвизгнула Наташка, и обняла подругу, — это отличная идея!

После чего все вопросительно уставились на меня.

— Что вы так смотрите? — я развел руки в стороны, — я, как все, будем продвигать наше музыкальное творчество вперед и выше! Тоня — наш костюмер. Саньке тоже дело найдем, нужно же кому-то технику разгружать и загружать, провода сматывать.

— За пивом, то есть за квасом бегать, — хохотнул здоровяк Вадька.

— Тоже дело, — я улыбнулся, — с завтрашнего дня обойду, все московские дома культуры, попробую пристроить наш вокально-инструментальный ансамбль куда-нибудь. Ирина, ты с нами лето отыграешь?

Девушка молча кивнула головой, немного шмыгнув носом. Довела ее все-таки Наташка.

— А кто будет у нас играть на ударных? — опомнился толик Маэстро.

— С Петром я поговорю, — ответил я другу, — в конце концов, Москва — город большой, можно сказать резиновый. Найдем еще кого-нибудь. И последний вопрос. Мы заработали за первую дискотеку 4 тысячи рублей. Предлагаю каждому заплатить по 500, и еще 500 рублей оставить в общей копилке. Тем более я заказал Виталику три микрофона. Кто против, прошу рук не поднимать.

Против никого не оказалось, и я раздал деньги, которые уже давно обжигали мой школьный потертый портфель. Только Ирина попросила, чтобы я эти деньги принес сам к ним домой и отдал ее родителям. Вот что значит домашний ребенок, никакой самостоятельности. Нужно Наташке больше упражняться за синтезатором, вдруг Ирина не выдержит нашей артистической действительности. Это только кажется, что на сцене работать легче легкого.

— Тоня, — я обратился к нашему начинающему модельеру, — нужно переделать наши сценические костюмы. Джинсы — оставляем.

— Что? — не поняла девчонка.

— Какие джинсы? — удивился Санька.

— Я хотел сказать джипсы, — тут же нашелся я, — брюки для повседневной жизни из парусины, сокращённо джипсы.

Ну, надоело мне называть привычные джинсы — парусами.

— Отлично звучит, джипсы! — улыбнулась Тоня.

— Значит так, — я продолжил, — джипсы оставляем, рубашки из парусины переделываем в куртки, и прикупим еще для каждого по рубашке. Их придется немного перекроить, убавить в талии. А то местная легкая промышленность стряпает безразмерные мешки. А нам нужны будут стильные приталенные рубашки.

— Желательно из яркой ткани, — схватила мою мысль на лету Тоня.

— Еще бы я немного к низу джипсы расширил, — я изобразил руками, как выглядят брюки клеш, — я думаю, так должен выглядеть настоящий диско стиль. Брюки клеш, приталенные цветастые рубашки и джипсовые пиджачки.

— Ну, хорошо, — задумалась наша модельер, — ты мне все нарисуешь вечером, и я еще раз подумаю, что можно будет сделать.

— Мы сегодня репетировать будем или как! — завозмущался Маэстро.

— Зануда ты Толик, — усмехнулся я, — всё репетиция! Народ, я сочинил припев и куплет к нашему вокализу.

— С этого и надо было начинать, — зазудел Маэстро, — а то деньги, джипсы, да хоть чипсы!

— Как ты сказал? — на меня внезапно дунул ветерок из той былой жизни, — чипсы?

— Ну, чипсы, — набычился он, — давайте репетировать.

Что-то чипсов захотелось, подумал я, взял гитару, и заиграл проигрыш «I Will Survive».

— И припев:

К концу репетиции в актовом зале собрались почти все старшеклассники школы. Слетелись как голуби на пшено, или как мухи на варенье. Поэтому последние три композиции мы исполняли как на концерте. И закончили свой репертуар песней «Звезды над Москвой», моей вольной компиляцией «Hotel California» и песней «Летний вечер» группы Стаса Намина.

— Всем спасибо, все свободны! — крикнул я в зал.

— У-у-у, — загудели недовольные здоровенные детские лбы.

— Это черти что, а не репетиция, — на ухо мне высказался Толик Маэстро.

— Ничего, завтра будем умнее, вовремя закроемся, — похлопал я его по плечу.

— Богдан! — ко мне подошел центровой школы Дениска, со своей неизменной спутницей Инной Синицыной, — слышал, ты с физиком пари заключил, что выиграешь чемпионат школы по шахматам? А он тебе пятерку по физике поставит?