— Ти можьешь идти? — спросил он, склонив голову на бок. — Миться, — добавил он, махнув рукой на узкую дверь.

— Нет времени на это, отправь его домой, — воскликнула женщина на чистом тонивийском.

— Я нье хотеть, чтобы она видеть его в такой въид, пусть думать обо мне хорошо, — медленно произнёс он, возвращаясь к своему креслу.

Лекарь, повысив голос, стала что-то выговаривать ему уже на своём языке, а затем вдруг подошла ко мне и, подхватив за локоть, поставила на ноги. Вот это женщина! Я восхищенно посмотрел на неё и пошатнулся. Как в такой хрупкой девушке может умещаться столько силы? Оценив физические данные дроу, я прислушался к своим ощущениям. Сильная слабость норовила уложить меня обратно на пол, и боль во всём теле давала о себе знать, но она была теперь настолько терпимой, что я осмелился спросить:

— Почему вы мне помогаете?

— Печать, — ответил дроу и ткнул пальцем в район моей кисти.

— Это я и так понял, — ответил я, делая осторожный шаг в сторону ванной. Опустив голову, я посмотрел на свой ужасный вид и поморщился не столько от него, сколько от отвратительной вони. Босые стопы без ботинок и носков ощущали холодный каменный пол, и я стал радоваться тому, что я снова чувствую хоть что-то!

— Возродъилась тцаритца или её потомок, — еле понятно произнёс дроу, чем вывел меня из задумчивости о моем состоянии.

— И? — спросил я, не понимая пока, хорошо это или плохо, что они узнали об Аше.

— Ти отьвъести меня к ней.

— Зачем? — спросил я, схватившись за дверь.

— Нье бояться, я нье причиньить ей зло, — слегка улыбнувшись, сказал он и махнул рукой, чтобы я зашёл внутрь.

Я подчинился. Нужно обдумать его слова и, раз выпал такой шанс, наконец-то помыться. Медленно перебирая ногами, я дошёл до каменной ванны и, облокотившись на край, поспешил скинуть с себя грязную и чересчур вонючую форму или, точнее, то, что от неё осталось. На ней были разорваны накладные карманы, воротник и рукава. С трудом разобравшись с допотопной системой водопровода, я старался быстрее смыть с себя запекшуюся кровь и грязь. Мне не терпелось узнать, для чего ему понадобилась Аша, и вдруг поймал себя на мысли, что она опять меня спасла. «Неужели я вернусь домой?» — радостно воскликнул я про себя, осторожно вылезая из ванны. Те силы, что появились у меня после лечения, стремительно таяли, и трясущимися руками я взял полотенце. Обматывая его вокруг талии, оглядел мрачную комнату и убедился в отсутствии какой-либо чистой одежды. «Хоть бы халат какой, но, скорее всего, дроу их не носят. Придётся выходить в полотенце», — подумал я и снова скривился, глядя на зловонную кучу своих вещей. «Нет, надевать это меня никто не заставит… Ладно, посмотрим, что скажет этот подросток», — с этими мыслями я открыл дверь.

В комнате, сидя в тёмно-коричневом кожаном кресле, меня ждал дроу. Один. Взмахом руки он указал на стол.

— Ешь, — доброжелательно сказал он, а затем махнул на соседнее кресло, — Одежьда.

Я посмотрел на аккуратно сложенные вещи и сразу же шагнул к ним. Всё же голым находиться в тылу врага было неприятно. Натянув на себя штаны, я искоса посмотрел на мальчишку. Серая кожа, белые волосы, ярко-зелёная радужка глаз — всё это было настолько необычно, что я не сразу заметил, как он тоже внимательно меня рассматривает. Быстро натянув на себя рубаху, я подошёл к столу и взял первый попавшийся кусочек мяса. Травить вряд ли будет, так что хоть поем нормально.

— Почьему ти попасть вь плен? — спросил дроу, откинувшись на спинку кресла.

— Не повезло, — хмыкнул я на откровенно дурацкий вопрос.

— Она скоро найти тьебя? Печать? — кивнул он, глазами указывая на мою руку.

— Имеете в виду, что недавно ли она поставила мне печать? Если да, то нет, это было давно, — смиловался я, видя, как ему тяжело говорить на моем языке.

— Почьему нье уметь ей пользоваться?

Вот тут я перестал жевать и удивленно посмотрел на серьёзного дроу. Он явно о царице и печатях знает больше, чем мы.

— Нье знать, — утвердительно произнес он, отвечая на свой вопрос. — Я льюбить Гамиру.

— Так её давно уже нет, — тихо произнес я, понимая, что передо мной оказывается совсем не подросток.

— Для вас, льюдей давно, — грустно сказал он и вдруг поднялся на ноги.

Вот как воспринимать его взрослым существом, если выглядит он так по-детски, да ещё этот невысокий рост… Стройный, изящный, как девушка.

— Дай посмотреть, — попросил он, подойдя ближе.

Я тут же протянул ему руку. Дроу снял свою кожаную перчатку, и я увидел на его серой коже узоры, очень похожие на мои. Спросить ничего не успел, потому что как только он дотронулся до моей ладони, наши печати вспыхнули, и я отключился на несколько секунд, затем почувствовал рывок, и вот я сижу в кресле, а дроу задумчиво смотрит куда-то под потолок.

— Вот она какая, — произнёс он мечтательно, а затем, нахмурившись, снова посмотрел на меня и явно выругался на своем языке.

Резким движением, и я бы сказал, молниеносным, он отошёл от меня, отвернулся, нервно надел перчатку, подошёл к столу и в три глотка опустошил небольшой графин с розовой жидкостью.

— Дурак, — наконец-то озвучил он свои мысли. — Благодарья ей ти жить! Жрица сказать, что тьело твой быть уже труп… там в клъетке. Потомок держать твойя душа, а сама слаба, как дитя. Она слишьком добрая… Гамира такая же… была, — тихо произнёс он, качая головой.

В голосе было столько сожаления, что я поверил каждому его слову. Неужели он менталист и через прикосновение увидел Ашу? Если да, то теперь понятно, почему он так рассердился. Он теперь знает о моём отношении к ней. О моём прежнем отношении, потому что сейчас всё изменилось. Пока я приходил в себя после его вмешательства в мои мысли, он стал нервно вышагивать по комнате, а затем, резко остановившись, воскликнул:

— Мнье надо её учьить!

Приложив пальцы к шее, он заговорил на своём языке в приказном тоне и через пару секунд открылась дверь. На пороге появился, склонив голову, другой дроу, скорее всего, его стража, слуга или кто там у них ходит в подчинении. Кто же мой спаситель? Выглядит он, конечно, как принц, но кто их знает, какие у них тут порядки. Стражник выслушал то, что сказал ему… теперь даже не знаю, как его назвать… пожалуй, прозвище «принц» ему идеально подходит. Так вот, стражник выслушал «принца» и, снова кивнув, вышел.

— Я дать тьебе кристалл, а ты отдать их ей, — обратился он ко мне, продолжая стоять посередине комнаты.

— Что за кристалл, — спросил я, внутренне радуясь, что скоро буду дома.

— Мойё сообщеньие. Второй кристалл отдать Щьит.

— Архимагу Балодису? — уточнил я.

Тот кивнул и опять приложил пальцы к шее. На пороге снова появился дроу и, снова выслушав приказ, удалился, а «принц», не скрывая своего неблагодушного настроения, посмотрел на меня. Мне хотелось его много о чём спросить, но лучше дождаться кристалл, отправиться домой и забыть об этом как о страшном сне. Пусть Балодис теперь разбирается, а с меня хватит этого дерьма. Уйду со службы и уеду с Лами подальше. Дроу тоже о чём-то усиленно думал, и по его мрачному взгляду стало ясно, что разговаривать он со мной теперь точно не желает. Зыркнул на меня и вышел в другую узкую дверь на противоположной стороне этой комнаты, а я, оставшись один, огляделся. Странный интерьер всё-таки у дроу. Тусклые светильники, кроваво-бордовые стены, слишком массивная мебель из морёного дуба — всё какое-то тёмное и мрачное. Передернув плечами, я услышал, как «принц» в той комнате с кем-то разговаривает, затем до меня донеслись звуки из коридора. Лязганье, рычание и топот множества ног. Этот шум «принц» скорее всего тоже услышал и вышел за секунду до того, как в дверь постучали. Он разрешил войти, и на пороге появились два стражника. В более-менее адекватном состоянии я теперь мог нормально разглядеть дроу и заметить, что рост, цвет кожи и волос у них всё же разный. Телосложением и высокомерным выражением лица они, конечно, были похожи между собой, и благодаря одежде я мог различить их, но всё же для меня они были на одно лицо. Беловолосые, остроухие куклы. Получив разрешение кого-то привести, они вернулись в коридор и своей магией левитации внесли белого волка. Алек! Я успел забыть о нём! Аша бы меня точно не простила, вернись я домой без него. Оборотень был без сознания, худой и с засохшей кровью на грязной и уже не такой белоснежной, как раньше, шерсти. Боюсь представить, как он выглядит в человеческом виде. В ванной я успел посмотреть на своё отражение в медной пластине, что, видимо, заменяет им зеркало, и ужаснулся, а Алек пробыл тут гораздо дольше. «Принц» махнул рукой, и стража положила волка на пол, затем так же молча вышла, а он подошёл, сел на корточки перед ним, снял перчатку и притронулся к его голове. Замер на добрые полминуты, закатив глаза, а затем резко подскочив, оглянулся.