От услышанного я потеряла дар речи и просто уставилась на этого наглеца. Поворачиваться и смотреть на Самала я сейчас точно не хотела, поэтому, нащупав его руку, потащила туда, где нас ждал Олхазар.

— Ты согласна? — спросил принц вдогонку.

— Нет, — ответила я, ощущая в своей руке каменную ладонь ректора.

Мельком глянув на его лицо, убедилась, что у моего ревнивого Щита сейчас идёт внутренняя борьба с самим собой. Вот как быстро принц испортил его хорошее настроение. Слегка улыбнувшись ему в знак поддержки, мы вошли в огромное помещение с мраморными колоннами. В центре был накрыт стол, а вокруг него уже восседали мужчины, стоявшие у стены в тронном зале, принцы, сам император и три женщины, пристально разглядывающие меня. По сравнению с этими богинями я была… собственно, я была собой, только в красивом платье, а вот они в своих ярких воздушных нарядах казались мне разноцветными птичками, обвешанными драгоценностями. Подходя ближе, я тут же растеряла всю свою храбрость, которую мне придавал Самал, и с каждым шагом с замиранием сердца я ждала, когда ко мне обратятся и мне придётся отвечать, но в полной тишине меня подвели к мягкому стулу и усадили в него на противоположной от императора стороне этого огромного стола. Слева сел Самал, а справа Олхазар, и я немного успокоилась, потому что принц сел рядом с отцом.

— Обо мне ты уже, наверное, всё знаешь, представляться не буду, а вот с семьей познакомлю, — сказал император, не зная, как ошибается.

Я понятия не имела, кто он такой, кроме того, что он тут самый главный.

— Отец, разреши мне представить нашу семью моей невесте, — перебил его этот наглец, и в этот момент из рук другого принца выпала вилка.

— Когда успел? И что, она согласна? — спросил у него император, поглаживая свою бороду.

— А кто откажется-то? — самоуверенно ответил он.

— А ну да, — хмыкнул старик. — Давай, представляй.

— Отец! — возразил на это, видимо, старший сын.

— Санджар, я думаю, что Потомок не согласится стать твоей третьей женой, так что смирись.

— А второй она согласится? — скривив губы, ответил первый принц, и мне захотелось встать и уйти отсюда. Посмотрев на хмурого Самала и на разукрашенные ярким макияжем недовольные лица женщин, убедилась в своём желании.

— Спасибо за гостеприимство, у нас сегодня назначено много дел, и нам уже пора, — сказала я, отодвигая стул.

— Не обижайся, мои избалованные женским вниманием сыновья сейчас получили урок. Уважь старика, позавтракай со мной, и, если захочешь, я выгоню всех, — спокойно сказал он, и все присутствующие уставились в свои тарелки, выпрямив спины. Стараясь не смотреть ни на кого, я обратно подвинула стул и взяла ложку. — Вот и славно, — произнес он, слегка улыбнувшись.

Недолго думая, я потянулась к тарелке со знакомыми мне шариками. Спасибо Агъяну, я уже знала, что это такое и какие они на вкус. Остальные отмерли и приступили к завтраку. Утолив первый голод, император, промокнув салфеткой рот, снова заговорил:

— Давненько я не ел в такой тишине. Вижу, моя несравненная супруга хочет задать вопрос, разрешишь ли ты открыть ей рот? — довольно грубо спросил он.

Вот это старичок! Да он настоящий тиран! Слегка кивнув, я посмотрела на женщин, пытаясь понять, кто из них его супруга. Две смуглянки с жирно обведенными глазами были чем-то похожи между собой, а третья была явно моложе, и цвет кожи был намного светлее. Из-под бирюзовой накидки выглядывала светлая прядь, и я немного удивилась этому, потому что у всех присутствующих мужчин и женщин виднелись только чёрные волосы.

— Благодарю, добрейшая. Мой великий муж говорил нам, что вы пойдёте к Камню Правды. Не могли бы вы взять с собой моего сына Джикони? — произнесла светловолосая женщина, и я скосила глаза на Самала. Тот ожидаемо кивнул, потому что мы как раз и хотели познакомиться с обладателем нашего дара.

— Простите. Нас так и не представили, меня зовут Аша, а как ваше имя? — спросила я, возможно, опять нарушая какие-нибудь правила этикета или чего там еще. Женщина испуганно посмотрела на императора и опустила голову.

— Арнагуль её зовут. Она моя пятая жена. Эти два красивейших цветка — мои дочери Балгуль и Гулиса. Наследники мои — старший сын Санджар, среднего уже знаешь, Раянджи, и младший Намджун. Четвертый сын не является наследником, потому что он калека. Можете не брать его к Камню. Мне плевать, какой у него дар, — сказал император, чем ещё больше расстроил меня.

— Мы обязательно его возьмём с собой, простите, великий император, но мы правда торопимся, — произнесла я и, отодвинув стул, сразу же встала.

Самал тоже поднялся и поклонился императору, прижимая руку к груди. Где-то я уже это видела, но что означает, не помню. Средний принц тоже вскочил и попросил отца сопровождать нас, на что тот махнул рукой и продолжил свой завтрак, потеряв к нам интерес. Жена его как-то странно посмотрела на меня и опустила голову, а мне стало немного жаль эту молодую женщину. Каково это — знать, что твой ребёнок не нужен его отцу? Да и вряд ли она по своей воле стала пятой женой, хотя кто их знает, может, это предел мечтаний местных женщин.

Когда наконец-то мы вышли на улицу в сопровождении Олхазара и принца, я не удержалась и спросила вслух, не обращаясь ни к кому лично:

— А остальные жёны почему не присутствовали на завтраке?

— Чтобы глаза не мозолили, — ответил принц, и я остановилась, чтобы посмотреть на сына своего отца.

— Среди них есть ваша мама? — спросила я, разглядывая это нагло-красивое лицо.

— Конечно, она третья жена императора.

— И вы тоже не желаете её видеть?

— Почему же? Я могу сам к ней прийти на обед, например.

— Почему младший принц не живёт во дворце?

— Отец же сказал, что он калека.

— И что? А если с вами что-нибудь случится, он вас тоже отселит с глаз долой?

— Скорее всего, да, — пожав плечами, ответил он. — Поэтому я хочу занять трон как можно скорее, женившись на тебе.

— И что вам это даст? — недоумевала я.

— Великий мудрец сказал, что Потомок принесёт в наш мир дитя, которое будет властвовать над всем континентом.

— Принесёт или родит? — вдруг спросил Самал, и я вздрогнула.

— Смысл тащить непонятно откуда и куда чужого ребёнка? Конечно, должна родить, — уверенно сказал принц, а я сразу подумала об Алеке.

Не может быть! Оборотни боялись какого-то проклятья. Неужели они не хотели, чтобы он стал великим, не знаю даже кем, и поэтому бросили его? А что, если они заблуждались или им сказали неправду? О, Мать-прародительница!

— Могу я поговорить с вашим мудрецом? — спросила я, хватаясь за руку Самала.

От этого предположения у меня ещё сильнее затряслись руки.

— Нет, он умер. Ну так что? Согласна стать моей второй женой?

— Нет, ищите другие способы занять свой трон, — грубо ответила я и потянула Самала дальше.

Принц всю дорогу пытался меня охмурить, засыпая различными комплиментами, которые я слышала через раз, потому что все мои мысли были о моём волке. И вот когда наконец-то мы пришли к небольшому одноэтажному домику, к нам навстречу в инвалидном кресле выкатили ребёнка. Худенький, беленький мальчишка, на вид которому я бы дала лет десять. При приближении я поняла, что он альбинос, потому что брови и ресницы были тоже белыми.

— Хорошо выглядишь, Джин, — весело сказал принц и первым подошёл к нему.

Небрежным движением потрепал ему волосы и вынул из кармана конфету.

— Твоя жена сегодня провела ночь с Намджуном, — выдал этот ребёнок, разворачивая фантик.

— Знаю! Я проклинаю тот день, когда взял её в жёны, — ответил принц, вытаскивая ещё одну конфету.

— Здравствуй, Джикони, глядя на огромное количество птиц в округе, я могу предположить, что ты уже знаешь о том, что мы сейчас пойдем к Камню Правды? — спросила я, делая шаг вперёд.

— Конечно, поэтому меня и выкатили на улицу. Зови меня Джин. Цаца мне тебя так и описала, — ответил мальчик, глядя мне в глаза.