«О! Явились, надо предупредить», — услышала я звонкий голосок, и одновременно с Самалом мы повернули головы, потому что он тоже это услышал.

Проводив взглядом ярко-зелёную птицу, мы посмотрели друг на друга, и он снова улыбнулся. Отчего у него такое хорошее настроение? Улыбающийся ректор меня настораживает сильнее, чем когда он хмурый.

По мере приближения ко дворцу из наших провожатых остался только один, и он, увидев появившегося мужчину на нашем пути, так же, как первые, просто шагнул в сторону и исчез. «Умеют же они эффектно появляться и исчезать», — подумала я и увидела, как мужчина, раскинув руки в стороны, пошёл к нам навстречу. Одет он был в тёмно-зелёный костюм, украшенный золотистой вышивкой на груди и рукавах. На голове у него был белый тюрбан с маленьким зелёным пером, а на его смуглом лице сияла широченная улыбка, показывающая шикарные белые зубы.

— Самал, друг мой! Как давно мы не виделись, — проговорил он впечатляющим басом, а затем посмотрел на меня и неожиданно встал на одно колено. — Рад приветствовать тебя, о Потомок великой царицы Гамиры Первой. Моё имя Олхазар Тюран, и я буду верен тебе так же, как моему императору.

Я сильнее вцепилась в локоть Самала, не зная, как реагировать на это.

— Аша, Олхазар, мой друг, и здесь тебе все будут рады. Они давно тебя ждали. Оказывается, Великий мудрец предсказал твоё появление несколько лет назад.

— Как и одноликим? — спросила я и увидела, как дернулась щека у мужчины, что медленно поднялся с колена.

— Про них я тебе не скажу, так как сам не знаю, но здесь тебе точно ничего не угрожает.

— А можно меня как-то заранее предупреждать? — нахмурившись, спросила я и снова посмотрела на Олхазара.

— Ты ни капли не изменился! Госпожа сердца моего, не гневайся на него, он всегда был неразговорчив.

— А ты, наоборот, чересчур, — серьёзно ответил на это Самал и положил свою ладонь на мои пальцы, держащие его локоть. Вот так легко он обозначил нашу близость, потому что Олхазар, проследив взглядом за его движением, слегка нахмурился и тихо сказал:

— Императору не понравится.

— Веди, давай, сам разберусь. Кстати, у кого во дворце есть ручной зелёный попугай?

— У младшего принца Джикони, а что?

— Организуй нам с ним встречу, пожалуйста, и предупреди Чагдара, что мы немного задержимся.

— Я думаю, что он и так об этом уже знает. Идём, вас заждались, — сказал Олхазар и посмотрел на дворец.

— Чагдар — сын Олхазара, и ему было всего двенадцать, когда он стал Хранителем, — шепнул мне Самал, когда мы пошли следом за нашим новым провожатым.

— Да уж, стать Хранителем в таком юном возрасте — не самое радостное событие для родителей, не говоря уже о самом парнишке, — сочувствующе проговорила я и посмотрела на широкую спину Олхазара.

При приближении к великолепному произведению искусства, а по-другому я не могла назвать то, что видела, я, не переставая, думала о том, как нужно себя вести, чтобы не опозорить Самала. Но всё равно я, открыв рот, смотрела на полуобнажённые статуи среди идеально подстриженных деревьев, или, задрав голову, разглядывала объёмную лепнину на стенах арки при входе в сам дворец, или оборачивалась вслед проходящим мимо нас людям в разноцветных одеяниях. Вот бы Ерке с Аи сюда! О таком они могли только читать в книгах и представлять то, что описывал автор, потому что в газетах таких фотографий точно не увидишь.

— Вижу, тебе у нас нравится, — произнёс вдруг поравнявшийся с нами молодой человек в синем костюме.

Дорогая одежда отличалась не только цветом, но и вышивкой. А еще у него отсутствовал головной убор. Глянув на смуглое, улыбающееся лицо, я заметила ямочки на идеально гладких щеках, а чуть позже рассмотрела тёмно-карие глаза и прямые брови. Он мне сразу напомнил Красный Камень.

— Не удержался и пошёл сам встречать гостью? — хмыкнув, спросил Олхазар. — Ваше высочество, отец ваш будет недоволен.

— Да, не терпелось, и я очень рад познакомиться с тобой первым, — прищурившись, сказал он и взял мою руку, чтобы поцеловать, но я нарушила, наверное, все правила приличия, что могла вообще нарушить: я одёрнула руку и вцепилась в Самала.

Не ожидала я увидеть настоящего принца и слишком поздно поняла, что натворила, но это высочество вроде бы не оскорбился и, продолжая улыбаться, добавил: — Прошу простить меня, не хотел напугать. Моё имя Раян Армэль, и я средний сын императора.

— И вы простите, Аша не знакома с этикетом и впервые находится в непривычной обстановке, — сказал Самал и слегка склонил голову перед принцем.

— Надо же! Совсем без макияжа и где твои ресницы? — задумчиво проговорил он, разглядывая моё лицо. — Позволь узнать, где же ты пряталась всё это время, о бриллиант души моей? — спросил он, продолжая лучезарно улыбаться.

— Если захочет, она потом вам поведает о себе, — снова сказал за меня Самал, и принцу это явно не понравилось.

Он отстранился и высокомерно посмотрел на ректора.

— А ты так и будешь за неё говорить? Ты вообще кто?

— Самал Балодис, архимаг, ректор Тонивийской академии и мой Щит, как сказал Синий Камень Правды. Мы можем идти дальше? — спросила я, посмотрев на ещё одного красивого, но эгоистичного человека. Что ж это такое? Вот почему мне попадаются красивые люди с такой гнилой душой?

— О, конечно, позвольте присоединиться к вам? — снова улыбнулся он и предложил свою руку.

Ага, размечтался! Я выразительно посмотрела на неё и отвернулась, чтобы увидеть хитрые глаза Олхазара.

Тот повёл нас дальше, и вскоре мы подошли к огромной белоснежной, обрамлённой золотыми наличниками двустворчатой двери. Стоящий перед ней мужчина, одетый так же, как те трое, что нас встречали, поспешил открыть дверь, и в этот момент, пока мы остановились, я вдруг почувствовала, как меня сзади кто-то коснулся. Мимолетно, в районе лопатки. Естественно, я оглянулась и чуть не дотронулась носом до носа склонившегося ко мне принца. Дёрнув головой, я ударилась затылком о плечо Самала и тут же прижалась к нему, хватаясь обеими руками за его предплечье. «Ненормальный какой-то этот принц!» — подумала я, и мы шагнули внутрь. Принц пошёл следом, но потом ускорил шаг. Обогнал нас и, быстро поднявшись на ступени тронного зала, сел в кресло, что стояло слева от императорского трона. Сам трон, кстати, был пуст, а вот справа восседали двое мужчин, которые злобно посмотрели на пришедшего с нами принца. Возле стены стояло шесть разновозрастных мужчин, одетых в тёмно-зелёные костюмы, и все заинтересованно разглядывали меня.

А вот я не успела даже осмотреться, как за троном распахнулась штора и вышел оттуда старик с длинной белой бородой. На голове у него была золотая чалма, украшенная драгоценными камнями, а одежда представляла собой добротный халат, расшитый золотом и серебром. Все присутствующие склонили головы, и я поспешила повторить за ними.

— Архимаг, я благодарен тебе за Потомка. Не думал, что ты так быстро сможешь привести её ко мне. Я уже слишком стар, чтобы ждать, и теперь мне не до всей этой официозности. Приглашаю всех на завтрак, там и познакомимся, — подмигнул он мне и снова скрылся за шторой.

Ясное дело, нас не повели вслед за императором, а снова вывели через дверь и повели по длинному коридору, украшенному старинными фресками. На некоторых были изображены бородатые старики, а остальные были в основном пейзажи разных времён года. В самом конце я увидела женский силуэт и замерла перед ним. В свободном зелёном платье, с распущенными волосами почти до самых колен, босая и очень красивая была изображена та, что приходила ко мне во снах.

— Царица Гамира, — шепнул мне на ухо принц, и я снова шарахнулась от него. — Ты на неё совсем не похожа, и мне это нравится.

— А мне нравится, когда люди держат дистанцию, — ответила я, делая шаг от него.

— Ты видела, как Санджар на тебя смотрел? Ты ему точно не понравилась, поэтому мне будет легче уговорить его отказаться от престола. Мне твоя внешность не противна, так что женюсь на тебе я.