— Ты такая доверчивая. Плохо тебя отец воспитал, раз ты его ослушалась, — зачем-то ляпнул Омид, тем самым перепугав девушку настолько, что она в одно мгновение отскочила от нас.

Наклонилась к проёму между домом и хозяйственной пристройкой, вынула ружьё и, взведя курок, прицелилась в голову Омиду. Тот ошалело замер, глядя в дуло, и вдруг неожиданно стал оседать. Девушка, испугавшись его движения, шагнула назад и, оступившись, нажала на курок. У меня тут же сработал огненный щит, и пуля, врезавшаяся в него, мгновенно расплавилась. Я, не теряя времени, выхватил ружьё и опустошил обойму. Мне хватило пары секунд, чтобы оценить обстановку и удостовериться, что всё обошлось. Откинув оружие подальше, посмотрел на идиота, валяющегося у меня в ногах. Затем на шокированную девчонку. Она, приложив к щекам ладони, судорожно хватала воздух. Видимо, подумала, что застрелила его. В широко раскрытых глазах был виден необъятный ужас от понимания содеянного.

— Успокойся, он жив. Ему до тебя уже было плохо, он в обмороке, — сказал я, переворачивая дуралея на спину.

Девчонка заревела в голос, и тут же на крыльцо выбежала мать.

— Недоразумение вышло. Разрешите его в дом занести? — спросил я, поднимая Омида.

Женщина кивнула и потянула за руку свою рыдающую дочь.

Аша

Как и предполагалось, я заболела. Под утро начался кашель и поднялась температура. Когда рассвело, в окно постучалась Вафа. Алек впустил её и отправился будить Агли. Ворона, соскучившись, уселась мне на грудь и выпросила почесушек. Пришедшая Агли принесла воду и высыпала в неё порошок. Я, не спрашивая названия лекарства, послушно выпила горькую жидкость.

— Надо сходить ещё купить, а то оказалось, это остатки у меня залежались. Давно у нас никто не болел, — тихо сказала она, положив ладонь на мой лоб.

— Отправьте Алека домой, он принесёт мою лекарскую корзинку. Не нужно деньги тратить, — прохрипела я.

Агли поправила одеяло и, не закрывая за собой дверь, отправилась дать Алеку поручение. В этот раз моя простуда была гораздо сильнее. К привычному кашлю, насморку и головной боли добавилась ломота в костях, а ногу словно разрывало изнутри. Она опухла ещё сильнее, и каждое движение сопровождалось острой болью. Когда проснулась Ерке, она принесла немного льда, завёрнутого в полотенце. Посидела со мной, поприкладывала холод к ноге, затем обтёрла влажным полотенцем мои руки и лицо. Раздеть себя я не дала. В полубреду я слышала, как Юрт сообщил о том, что в деревню приехал лекарь и он пойдёт сейчас к старосте просить о помощи. Аи напросилась идти с ним, а я снова стала уплывать в беспамятство. Во сне я видела огненные глаза вчерашнего мага, а потом слышала его голос, но что он говорил, я не могла понять. Потом меня стало мотать из стороны в сторону. Кружилось всё как в водовороте, и перед глазами замелькали разные события моей жизни.

— Какая необычная девочка, — услышала я незнакомый голос. — Господин Хаас, я чувствую в ней родную магию, но она не держится в ней. Словно через сито куда-то рассеивается.

— Вы точно чувствуете в ней наличие дара? — узнала я голос вчерашнего мага.

— Не могу быть уверенным, но будь она целитель, то без труда бы себя вылечила, а так… Давайте проверим на артефакте?

— Конечно, — ответил маг, и я почувствовала, как меня взяли за руку.

Сжав пальцы, я с трудом разлепила глаза.

— О! Чудесно! — воскликнул мужчина, приблизив ко мне своё лицо. — Пришла в себя! Это замечательно! Прошу потерпеть немного. Я уколю ваш пальчик и сразу же отпущу, — добродушно проговорил он и крепче зажал моё запястье. Сопротивляться не было сил, сомкнув веки, я снова представила, что я — это не я и кровь не моя.

— Снова ничего, — сказал огненный маг, и я услышала звук закрывающейся коробочки.

— Интересно… — протянул старик, отпуская мою руку. — Ладно, девочке скоро полегчает, а я пойду проведаю господина Гайлиса.

Как только я услышала удаляющиеся шаги, открыла глаза и обнаружила рядом с собой мага. Он не ушёл, а сел на табурет, что стоял рядом с кроватью, и пристально рассматривал моё лицо, от чего я тут же смутилась.

— Пить, — еле выдавила я из себя сиплым голосом.

Мужчина потянулся к прикроватной тумбе, налил из графина светло-жёлтую жидкость и тут же протянул мне кружку. С огромным трудом я оторвала голову от подушки и, собравшись с силами, приподнялась, чтобы взять её. Сделав глоток, как оказалось, компота из морошки, сморщилась от довольно кислого вкуса. И обратила внимание, как маг вытирает свои пальцы платком. Неужели я облила его, когда принимала кружку? Рука, хоть и тряслась, но вроде бы ничего не расплескала. Недоуменно оглядела одеяло на предмет мокрых пятен и, убедившись, что всё сухо, посмотрела на мага. Он слегка скривил губы и резко встал. Брезгует, что ли? Ну, точно! Ему неприятно находиться рядом со мной. Знаю я этот взгляд. Всё детство на меня так смотрели соседи. Прикрыв глаза, сделала несколько глотков и, опустившись обратно на подушку, поставила кружку себе на грудь. «Если ему так противно, почему не уходит?» — с обидой подумала я, и вдруг почувствовала, как он забрал из моих рук недопитый компот. Стук фарфора о поверхность тумбочки, шаги и скрип двери. Ушёл. Прислушавшись к своему самочувствию, пошевелила ногой. О, Мать-прародительница и все Святые! Спасибо за магов-целителей! Радуясь чудесному исцелению, я посмотрела на шкаф, угол которого облюбовала Вафа. Подруга, увидев мой к ней интерес, вспорхнула и приземлилась на край кровати. Погладив мою красавицу, я попросила её позвать Алека. С этим у нас нет проблем. Алек знает: если ворона садится ему на голову и три раза легонько клюет, это значит, что я его зову. Вот и сейчас она тут же спрыгнула на пол и деловито пошагала к двери. Хорошо, что маг плотно её не закрыл, так бы пришлось вставать.

Алек прибежал через пару минут, следом зашла Ерке. Обогнув моего оборотня, наклонилась надо мной и положила ладонь на лоб.

— Вот что значит целитель! Как твоя нога? — спросила она, улыбаясь.

— Не болит! Откуда взялся лекарь? И этот, вчерашний?

— Тут такая история произошла… — почему-то шёпотом заговорила она. — Я чуть господина Гайлиса не застрелила с перепугу, а господин Хаас магическим щитом закрыл его. Огненное полотно вдруг возникло из ниоткуда и тут же пропало. Одновременно и красиво, и страшно было.

— Так он огненный маг? — спросила я, вспоминая его глаза.

— Огненный, а ещё очень красивый, — мечтательно произнесла она, закатив глаза к потолку.

— Кхм, — кашлянул Алек и хмуро глянул на неё.

— Так вот, когда отец услышал, как соседский пацан кричал на всю улицу, что к старосте приехал городской целитель, он тут же пошёл туда вместе с Аи. И вскоре пришли маги. Они тоже хотели тебя к этому магу отвести, но у нас вышло недоразумение, и господин Гайлис упал в обморок. Он, оказывается, какой-то чувствительный маг, и мои эмоции его добили… так мне господин Хаас объяснил. Ну а потом, когда этого чувствительного мага уложили на диван, стали ждать лекаря.

— А огненный маг заходил ко мне, пока я спала?

— Заходил. Не поверил, что ты болеешь. Разозлился даже, когда маменька не хотела его пускать.

— Зачем? Зачем я им сдалась? Неужели чтобы проверить второй раз на артефакте?

— Господин Гайлис сказал, что хотел тебе помочь. Он специально для тебя мага-целителя пригласил.

Я удивлённо посмотрела на Алека, а тот, нахмурившись, думал о своём. По лицу вижу, как не нравятся ему эти маги, как и мне.

— А ещё они хотят с тобой поговорить, как только тебе станет лучше, — добавила она.

— Раз так, не будем откладывать встречу! — решительно произнесла я, откидывая одеяло в сторону. — Чем быстрее узнаем, зачем они пришли, тем быстрее они оставят нас в покое! — ещё увереннее сказала я и попросила Ерке помочь мне собраться.

Умывшись, обтерла себя влажным полотенцем и надела голубое платье. Оно когда-то досталось мне от Аи, и я еще ни разу его не надевала. Этот наряд мне казался слишком красивым, поэтому лежал и ждал особого случая. Разговор с магами я не считаю таковым, но другой чистой одежды в комнате не оказалось. Девчонки постарались, тут и к гадалке не ходи. С приходом Ерке я попросила принести мои другие вещи, но она ответила, что всё в стирке. А потом я вспомнила, что они хотели затащить меня в баню, и совсем сникла. На этом мои сборы не закончились. Ерке усадила меня на табурет и довольно быстро заплела пышную косу, а затем велела обуть туфли на маленьком каблучке.