— Я рад, что тебе нравится, — усмехнулся Онгон, приподнимая меня, чтобы уложить в кровать.

— Извини, я слишком громко думаю, — засмеялась я, наблюдая, как он снимает штаны.

— Сейчас ты будешь думать только обо мне, — опёрся он руками о кровать и принялся целовать мне ноги.

Плавно поднимаясь выше, он прихватил зубами трусики и потянул на себя.

— Скорее бы. Ты и так из головы у меня не выходишь, — выдохнула я, получая удовольствие от горячего дыхания у себя между ног.

Долгой прелюдии я не выдержала. Повалила мужчину на спину и уселась сверху. Невольно вспомнился Самал и его огромный размер, с которым мне приходилось терпеть неудобства. Мгновенно отправила эту мысль подальше и принялась двигаться. В данный момент всё было настолько идеально, что я не сдержала сладостный стон. Увлёкшись своими ощущениями, я не сразу вспомнила, для чего я всё это затеяла, и, меняя позу, отдала инициативу моему любовнику, на мгновение ушла в подпространство. Совершенно целое, гладкое полотно с радужными переливами наполнило моё сердце радостью. Вернувшись, я обняла активно работающего сверху мужчину и прижалась к его губам, давая наконец-то ему разрешение на разрядку. Оргазм стал ошеломляющим событием в моей жизни. Оказывается, я так сильно его никогда не испытывала. Задыхаясь от счастья, я не могла расцепить руки и продолжала целовать того, кого больше никогда в жизни не увижу.

— Что ты задумала? — спросил Онгон, сползая на бок.

— Усыплю камни и дам вам свободу. Поживёте обычной жизнью.

— Надолго?

— Как получится. Повторим? — перевернулась я и улеглась полностью на мужчину.

— Я уже не так молод. Дай время, — улыбнулся он, наглаживая мои ягодицы.

Второй раз был уже не таким быстрым. Мы наслаждались друг другом, и моему кратковременному счастью не было предела. Узоры мои мерцали и потихоньку росли.

— Зачем ты убрала рубцы с шеи? — спросил он, не выпуская меня из объятий.

— Спонтанное, необдуманное решение, продиктованное платьем.

— Ты очень красива, особенно без него. Ради меня не стоило…

— Тшш… — прикрыла его рот ладонью. — Смотрю, разговорился. Готов на ещё один заход?

— Пощади, — рассмеялся он, беря мою руку.

Погладив запястья, он поцеловал каждый пальчик. Тремор больше не сотрясал мои кисти, и, не успев порадоваться исцелению, почувствовала, как кольнул узор, тот, что относился к Самалу. Такое нельзя игнорировать, поэтому я, подскочив, выдернула мятую простынь из-под расслабленного огневика, обмоталась и, поцеловав его на прощание, ушла в ректорские покои. В три прыжка добежала до ванной и, закрывшись в ней, залезла под душ. Через секунду раздался стук в дверь.

— Почему закрылась? — спросил муж, дёргая ручку.

Пришлось выскочить и открыть щеколду, затем снова запрыгнуть под воду, тщательно намыливая тело.

— Случайно, — ответила ему, отворачиваясь к стене.

Мне было невыносимо сейчас смотреть ему в глаза. Душа рвалась на части, и я, испугавшись, что снова ненароком могу повредить своё энергетическое поле, судорожно вздохнула. Самал лишь заглянул за шторку и тут же вышел, сказав, что нужно поговорить, поэтому будет ждать в комнате. Пришлось ускориться и, наспех вытеревшись, я вышла, стараясь закрыться всевозможными щитами от мужа.

— Для чего тебе нужен артефактор? — огорошил меня Самал.

— Агъян говорил, что отдавал корону своему другу, и тот проверял плетения. Я хочу удостовериться, всё ли в порядке, — вылетела из моих уст мгновенная ложь, и я поразилась тому, как легко это мне далось. И лишь потом я опустила взгляд на его руки. Почему он перестал носить кольцо? Неужели он его заменил на другой артефакт? Если да, то мне конец.

— Завтра в десять утра придёт Райль Кендри. Он наш с Агъяном друг детства.

Я кивнула и принялась полотенцем сушить волосы, а в голове моей верещала паника. Артефактор — друг Самала. Это значит, что я не смогу договориться с ним. Как быть? Где мне искать другого?

Самал не спешил уходить и продолжал сверлить меня задумчивым взглядом. Что? Что ему надо? Неужели я где-то напортачила с щитами?

— Что-то в тебе изменилось, — вдруг испугал он меня этими словами.

— Я много медитирую. Стало неплохо получаться.

— Наконец-то убрала шрамы. Молодец, — похвалил меня и принялся раздеваться.

Выходит, что никаких дел у него сегодня на вечер нет, и мне придётся четыре с лишним часа до сна находиться рядом с ним и без конца притворяться.

Утром, после завтрака, я отправилась на встречу с артефактором. Так как корона хранилась в специально защищенном месте рядом с Белым Камнем, то Агъяну тоже нужно было присутствовать. Господин Кендри оказался довольно улыбчивым мужчиной с короткой бородкой. Он кратко рассказал мне о том, что он делал с короной, и что действительно пришлось ему поправлять плетения из-за того, что все эти годы она хранилась в неподобающем виде. А ещё она сама по себе являлась мощным артефактом, поэтому надевать её кому попало себе на голову настоятельно не рекомендуется. Агъяну вскоре наскучила эта беседа, и он ушёл, оставив нас наедине.

— Говорите, как есть. Чувствую, что есть для меня работа, — вдруг произнёс мужчина, сильно меня удивив.

— Дадите магическую клятву о неразглашении? — спросила я, сканируя артефактора.

Тот кивнул, и я мысленно стала сочинять текст. После исцеления моей ауры среди ночи я проснулась от того, что действительно чувствую себя иначе. Возросла чувствительность к магическому полю, и я, прикрыв глаза, увидела всех своих отмеченных. Они полупрозрачными силуэтами светились в темноте. Так как это была ночь, то почти все были в горизонтальном положении, то есть спали. Бодрствовали только Майга, она укачивала малыша, и Фурат с Маруа. Эта парочка занималась любовью, и мне пришлось тут же закончить наблюдение.

С утра я потренировалась в простых вещах, таких как распознать дар у человека и вообще просканировать, выявив болезни, и мне это далось вообще без напряжения. Вот и сейчас я провела диагностику и на теле мужчины обнаружила кучу татуировок с различными клятвами, данными в разные годы. На правой руке их было особенно много, и я, указав взглядом на его конечность, попросила закатать рукав рубашки. Чего там только не было изображено, и я с интересом стала разглядывать разнообразные рисунки.

«Пожалуй, свой я тут и оставлю», — решила я, прикасаясь к его коже указательным пальцем. Появившаяся маленькая спираль обязала мужчину не только хранить мою тайну, но и быть личным артефактором. Таким образом я просто пометила мужчину, не знающего, в какую махинацию он влезает.

— Срочно нужно изготовить оправу на кулон для Белого Камня. Срок завтра, — быстро заговорила я.

Мужчина в ответ кивнул.

— Затем нужно изготовить полную копию короны, но без плетений. Муляж. И так же подготовить для неё драгоценные камни, соответствующие Камням Правды.

Мужчина удивленно поднял брови, но снова кивнул.

— Срок неделя, — дала я задание и, взяв листок с карандашом, нарисовала, к какой лунке какой камень подходит. Мужчина облегченно выдохнул, потому что я однозначно облегчила ему задачу. Как выглядела корона, когда она была на голове Гамиры, никто не знал. Не сохранилось ни единого изображения.

Попрощавшись с господином Кендри, я отправилась к Светиславе. Переход в её подпространство ощущался в этот раз иначе. Помимо привычного перезвона, перед глазами возникли чёрные разводы. Они, как щупальца осьминога, завивались в кольца, пытаясь хоть за что-то уцепиться. Некоторые всё же дотянулись и огладили мою кожу, причиняя боль, как от обморожения. Мне пришлось нацепить на себя ментальный щит, и чернота тут же отскочила, а я оказалась в чертогах Белого Камня.

— Ну, наконец-то. Что нужно сказать? — усмехнулась она.

— Ждешь благодарности от меня? — спросила я, разгоняя перед собой мутное марево.

— Конечно. Ты же глупенькая у нас. Не слушаешь умных людей.