— Что я тебе сказал сделать? — угрожающе произнёс он, подходя ближе.

А у меня до сих пор звучал в голове голос Охада: «Эта семейка предателей и убийц». Потянувшись за стаканом воды, я не ожидала, что Самал перехватит мою руку и дёрнет вверх, одновременно сметая магическим ветром всё со стола. Грохот бьющейся посуды был оглушающим, и я зажмурилась, не зная, что дальше ожидать от разъяренного мужчины. Он рывком поставил меня на ноги, и по лёгкому головокружению я поняла, что мы куда-то переместились.

— Слава всем Святым, — услышала я голос Майги и с облегчением выдохнула, отстраняясь от пышущего гневом архимага. — Я так волновалась, когда Лент сказал, что тебя куда-то увезли, — потянула она меня в сторону дивана.

— Всё в порядке. Меня просто пригласил на ужин господин Бекдияр, и мы…

— Я жду. Давайте быстрей, — перебил меня Самал, грозно нависая над нами.

Мне пришлось мгновенно сесть, сосредоточиться и прикоснуться к животу, удивлённой таким поведением господина Балодиса женщине. Ведь обычно он всегда спокоен и сдержан. Напитав крохотную жизнь, я обратила внимание на свой тремор. Руки в этот раз дрожали сильнее. Было ли это причиной моего нервного потрясения или иная причина, я не успела понять, потому что Самал потянулся, чтобы меня поднять с дивана, но я отодвинулась, гневно глядя ему в глаза. В этот момент он вроде бы понял, что явно перебарщивает, и замер, слегка согнувшись. Лент тоже заметил неладное и попытался сгладить ситуацию.

— Я ничего плохого о Бекдияре не слышал, так что могу предположить, что он мог просто таким образом удовлетворить свое любопытство. После того как ты ушёл, я думал, что ты быстро заберешь оттуда Ашу, и поэтому гнал домой, нарушая скоростной режим.

— Он воспользовался имением Вигена, поэтому я не сразу её нашёл. Потерял время на посещении нескольких адресов. Аша научилась закрываться от меня. Может, скажешь, для чего ты это устроила? — обратился он уже ко мне.

По участившемуся пульсу Майги я поняла, что не следует при ней устраивать разборки. Посмотрев на неё, я слегка улыбнулась, подержала ещё немного за руку, попыталась успокоить её, когда у самой на душе бушевал ураган. Вежливо попрощалась с ней и Лентом, пообещав прийти послезавтра. Поднялась с дивана и, глядя в глаза Самалу, просто подумала о месте, где бы я хотела сейчас оказаться.

Деревенский вечерний морозец мгновенно привёл меня в чувство. Я специально представила двор семейства Каулиньш, чтобы не пугать никого своим внезапным появлением, и не ожидала, что здесь уже минусовая температура. В городе пока ещё было относительно тепло для середины осени, и я как-то быстро стала забывать свою прошлую жизнь. Постучав в дверь, мне тут же открыл её Юрт. Он услышал лай собак, которых я не стала успокаивать, и, выглянув в окно, увидел свою названную дочь без верхней одежды. Запустив меня в дом, он крепко обнял. И, видимо, поняв что-то по моему лицу, не стал задавать вопросов, чтобы не будить разговорами домочадцев, а потянул сразу на кухню. Из верхнего ящика вынул бутыль местной браги и, плеснув в кружку, поставил на стол, усаживая меня на лавку. После того случая с пожаром я ни разу не пила алкоголь, а сейчас, выдохнув, я в два глотка опустошила крепкое не знаю, что. Скорее всего, самогон.

— Ещё? — спросил он, и я отрицательно кивнула, вращая головой, и в конечном счёте протянула кружку за добавкой.

— Когда у тебя всё хорошо, ты не приходишь. Я рад, что мой дом для тебя то место, куда ты можешь прийти хотя бы поплакать или пожаловаться. Мы тебя поддержим, и я всегда буду на твоей стороне, — проговорил он, наливая ещё немного мутной жидкости.

— Я правнучка Гамиры Первой, и у меня была нормальная аристократическая семья, — призналась я, делая второй заход.

Выпив горячительного, что обожгло с непривычки моё горло, я со стуком поставила кружку на стол и посмотрев на ошарашенное лицо Юрта спросила:

— Где Алек?

— У своей зазнобы. Неделю уже там живёт.

— Она дождалась его?

— Дождалась. А других-то женихов в деревне и нет. Остались зелёные юнцы да женатые.

— Всех разобрали? — усмехнулась я, почувствовав лёгкое опьянение.

— Всех. Кенели наш тоже с невестой определился. Ты надолго к нам? Познакомились бы.

— Не знаю. Надо остыть да подумать. Много что произошло. Всё и не расскажешь. Я возьму шубу? Хочу на улице побыть, — похлопала я по предплечью Юрта, заодно просканировав его здоровье, наметила парочку запущенных болячек.

Усадила на лавку, пустила свой дар и, удовлетворившись проделанной работой, поспешила во двор. Закутавшись вместе с головой в лисью шубу, я слушала дыхание близлежащего ночного леса и с тоской разглядывала звёздное небо. Вот разберусь с демоном и брошу их там всех. Сыта по горло я этими приключениями. Пусть они там играются в свои перевороты, заговоры и интриги.

Просидев почти до утра, я окончательно замёрзла и, прошмыгнув в свою комнату, не раздеваясь, забралась под одеяло.

— Общий сбор! — воскликнула я, представляя Камней.

Вообразила наспех комнату с шестью стульями, стоящими по кругу, и заняла близстоящий. Первым пришёл Нереус. Он сел рядом со мной. Затем появилась Светислава, дальше — Асфир вместе с Илф'олгом, и последним возник Эдан.

— Мы ещё не придумали, как открыть портал так, чтобы оттуда никто к нам не вылез, выпихнуть туда демона и сломать его навеки вечные, — проговорил он, усаживаясь на последний свободный стул.

— Я не поэтому вас собрала. Почему я всё время должна что-то выспрашивать у вас после того, как узнаю об этом от посторонних людей? Почему вы меня не предупреждаете и не делитесь важной информацией? Кем был дед Самала?

— А почему ты спрашиваешь это у нас? — хохотнула сумасшедшая Светислава. — У него бы и спросила. Или ты язык теперь только для оральных ласк используешь?

Я была не в том настроении, чтобы с ней ругаться, поэтому тут же представила, что её тут нет, и она исчезла. Стул тоже растворился.

— Уилмер Балодис был наёмником, которого нанял Гайсар Кирмат для выполнения грязной работы. Балодис организовал подпольную группировку по отлову отмеченных Гамирой людей. Они избавлялись от тел так, что царица не могла определить убийц. После переворота Уилмеру был дарован титул, богатства и вседозволенность, и он продолжал быть карающим палачом Гайсара Первого, — проговорил Асфир своим детским голосом, вертя в руках какую-то игрушку-головоломку.

— А родители Самала? — выдавила я из себя, осмысливая ужасную правду.

— Нас уже не было при их жизни, — подал голос Илф'олг.

— Сейчас узнаю, что ветер принесёт, — сказал Асфир и, закатив глаза, откинулся на спинку стула.

Вокруг него сформировался воздушный поток, который стремительно стал набирать обороты, тем самым заворачивая мальчишку в непроницаемый купол. Нереус тоже вдруг сформировал вокруг себя водный поток и завернулся, как в одеяло. Я посмотрела на Эдана, и тот почему-то отвёл взгляд.

— Сдаётся мне, друг мой, что ты и в тот раз недоглядел, — вдруг обратился к нему дроу, и Красный Камень вдруг поднялся со стула и подошёл ко мне.

— Я не буду ничего говорить. Онгона с объяснениями отправлю, — и, не дав мне и слова сказать, просто исчез.

— Сбежал, — усмехнулся Илф'олг. — Не смотри на меня так. Я не знаю причины, но согласись, странно, что все беды у тебя от огня и сердце трепещет перед этой стихией.

«Особенно перед огненными магами», — подумала я, переводя взгляд на Асфира.

Вокруг него всё так же кружил ветер, а вот водный поток у Нереуса иссяк, и старик огорченно покачал головой. Я в нетерпении повернулась к нему и взяла за руку.

— Одна новость печальнее другой. Начну с той, что тебя напрямую не касается. Своё детище — академию я оставил на моего ученика Рейнарда Горна. Он, как ты знаешь, был одним из предыдущих ректоров, и его портрет висит у входа.