Ладошку обожгло. В ушах раздался тихий звон колокольчиков, и в разных частях моего тела я почувствовала ощутимые покалывания. Больнее всего было в груди, но я, не подавая вида, продолжала смотреть в это суровое лицо. Ректор резко отстранился, сморщился и удивленно посмотрел на свою ладонь, а затем в приказном тоне попросил лекаря отправить меня обратно в комнату. На что лекарь, покачав головой, неожиданно положил мне свою ладонь на лоб, и я почувствовала, как стала засыпать. В полудрёме я услышала, как лекарь возмущённо воскликнул:

— Самал! Ты что творишь?

— Посмотри на мой эмоциональный фон. С нашей первой встречи она на меня чем-то воздействует. Это Гайлис опять лезет, куда не следует. Подослали мне девку! Хоть бы на вид нормальную выбрали… а то смотреть на это чудо даже смешно. Ты видел, как она заволновалась, когда я назвал имя Ардановского сынка?

— Дай посмотрю, сядь, пожалуйста, — со вздохом сказал лекарь, а дальше я ничего не слышала.

— Аша, проснись, — почувствовала я прикосновение чужих рук.

Фурат откровенно дёргал меня за предплечье.

— Не тряси, — прошептала я, с трудом открывая глаза.

Сфокусировав свой взгляд на лице парня, поняла, что нахожусь в комнате, где ночевала. Прекрасно помня чудесный завтрак, я зацепилась за его руку и села.

— Выглядишь ты не очень. Кровь из носа шла? Над губой засохшее пятно, — произнёс он, разглядывая мое лицо.

— Домой мне нужно. Здесь мне не дадут вылечиться. Помоги мне. Отправь, пожалуйста, в деревню и живи спокойно, — тихо проговорила я, потерев пальцами под носом.

— Извини, я не могу тебя оставить в деревне, а вот повидаться с родными помогу. Меня всё равно вычислят по открытию портала, и если я вернусь без тебя, то последствия будут для меня фатальными.

— Хорошо, давай сейчас, а то я волнуюсь очень за брата, — согласилась я и на такую помощь.

— Я обед принёс, может, поешь сначала?

Я отрицательно качнула головой и поспешила встать с кровати. На стуле обнаружила своё пальто и рядом на полу сапоги. Пока я одевалась, Фурат тоже накинул на себя толстую синюю куртку, нахлобучил на вихрастую голову вязаную чёрную шапку и вынул из кармана камень. Удостоверившись, что я готова, взял меня за руку и попросил представить мой дом. Я, зажмурившись, стала думать о домике в лесу, но в последний момент подумала о доме Юрта. В груди сначала закололо, а затем сдавило так, что я не смогла вдохнуть. Второй рукой я прикоснулась к рёбрам и почувствовала, как из-под ног ушла земля.

— Куда же нас выкинуло? — спросил Фурат, а я повалилась на землю. В груди нестерпимо болело, ладошку жгло, и ощущения были, словно её тыкали иголками.

— Фурат, я забыла сказать. Ректор что-то поставил мне сюда, — произнесла я, поднимая руку вверх.

— Твою мать, Аша! — воскликнул он. — Быстро возвращаемся! Всё равно в каком-то лесу оказались, а не у тебя дома.

Я повертела головой и поняла, что действительно лес мне не знаком. Привычных деревьев не было, а преобладали сосны, ели да пихты. Но лучше быть здесь, чем в той ужасной академии. Отсюда я быстрее до дома дойду, чем из огромного города.

— Возвращайся назад. Скажешь, что я украла у тебя камень, и сама ушла. Я останусь здесь.

— С ума сошла? Как я тебя в лесу оставлю? — воскликнул парень и вынул из кармана второй камень. Схватил меня за руку, но ничего не произошло.

— Какого хрена? — воскликнул он и снова сжал в ладони камень.

А я продолжала сидеть на земле и дышать через раз. Ладошку по-прежнему кололо, и я, раскрыв её, увидела розовый узор: круг с какими-то символами и завитками. Красиво. Пока я любовалась рисунком, Фурат вдруг отпустил мою руку и отошёл на несколько шагов. Расчистил ногой снег, положил камень на землю. Бубня себе под нос, подобрал ветку и стал вокруг камня чертить круги. Затем выпрямился, закрыл глаза и начал что-то шептать. Круги засветились, а камень стал мерцать.

— Ничего не понимаю! Портальный камень заряжен как надо, почему он нас не переносит обратно? — задумчиво проговорил он, поднимая камень.

— Может, потому что я не хочу возвращаться? Попробуй один?

— Ну нет. Я верну тебя туда, откуда забрал. Иначе ректор меня отчислит, а отец сразу убьёт. И вообще, что за хрень? Такого не бывает, чтобы камень не переносил, если кто-то не желает. Сразу видно, что ты деревня, — совсем не злобно сказал Фурат, а затем подошёл и поднял меня на ноги.

— Отморозишь себе всё, а девушкам нельзя застужаться, — серьёзно сказал он и, подняв руку вверх, стал плавно водить ладонью по воздуху.

— Слева от нас речка. Можно пойти вдоль неё, и обязательно выйдем на какое-нибудь поселение. Пошли, пока ещё светло. Отойдём подальше отсюда, может, в аномальную зону попали, — уверенно сказал он и, снова взяв меня за руку, повел через кусты можжевельника.

Шли мы вдоль речки около часа. Фурат несколько раз предлагал понести меня на своей спине, видя, как я еле переставляю ноги. После странного предобморочного состояния, постановки метки и перемещения сил идти совсем не было. Так же я до последнего надеялась отправить Фурата домой. Разговаривали мы с ним на разные темы, а вот с птицами заговорить я не решалась. Мне так сильно хотелось спросить у них, где мы находимся и как далеко от нас ближайшее поселение, но я побоялась рассказывать парню о своем даре. Фурат несколько раз пробовал активировать камень, а я продолжала уговаривать его оставить меня в лесу. Естественно, все мои попытки были проигнорированы. Ещё через некоторое время меня стал одолевать не только холод, но и голод. Подумав о том, что парень, наверное, тоже проголодался, придержала его за рукав, когда увидела беличье дупло, в котором можно было поживиться их запасами. Громко извинившись за вероломный грабеж, я вынула горсть орехов и сушёных грибов. Парень, хмыкнув, взял из моей ладони несколько орешков и пошёл дальше, а я закинула всё оставшееся в рот и, глядя по сторонам, пошла следом, медленно жуя нагло отобранную пищу. Вскоре я увидела верхушки брусничника и, подбежав к нему, расчистила снег и набрала замерших ягод. Возле кедра подобрала несколько шишек и, наковыряв орех, снова угостила Фурата. Он периодически поднимал руку вверх и с задумчивым видом шёл дальше. Парню было не по себе. Скорее всего, он и не был никогда в лесу без сопровождающих преподавателей, а вот мне было здесь отлично. Свежий воздух, никаких машин, и только звук наших шагов да шум ветра в верхушках деревьев разносился по зимнему лесу. Пусть сапоги мои давно промокли, и я уже продрогла в этом пальто, но в душе моей царило умиротворение, и было радостно находиться вдали от жуткого ректора и его академии. Задумавшись о своей везучести попадать в дурацкие истории, не заметила, как Фурат остановился и вынул камень из кармана.

— Попытка номер семь, — произнёс он и потянулся за моей рукой, но я вовремя остановилась и, не дойдя до него двух шагов, спрятала руки за спину.

— Аша, не глупи, я же вижу, как ты замёрзла, — тихо произнёс он, продолжая тянуть ко мне свою руку.

— Я обратно не вернусь, — упрямо ответила я.

— Если мы сами не вернёмся, за тобой придёт ректор. Он по метке тебя быстро найдёт, и вот тогда я простой отработкой в лаборатории не отделаюсь. Может, тебе ничего и не будет, потому что ты не адептка, а вот меня реально могут отчислить. И даже отец в этот раз мне не поможет. Я нарушал устав уже два раза, — устало проговорил он, сжимая во второй руке камень.

Потоптавшись на месте, я подняла голову на стук и увидела дятла. Красивая черная птица с красной шапочкой увлеченно занималась своими делами и совсем не обращала на нас внимания. Пришлось призвать свою магию и, дождавшись, когда дятел спустится ниже, сказала:

— Передай тому, кто может долететь до Цисмара. Найдите Алека, скажите, что я в столичной академии.

Фурат посмотрел на меня как на сумасшедшую, и уголок его рта немного приподнялся, а я шагнула к нему и взялась за его рукав.

— Давай возвращаться, — прошептала я.