Предоставленное время на сборы тянулось бесконечно долго. Я полюбовалась видом из окна на зимний сад, на качели, на пустой фонтан, на высокий забор, за которым ничего не было видно. И этот забор дал мне пищу для размышлений. При всём моём желании я не смогу через него перелезть. Придётся поладить с Рыжим и его слугами, чтобы узнать, не запираются ли ворота магией. От предательской мысли притвориться и сделать вид, что я согласна стать ему любовницей, присела на край кровати и рассмотрела вещи, приготовленные Авдой. Погладила шелковистую ткань платья, повертела в руках ажурный лиф, восхитилась тончайшими колготками, затем померила туфли и скривилась. Как же в них тесно! Быстренько скинув их, поставила на прежнее место и, наконец, услышала стук в дверь. Не дожидаясь, когда женщина войдет в комнату, я тут же вскочила с кровати и чуть ли не вывалилась в коридор оттого, как резко открылась дверь.

— Авда, идёмте к магу. Не тратьте время на бесполезные уговоры, — выпалила я, шагая как можно дальше от этой комнаты.

Женщина послушно последовала за мной. Рыжий обнаружился возле лестницы на первом этаже. Увидев меня не такой, какой надеялся, немного поджал губы, но тут же улыбнулся и, как мне показалось, высокомерно произнёс:

— Доброе утро, надеюсь, хорошо спалось?

— Да, ковёр мне очень понравился, — ответила я, проигнорировав его руку и задумчивое выражение лица.

Прекрасно помня дорогу до малой столовой, прямиком пошла туда, не сбавляя скорости. Рыжий быстрым шагом обогнал меня и успел отодвинуть стул.

— Тебе не понравилось платье? — наконец спросил он, усаживаясь рядом.

— Понравилось, — коротко ответила я и, схватив ложку, подвинула к себе тарелку с пшеничной кашей.

— Почему же тогда не надела? — продолжал он допытываться.

— У меня есть платье. Зачем мне другое? — ответила я с набитым ртом.

— Мне нравится, что ты перестала бояться, — довольно произнес он и тоже принялся за еду.

Глянула мельком на него и чуть не подавилась, когда наши глаза встретились. От его радостной улыбки каша стала вдруг безвкусной. Рыжий пребывал в хорошем настроении, чем неимоверно меня нервировал.

Словно мы старые знакомые, он вёл светскую беседу, попутно заваливая меня разными вопросами. Нехотя мне приходилось на них отвечать, а после завтрака он предложил показать свой дом.

— С Давли и Авдой ты уже знакома. На кухне работает Йенте с двумя её помощницами, и, собственно, всё. Лишних людей я здесь не держу, поэтому тебе здесь понравится, — деловито говорил он, шагая впереди меня.

— В лесу мне понравится, — ответила я, отказываясь идти за ним дальше.

Рыжий остановился и резко обернулся. На лице удивление сменилось снисходительной улыбкой.

— Посмотрим, что ты скажешь через месяц. Сегодня я проведу весь день с тобой, а завтра мне придётся ненадолго отлучиться. Так что прошу, продолжим экскурсию по моему маленькому дому.

Этот «маленький дом» оказался трёхэтажным особняком. Когда мы обошли его и вернулись в гостиную на первый этаж, я с облегчением села на диван. От избытка увиденной роскоши у меня рябило в глазах. Каждая комната очень дорого обставлена, и везде была кристальная чистота. Неужели Авда одна всё это вычищает? Уму непостижимо! Не успела я перевести дух, как в комнату вошёл Давли. Он толкал впереди себя столик на колёсиках, и стоящая на нём посуда немного позвякивала. Остановившись возле меня, он открыл крышки, и моему взору предстали разнообразные сладости. Рыжий таким образом решил меня откормить и задобрить? Мне и вчерашнего угощения хватило, так что сегодня мне сладкого точно не хотелось. Хмуро посмотрев на улыбающегося мага, я демонстративно пересела подальше от столика. Давли замер с протянутой рукой, в которой держал чашку чая. «Когда успел налить?» — удивилась я.

— Говори, что не нравится, — задумчиво проговорил маг, продолжая стоять у камина.

— Всё не нравится. Верните меня домой или просто отпустите. Я сама дорогу найду.

Рыжий, кивнув на дверь, дал понять мужчине, чтобы он оставил нас наедине. Как только Давли вышел, маг внимательней оглядел меня и покачал головой.

— Ты была когда-нибудь дальше своей деревни? Можешь не отвечать, я и так знаю, что нет. Поэтому предлагаю тебе нормально одеться, и я покажу тебе, что такое город. Авда, помоги гостье собраться, — сказал он, немного повысив голос.

Женщина тут же появилась на пороге, и я поняла, что слуги постоянно находятся за стенкой и готовы услужить своему хозяину. Какой кошмар. Зачем они работают на него? Это ведь невыносимо — быть постоянно на побегушках! Сжалившись над бедной женщиной, я молча поднялась и последовала за ней в ту белую комнату, в которой я провела ночь. Поднявшись на второй этаж, я спросила у нее про эту работу, и она очень удивилась моему вопросу. Сдержав улыбку, она сказала, что у нее очень хорошая, высокооплачиваемая работа. Нет ничего зазорного в том, чтобы помогать молодому господину, и вообще ей всё нравится. В комнате она посоветовала поменять моё платье на более тёплое, но я увидела женские брюки. Авда, приняв мой выбор, сняла их с прищепок и, перебрав несколько блузок, кофт и сорочек, предложила, по её словам, самую подходящую. Обтягивающая тёмно-коричневая кофточка с высоким воротником из тончайшей шерсти. Прикинув, что сверху всё равно будет шуба, я согласилась надеть то, что никогда не носила. Нерешительно взяв предложенные вещи, я попросила её выйти и сразу же скинула с себя платье. Растянутая длинная майка никак не подходила для того, чтобы заправлять её в штаны. Пришлось снять и надеть кофту на голое тело. Глянув на себя в зеркало, я испугалась. Стыдоба-то какая! Эта кофта слишком облепляла тело и вырисовывала все мои изгибы, особенно грудь. Мгновенно сдернув её с себя, закинула подальше на полку и схватила свою майку. Надев её, мне стало намного спокойнее. Повертев штаны в руках, решила их даже не мерить. В задвижном ящике нашла самые толстые колготки и, натянув их, надела обратно свое платье. «Вот так-то лучше!» — подумала я, глядя на лежащие на полу брюки. Откуда вообще возникло желание их надевать? Куда я смотрела? Они теперь казались мне слишком обтягивающими и неприличными. Прицепив их обратно прищепками, повесила в шкаф и задумалась об обуви. В прошлый раз я видела, откуда Авда вытащила туфли, и, потянув на себя нижний ящик соседнего шкафа, присела, разглядывая обувное разнообразие. Чего тут только не было: и туфли, и ботиночки, и тапочки, и сапоги, и даже унты, похожие на те, что носила Агли. Недолго думая, я их обула и поспешила вниз найти свою шубу. Авда, ждущая меня в коридоре, даже не стала задавать вопросов. Она еле слышно вздохнула и повела к центральному входу. Возле дверей стоял Давли. Увидев меня, он вытянул руки, в которых была далеко не моя шуба. Этот шикарный соболиный мех был совсем не похож на медвежий. Как он мог перепутать?

— Это не моя шуба, — сказала я и стала озираться в её поиске.

— Господин велел дать вам эту.

— А моя где? — не унималась я.

— Выбросил, — вдруг раздалось за моей спиной. — Авда, почему на ней это платье?

— Потому что это моё платье, и верните мою шубу! — воскликнула я, начиная снимать с себя чужие унты.

— Что ты делаешь? — раздражённо спросил он.

— Мне ничего от вас не нужно, — зло прошептала я, слегка задрав подол.

Подцепила колготки и принялась их стаскивать. Давли тут же отвернулся, а вот Рыжий сжал плотно губы, но продолжал на меня смотреть.

— Как скажешь. Тогда от прогулки придётся отказаться. Раздетой на улицу я тебя не пущу, — снисходительно сказал он и махнул рукой.

Этим жестом он показал Давли, чтобы тот уносил шубу и тоже стал раздеваться. Расстегнул драповое пальто с меховым воротником и, всучив его в руки мужчине, остался в клетчатом шерстяном свитере и синих плотных, слегка обтягивающих брюках. Я раньше никогда не обращала внимания на одежду, но тут рассмотрела его всего и обратила внимание даже на обувь. Ботинки у него были кожаные, на толстой подошве. Высокое голенище и заправленные штаны в них смотрелись довольно странно. В деревне никто так не ходит. Хотя я двадцать лет в лесу прожила и вообще понятия не имею, кто в чём теперь ходит.