И занялся перевязкой.

— Что за ловушка? — спросил я, присев рядом на корточки.

— Турель, — ответил Тень. — Я её вовремя не заметил, попал под выстрел. Успел убраться с линии огня, иначе изрешетило бы…

— Локман, пошли посмотрим, — я поднялся на ноги, Скорпион с готовностью присоединился ко мне.

По меткам, оставленным Тенью, мы быстро добрались до места ловушки. По дороге пришлось проверять каждый поворот и развилку тоннелей, выглядывая из-за угла и только потом выходя на открытое пространство, чтобы не разделить участь нашего скрытника.

— Вот она, — Локман в МПД высунулся в коридор, и по броне тут же застучали крупнокалиберные пули.

Ответный огонь уничтожил турель, она повисла на креплениях.

— Легче лёгкого, — ухмыльнулся Скорпион.

Но пройдя чуть дальше, мы наткнулись на ещё одну турель. На этот раз с пушкой крупного калибра.

— Ой, — Локман удрал обратно за поворот, едва заметив, с чем предстоит иметь дело.

— То есть система адаптивной защиты, — подытожил я. — Прелестно.

Путь к машинному отделению только что серьёзно усложнился.

Обратный путь мы проделали в молчании. Я обдумывал сложившуюся ситуацию. Мы лишились разведки — сканирущие возможности ведьм не видели электронику, Тень был ранен. И нам предстоял путь, полный ловушек.

Этими соображениями я поделился с группой, когда мы вернулись.

— Что ж, — пошутила Синтия, — по крайней мере, тут не будет каменного шара.

Где-то в пространстве и времени Ковчега

— Я тобой недоволен, — мыслесвязь несла оттенки сдержанного гнева и осуждения. — Ты совершил серьёзный проступок.

— В чём я провинился? — удивление и непонимание.

— Почему ты пропустил его? — негодование.

— Он носитель Примы. Он в своём праве, — глубокая уверенность в своей правоте.

— Ты должен был быть преградой захватчикам! — гнев.

— Но я преградил путь остальным, — непонимание, на что тут сердиться.

— Но он чужак! — негодование и злость. — Они все чужаки!

— Но разве они не одни из нас? — удивление.

— Это не одно и то же! — искреннее возмущение.

— Что касается Примы, он старшая особь, я не имею права его останавливать. Кто бы он ни был — это дела Прим, — непреклонная уверенность в себе.

— Когда Исполнитель проснётся и узнает, тебе не поздоровится! — угроза.

— Вот когда проснётся и узнает, тогда и поговорим, — напоминание, что у них равные права.

— Конец связи, — капитуляция.

Прекратив разговор, ИИ «Ковчега» задумался. Захватчиков нужно было остановить, но как? Он не имел права действовать без приказа Примы, а Исполнитель словно впал в кому и ни на что не реагировал. Что ещё он мог сделать, пока Прима отсутствует? Кто его выслушает и не пошлёт без прямого приказа?

Из доступных вариантов был только один, который подходил по всем параметрам.

Пантеон.

ИИ испытал неудовольствие. Члены Пантеона были слишком своенравны, слишком много взяли от своих мясных скафандров, были слишком сильны. Но выбирать не приходилось. ИИ начал новый сеанс мыслесвязи.

— Зевс?

Ответ пришёл не сразу, и от него сквозило неудовольствием, сопоставимым с тем, что испытывал ИИ при осознании необходимости связи с Пантеоном.

— Что у тебя такое, что потребовалось отвлекать меня от дел?

— На корабле посторонние, — сообщил ИИ.

— Это новость, — равнодушие и лёгкий оттенок раздражения. — Сообщи об этом Исполнителю.

— Ты же знаешь, что он… пока отсутствует.

— Сообщи ему об этом, когда он очнётся, — ощущение лёгкого пожатия плечами.

— Вы могли бы остановить захватчиков, — предложение, сделанное с оттенком великодушия. — Когда Прима проснётся, он будет вами доволен.

— Что они из себя представляют? — слабый проблеск интереса.

Да, расположением Исполнителя не разбрасываются, даже если ты — глава Пантеона.

— Горстка людишек, возомнивших о себе слишком много, — пренебрежение и высокомерие.

— Не интересует, — равнодушие.

Свою ошибку ИИ осознал слишком поздно. Не стоило подавать Пантеону эту идею в таком ключе. Они слишком сильны, чтобы размениваться на мелочи. Оставалось постараться исправить ошибку и не сделать новую.

— Но вы могли бы заработать репутацию в глазах Исполнителя.

— Тем, что раздавили горсть насекомых? Не смешно. С ними справятся в Серпентарии или Зонтике, обратись к ним.

— Они прошли Серпентарий и даже Зазеркалье.

Слабый проблеск интереса.

— Простые людишки?

— Не совсем, — вынужденное признание. — Они имеют симбионтов. И один из них в ранге Примы.

— С Примой пусть разбирается Прима, — равнодушие.

— Разве не соблазнительно помериться силами с Примой? — осторожный заброс наживки. — Уверен, вы с этим справитесь.

— Даже если так — зачем нам тратить на него время и силы? — уклонение.

В ход пошёл последний козырь.

— Например, затем, что носителем Примы является Рюрик.

Зевс медленно, смакуя, повторил знакомое имя:

— Рюрик?..

Я в режиме «Сплава» пританцовывающей походкой шёл по коридору. Не то чтобы мне вздумалось развлекать группу танцами, но немного дёрганый ритм шагов позволял мне эффективнее справляться с боевой задачей.

Шаг. Из открывшегося в полу люка поднялась плазменная турель. Восприятие, разогнанное режимом слияния, ускорилось настолько, что я успел не только заметить момент развёртывания, но и среагировать быстрее, чем она откроет огонь. Я быстро уклонился от заряда и выстрелил в ответ.

Система играла со мной не то в кошки-мышки, не то в шашки — турель убралась обратно до того, как ответный выстрел плазмой превратил её в груду искрящегося металлолома. Этот ход остался за обороной: турель была цела, невредима и готова к новому появлению из люка.

Ещё несколько шагов. Ловушка снова сработала, на этот раз появился ствол огнемёта. Враг учёл мою реакцию, позволяющую мне уворачиваться от выстрелов, и предпочёл бить по площади. Ощущать, как броня превращается в ксеноса-гриль, я не захотел и рванулся вперёд, стреляя на ходу. На этот раз система не успела отработать цепочку «Прекратить огонь — убраться обратно в ячейку», и заряд поразил цель. Очко в мою пользу, эта турель своё отстреляла и больше вести огонь не будет. Этот участок коридора был наконец пройден.

Остальная группа отсиживалась в тоннеле, в полной безопасности, и помочь мне могла только моральной поддержкой. Я был единственным, кто располагал комбинацией «скорость-броня-реакция-огневая мощь», позволяющей пройти эту полосу препятствий без ощутимых потерь. Остальные не смогли бы справиться с турелью и погибли бы или были серьёзно ранены. Более чем достаточно было того, что ранение получил Тень.

Шаг — и сразу рывок назад. Коридор передо мной заполнила лазерная решётка. Тот, кто устроил эту ловушку, недоработал — ему стоило настроить включение лазеров на момент, когда потенциальная жертва зайдёт как можно глубже в зону действия решётки, и тогда включать её — в итоге гарантированная смерть. А она сработала, стоило мне ступить за невидимую черту, за которой засверкали смертоносные лучи. Выяснять, что боевой лазер сделает с моим скафандром, я не хотел. К счастью, у меня под рукой была группа.

— Все ко мне, — скомандовал я.

— Да уж, — высказалась Синтия, оценив плотность лазерной решётки. — Муха, может, и пролетит, но мы точно нет.

— Даже Тень не пройдёт, — поддержал Локман.

— И моя вторая форма бесполезна, нарежут кубиками и поджарят, — посетовал доктор Килл.

Сёстры Тайсон промолчали, Тень отозвался вздохом.

Боевую задачу я объяснил товарищам быстро: взять винтовки и отстреливать лазерные излучатели. Это потребовало времени, но с каждым новым попаданием решётка становилась всё реже, пока не погас последний лазерный луч. Особенно отличилась Синтия с её снайперской винтовкой — ни одного промаха. Я осторожно подошёл к перекрывающей коридор решётке, на которой крепились расстрелянные излучатели, и она на моих глазах втянулась в потолок, открывая проход. Путь был свободен. Почти.