Хитрый ярл понял это раньше других! И вот уже острова, которые раньше принадлежали всем и никому, стали владениями нордлингов…

Так почему какой-то викинг сумел, а он – не сумеет?!

Нежата вскинул голову. Глаза его вспыхнули. Вот подвиг, достойный великого воина, настоящего князя!

– Не стерплю злой неправды! – громко произнес он. – Благим деянием будет выкинуть хищного нордлинга с Соляных островов!

Крум ничего не сказал, лишь улыбнулся еле заметно.

– Эк ты замахнулся, боярин, – не без тревоги сказал Кофа.

Хазарин хмурился – ему не очень понравился державный размах, который грозил принять задуманный им скромный торговый поход за бивнями единорогов.

– А ты полагал, тебе дозволят там скупать товар по дешевке? – повернулся к нему Нежата. – Не-ет, вся добыча там отныне принадлежит ярлу! Захочет – и даст тебе вовсе от ворот поворот!

Кофа что-то пробубнил. Он был уже сам не рад, что свел Нежату с Крумом.

Нежата же только разгорался. Мысль его летела все дальше. Освободить от нордлингов Соляные острова… и вокняжиться там самому!

Он ведь годами искал землю, где мог бы осесть и править со славой. Одна беда, вече посылало его все в скудные и погибельные лесные трущобы. Несомненно, надеясь, что там он и сгинет однажды.

А не на такого напали! Нежата возвращался раз за разом, упрямый и победоносный. И наконец-то дождался. Звучит-то как – Соляные острова…

– Я буду володеть этой землей по правде и справедливости, – проговорил он, устремляя вдаль взгляд, затуманенный новой мечтой. – Как прежде, всем будет дозволено жить и промышлять там: и новогородцам, и лопарям, и мирным нордлингам…

– На этакое дело нельзя пускаться, не собрав вече, – заметил Тархо, тоже несколько ошарашенный воодушевлением боярина.

– Как же без веча, – усмехнулся Нежата. – И, знаешь, я даже не сомневаюсь, что золотые пояса за меня кричать станут. А после с охотою мошну расстегнут. Старичье ведь только мечтает услать меня куда подальше от Нового города. А тут такой повод…

– И Соляные острова в самом деле важное для торговли место, – кивнул Тархо.

– Думаю, трех лодий будет достаточно. Крум, ты сказал, что у Арнгрима-ярла всего один драккар? Он, конечно, может набрать войско из местных, но цена ему ломаная чешуйка… Да, три ладьи: одну поведу сам, вторую – ты, Тархо. Третью… Эх, Богша Бобер больше не ходит со мной…

– Я, я могу! – не утерпел седой Бзыря, хозяин харчевни. – Я в молодые года лихим ушкуйником был! Я и дорогу на север не позабыл, проведу вас по рекам и волокам до самого Змеева моря! Знаете, как надоело на суше?! Скука смертная!

Нежата едва услышал. Замысел захватил его целиком.

– Ты пойдешь на моем корабле, – ткнул он пальцем в Крума. – Мне понадобится проводник и человек, хорошо знающий этого Арнгрима…

– Нет, – спокойно ответил Крум.

– Что значит нет?!

– У меня дела на родине. Срочные. Мне надо повидать сестрицу Славейн…

Тархо и Кофа отметили, что это прозвучало очень нехорошо, чтобы не сказать зловеще.

А Нежате по-прежнему было не до того.

– Этот Крум Лопарь… Послушал я его и засомневался, – все же сказал Тархо на пути домой, когда переговоры были закончены. – Мнится мне, у него личные счеты с ярлом Арнгримом. Уж очень он старается натравить на него новогородцев…

– А нам что с того? – хмыкнул Нежата. – Этак даже и лучше!

– Помнится, ты уже раз положился на одного мстителя, – покачал головой Тархо. – В землях мещор… Помнишь, чем закончилось?

Нежата остановился посреди улицы:

– Думаешь, нордлинг лжет?

– Насчет Соляных островов? Нет. Не он один рассказывает о захвате. Вчера приплыли купцы из Альдейги, город полнится слухами…

– Так какая разница? Вполне возможно, Лопарь в самом деле поссорился со своим вождем. Иначе он сейчас добывал бы единорогов на Змеевом море, а не тащился через словенские земли, словно изгой…

– И еще кое-что, – помолчав, добавил Тархо, – о чем Крум умолчал, а слухи-то ходят…

– Что еще?

– Говорят, Арнгрим стал могучим колдуном. Бурями и волнами повелевает… Знаешь, примером, как он свой корабль раздобыл? Вытолкнул за борт морского ярла, к которому нанялся в прошлом году, и того растерзали послушные Арнгриму единороги…

Нежата хмыкнул:

– Сильный противник, да еще и чародей! Что ж, тем громче будет моя слава!

Предупреждения соратника лишь раззадоривали его. Наконец-то достойный враг! А не все эти лесовики, мещоры да весь, что при первом же поводе сбегают в свои чащобы…

– Сказывают, на Змеевом море Арнгриму повинуется всякая тварь, – продолжал мерянин. – Что делать-то с ним будем?

– К чему клонишь, Тархо?

– Если мы туда идем, нам нужен свой чародей. Такой, чтобы и тьму в глаза напустил, и ветер вызвал… Я уже поговорил с одним арбуем…

– Не надо, – прервал его Нежата. – У меня есть знатный гусляр. Хоть юный, да с ним сила Велеса!

Он улыбнулся. Поистине все складывалось так, как надо…

– Не туда мы свернули, боярин, – вздохнул Бзыря.

Вид у него был виноватый.

– И хотел бы тебя порадовать, да нечем! Это уже не Юка. Или с самого начала была не Юка, а вовсе другая река…

– Ты же говорил, что не раз тут проходил! – возмутился Нежата.

– Проходил – а теперь ничего не узнаю! – развел руками бывший хозяин харчевни. – Нам глаза отвели, как пить дать! Это все духи здешние, чудские, нас кружат…

– Вот тебя и отдать бы этим духам в жертву, чтобы на верную дорогу вывели!

– Меня-то за что?!

Нежата смотрел на бывшего ушкуйника, клокоча от гнева. Все у Бзыри виноваты, кроме него самого! В жертву бы принести такого кормщика! И то верно, приличного человека бзырей-шатуном не назовут…

Остальные были, похоже, того же мнения.

– Сам дорогу не знает, а валит на духов, – съязвил Кофа.

– Надо было того Крума Лопаря схватить и привязать к мачте! – в сердцах воскликнул Тархо. – И не отвязывать, пока не увидим волны Змеева моря! Может, он не Арнгрима, а нас погубить хотел!

Нежата хмуро оглядывал окрестности. Перед ним простирался песчаный берег с широкой отмелью, на которую были вытащены ладьи. Мимо куда-то стремились холодные воды неведомой, как выяснилось, реки. По ту сторону неприветливой стеной стоял еловый лес. Низкие облака погружали все вокруг в тоскливую тень, грозя очередным снегопадом.

Итак, они заблудились. Река течет не на восток, как ей вроде бы положено, а понемногу сворачивает к югу, в самую глубь Великого леса. В противоположную сторону от Змеева моря…

Путь по рекам из Нового города в низовья Виньи был неплохо известен, однако считался долгим и опасным. Оттого люди в здравом уме затевали его весной, сразу после невского ледохода, и уж никак не в предзимье… Главным было выйти на Чудской волок между двумя большими реками – Юкой, несшей воды на восток, и Виньей, текущей к северу. Бзыря утверждал, что промахнуться мимо волока невозможно. И сам волок удобен и невелик – не длиннее пары верст.

– Пойдем сперва на веслах по Суходоне, потом вниз по Юке. Путь легкий, река сама понесет, только сиди на кормиле да поплевывай! – сулил Бзыря. – Кормиться по пути будем у местных: сперва у мерян, потом у вису. Они по берегам рек живут, рыбу ловят… А какие хмельные зелья гонят суряне! Будем всю дорогу сыты и пьяны!

– А лесовики точно захотят кормить чужаков? – поежился Кофа. – Или попотчуют поганками, как мещоры?

– Кто ушкуйника попробует накормить поганками, сам их жрать будет, – захохотал Бзыря.

– Лишь бы успеть до ледостава, – с тревогой сказал Тархо. – Времени у нас в обрез. Только бы зима не выдалась ранней…

Сперва казалось, что боги услышали их просьбы. Граничившее с новогородскими землями море Онего встретило их небесной, искрящейся синевой волн. Три ладьи спокойно прошли мимо исполинского утеса, увенчанного храмом Волозь-Шкая. Отдохнули в Ростове – гостеприимном торговом городе, где селились вперемешку меря и словене. Тархо рассказал: кое-кому из мерян не по сердцу пришлись пронырливые купцы и новые соседи. Крепко блюдя обычаи предков, те люди снимались с насиженных мест, отселяясь в непроходимые лесные чащобы, где скрывался Галич Мерьский – тайный город, который мало кто видел. Нежате с Кофой невольно вспомнился Изнакар…