Всего этого я не мог произнести вслух, хотя знал историю этого времени гораздо лучше самых дотошных докторов исторических наук. Что ж, официальная версия событий мне в помощь…

— Нео-аристократию возглавил клан Рюрика, — бодро начал я, — и его ближайшими соратниками стали…

Преподаватель слушал меня, кивал, и я видел искреннее удовольствие на его лице: этот человек радовался, когда кто-то показывал, что знает его предмет. Вряд ли его часто радовали — не потому, что не могли, а просто кому в этой аудитории было интересно копаться в хитросплетениях событий, произошедших полтысячи лет назад? Тут бы современные бульдожьи подковёрные схватки не упустить из виду…

— Всё это привело к образованию Меркурианской и Венерианской коалиций, — всё так же бодро закончил я свой ответ.

— Отлично, — одобрил лектор. — Просто отлично.

Кто-то просверлил мне спину неприязненным взглядом. Но я не успел заметить, кто это был — прозвучал сигнал окончания занятий.

Меня ждали в зале для совещаний сразу после ужина.

Всех собравшихся в зале для обсуждения предстоящего прохождения ждал большой сюрприз. Место командующего занимал не я и не Магнус в компании моей невесты. Вместо них за трибуной стояли сёстры Салем, приветствуя входящих лучезарными улыбками. Рассаживаясь по местам, студенты озадаченно переглядывались, переспрашивали друг у друга, что происходит, но никто не понимал, с чего в руководстве задачей происходят такие перестановки.

Люциус сидел в первом ряду, довольный вниманием публики, но явно не собирался никому ничего объяснять. Пришлось взять на себя это нелёгкое дело.

Я остановился у трибуны, тут же попав под перекрёстный огонь недовольных, любопытных и выжидательных взглядов. И на этот раз шпаргалки от Люциуса у меня не было. Пришлось вспоминать уроки Царя.

— Рад снова видеть вас всех вместе, — я улыбнулся собравшимся короткой, сдержанной, но тёплой улыбкой. — Надеюсь, что все вы плотно поужинали сегодня, потому что сразу после собрания мы начинаем повторное прохождение задачи Коба Яши Мару, а это дело долгое.

Послышались сдержанные смешки.

— Все вы хотите знать, почему на этот раз наш глава студсовета идёт рядовым пилотом меха, а вместо него командовать операцией будут сёстры Салем, — продолжал я.

О да, они хотели, и ещё как. Шепотки и смешки сразу стихли, аудитория обратилась в слух, все опасались пропустить хоть слово.

Люциус поднялся со своего места, подошёл к нам.

— Я уступил им свою роль, потому что у них есть то, чего нет у меня, — начал он. — Вам будет казаться, что это магия.

«Это лучше, чем магия, — подумал я. — Технологии, неотличимые от магии».

— Именно благодаря этому они всего лишь втроём показали выдающийся результат. Мы решили, что объединить наши усилия будет хорошей идеей. Слушайтесь их, как слушали меня. Кто не будет слушаться — очень подведёт всех и огорчит меня лично, и я не знаю, что будет хуже…

Намёк был более чем ясен. Тонны компромата на всех и каждого никуда не делись и были готовы пойти в ход, если кто-то вздумает ослушаться.

— А ещё нашего очаровательного командования есть секрет, — краем глаза я отметил, какими застывшими сделались улыбки ведьм. Они явно решили, что сейчас я выложу всю их подноготную. — Им чертовски везёт во всём, за что они берутся, и что ещё важнее — их везение заразно. Проверялось неоднократно. Я решил, что нужно использовать это качество на благо нам всем, хорошим нужно делиться.

До меня долетели три облегчённых выдоха.

— К счастью, мы не жадные, — прощебетала Эмбер.

— Но чтобы заразить вас удачей, нам нужно кое-что сделать, — пропела Эмеральд.

— Соберитесь в круг, — добавила Джейд, — чтобы мы могли к каждому прикоснуться.

— Самых везучих, возможно, даже обнимут, — добавил я, кожей чувствуя, как взгляды ведьм превращаются в боевые лазеры, нацеленные на меня.

Но цели я достиг — студенты охотно поднимались со своих мест, пересмеиваясь и устремляясь к нам.

Круг вышел плотный — студентов было много. Не участвовали в собрании только те, кто учился на инженерном факультете. Так что сестричкам пришлось потрудиться, пока они дотянулись до каждого, но некоторым действительно повезло. Люциуса и Каса обняли все трое. Люциус озадаченно приподнял брови, словно прислушиваясь к чему-то, Кассиан столь же озадаченно пробормотал:

— Кофе я вроде не пил…

Те, кого коснулись сёстры Салем, возвращались на свои места и начинали чувствовать себя странно: им казалось, что они могут свернуть горы, им всё по плечу, необыкновенный подъём воодушевления требовал выхода, и они были готовы на любые подвиги уже без всякого понуждения со стороны Магнуса.

Когда очередь дошла до Винсента, не слишком довольного необходимостью подчиняться каким-то девицам, пусть даже очень симпатичным, ведьмы замерли на миг, переглянувшись, и Джейд прошептала: «Король умер — да здравствует король!»

Винс довольно улыбнулся, явно восприняв эти слова как выражение почтения, а испытанное им вслед за прикосновением воодушевление и вовсе свело на нет его недовольство.

Он был последним, кто подошёл к сёстрам Салем, и когда Винс вернулся на своё место, ведьмы повернулись ко мне.

— А теперь скажи нам небольшую речь, Ведьмак.

Это месть за подколку с секретом? Не похоже — слишком серьёзны.

Я был удивлён и озадачен, но раз им это для чего-то нужно…

— Давайте забудем, что нас ждёт виртуальная реальность, — начал я. — В прошлый раз, когда мы спасали человечество, мы очень быстро забыли о том, что вокруг нас не настоящий космос, перед нами — не настоящие враги, а за спиной — не настоящие люди. Всё решается тем, во что мы верим. Сегодня нас ждёт настоящий подвиг. Спасём человечество ещё раз, как бы ни был силён и опасен враг. Мы уже разбили его однажды — разобьём снова. Враг не пройдёт. Победа будет за нами. Человечество будет жить.

Набор банальностей, но он сработал, как спичка, брошенная в кучу пороха. Зал буквально взорвался криками, аплодисментами, студенты вскакивали и с воодушевлёнными возгласами пробирались к выходу — к капсулам. Воздух словно искрился от напряжения — и меня тянуло вслед за ними, присоединиться к общему делу и совершить всё то, о чём я сам же и говорил.

— О да, — пропела Эмеральд, — с этим можно работать!

И работа началась.

Винсент Гарсия был очень доволен собой. Ночь, проведённая в борделе, отзывалась сладкой ломотой во всём теле. Первой реакцией, когда он осознал, что перед ним не Снежана Медведева, а её очень похожий, но всё-таки двойник, было негодование и отторжение. Он не был согласен на двойников. Но тот, кто поселился в нём, захотел её и настоял на своём. Винс поддался — и ни разу не пожалел о своей уступчивости. Девица оказалась весьма умелой и знала, как доставить мужчине настоящее удовольствие.

Сейчас она была где-то среди штурмовой пехоты, но когда всё закончится — будет ждать его в личных апартаментах на правах фаворитки. Винс так решил. Косметическая операция превратила никому не известную девушку в почти полное подобие дочери Старого Медведя, и место её отныне было при её короле. А когда он покончит с Ведьмаком и получит настоящую Снежану, то сделает её жизнь невыносимой в наказание за неуступчивость. Заносчивая снежная королева станет служанкой при его фаворитке. И он будет прямо при ней развлекаться с Селестой, её копией, чтобы Снежка поняла, от чего отказывалась.

Она в конце концов согласится на всё…

Конечно, он соглашался на эту авантюру в первую очередь для того, чтобы показать ей, на что теперь способен. С подселением симбионта он изменился, стал умнее, сильнее, яростнее — что ещё нужно, чтобы произвести впечатление на девушку? Он рассчитывал на то, что ему, как королю, доверят возглавить эту небольшую, но всё-таки армию. А в итоге пришлось подчиняться девчонкам… но они хотя бы оказались достаточно умны, чтобы разглядеть в нём настоящего повелителя и даже вслух признать его превосходство!