Наконец она остановилась, уяснив, что ни один из её ударов не достиг цели.

Ну… почти не достиг.

— Что и следовало ожидать от дочери Одина, — хмыкнул я, тыкая пальцем в многочисленные прорехи на форме, и изобразил поклон, мол, благодарю за честь.

Вот тут невозмутимое лицо заместителя Каса дрогнуло.

— Откуда ты знаешь Маэстро? — спросила она.

Быстрая проверка на дурачка. Всё же догадаться о их родстве по одинаковой фамилии главы ЧВК и девушек несложно, но сейчас я дал понять, что знаю его лично. В конце концов, в том далёком прошлом мы общались достаточно, чтобы теперь знать, как бы он отреагировал на всё происходящее.

После запроса связному мне на почту упал зашифрованный файл, от которого я чуть не пробил лицо фейспалмом.

Молодые «Волки» в «Звездной академии» оказались одной из ячеек Департамента, действующей автономно. ЧВК набирала пилотов среди студентов Академии, делая упор на талантливых, но недостаточно богатых или родовитых, чтобы пробиться в верхушку топа.

Так зачем я устроил этот перфоманс? Точнее, я и Один Рейвен? Он мне доверился. Доверил мне младшее поколение Рейвенов: вот тебе моя молодая копия, вот его гарем и армия, но авторитет у них завоёвывай сам, я уверен, что ты справишься.

Я знал, что справлюсь. Он тоже это знал.

Послание старого друга было понятным. Это для Лорда и немногих выживших моё старое имя имело значение. Здесь и сейчас я Юлий Марс, марсианский сирота без связей и силы. Всё своё я должен добыть сам.

Деньги, власть, невесту. Верность будущей армии, что пойдёт за мной в бой.

Что уважают «Волки»? Силу. И подавляющее превосходство я продемонстрировал с лихвой. Остались последние штрихи, чтобы закрепить договор на крови.

— Хорошая попытка, но его позывной Лорд, — я коротко улыбнулся.

Нима, державшаяся позади, ответила едва заметной улыбкой. Знает. Значит, на связи с куратором именно она. Уж не знаю, как они там между собой договорились, но в интересах Департамента, чтобы его фракции, не подозревающие, что они тут не одни, не начали друг друга убивать. И сейчас она следовала приказу Лорда и держалась в стороне, чтобы в случае проблем вызвать Арахну.

И я знал, что она знает.

— Кто ты такой, Юлий Марс? — прямо спросил Кассиан Комаров.

Я улыбнулся и назвал имя, данное мне при рождении. И его узнали.

— Это честь — познакомиться с вами, — склонили голову поднявшиеся «москиты».

Кто-то тихо пробормотал с пола: «Это многое объясняет».

— Здесь и сейчас я просто Юлий Марс, — хмыкнул я, взвешивая в руке инъектор с «мёртвой водой». — Вопрос в том, могу ли я вам доверять?

— Разумеется.

— М… — задумчиво протянул я, приставив прибор к шее. — А если доверие не оправдается?

— Тогда Клан «Звёздных Волков» примет ответственность и искупит ошибку кровью.

Я доверял им свою жизнь. Они платили мне ответным доверием и готовностью выплатить долг крови, если наш план провалится. Хорошая основа для союза «Волков» и Ведьмака.

— Кас, ты… — зашипела испуганная рыжая, понимая, что лидер сейчас вышел далеко за пределы своих полномочий.

— Отец поймёт, — бросил Кас.

Он уже понял. Один «Лорд» Рейвен верил, что призрак прошлого обернётся маяком надежды. Поэтому и решил доверить родную кровь мне.

— Кровь за кровь. Жизнь за жизнь, — кивнул я и нажал на кнопку инъектора, чувствуя, как в кровь впрыскивается медленная смерть.

Не то чтобы это способно убить Ведьмака. Зато теперь… «Звёздные волки» будут служить мне.

Юлий Марс закрыл глаза, отключаясь от этого тела. А на другой стороне сверкнул линзами окуляров ведьмачий палач и пустым электронным голосом произнес:

— Приступаю к ликвидации.

Я уже думал, что этот безумный день закончился, когда проводил невесту до её комнаты и брёл по коридору к себе. Хотел поцеловать её, но наткнулся на испуганный взгляд и отступил. Пусть разберётся в себе. Быть даже гениальным стратегом — не значит уметь по умолчанию понимать, что происходит с твоими чувствами. Все мы когда-то проходили через это…

Но сюрпризы на этом не кончились.

У дверей меня поджидала Александра Герега. Её палец обвиняюще указал на меня.

— Я знаю, кто ты на самом деле, Юлий Марс.

— Я знаю, кто ты на самом деле, Юлий Марс.

Я посмотрел на палец с безукоризненным маникюром, нацеленным на меня. Поднял взгляд на лицо Александры. Удивительно, какие мелочи отмечает сознание в такие моменты, хотя даже я уже чувствовал себя несколько утомлённым. Крохотный страз, утопленный в чёрном лаке, выглядел как маркер наведения. А в зрачках, расширенных от возбуждения и полумрака коридора, прямо-таки читалось перекрестие прицела. И я ни секунды не сомневался, на кого этот прицел направлен.

Организм сам собой переключился в боевой режим.

Время почти остановилось. Мысли, которым некуда было спешить, текли неторопливо, почти лениво, и я изучал их с разных сторон, прежде чем принять окончательное решение.

Что эта секс-бомба умудрилась на меня накопать? Насколько серьёзный прокол допустил Департамент? Где именно прокололись? И самое главное — куда девать труп так, чтобы его не нашли? С учётом вездесущего Профессора Мориарти и послушных ему камер вопрос был отнюдь не праздным.

Но сначала нужно было узнать, что именно стало известно Александре, подстраховалась ли она на случай, если ситуация выйдет из-под её контроля, насколько уязвима её страховка для АЛа, и нельзя ли обойтись без радикальных мер? Вдруг мне есть что предложить ей за молчание? Рискованно, конечно, но и возможными союзниками в моей ситуации разбрасываться тоже было не с руки.

Потом Александра моргнула, и снайпер внутри её хорошенькой головки отложил винтовку. Я представил, что она сейчас видит. Лицо в синяках и в крови, длинный порез на щеке, волосы слиплись от пота и крови безобразными сосульками, белая с чёрным и золотым форма лидера топа превратилась в лохмотья, ещё и пошатывает заметно…

Ну, допустим, пошатывался я намеренно, и порез был сделан хирургически, пока «стая» шумела и роняла друг друга куда и как попало. Но всё остальное было настоящим. Хотя пришлось попотеть, чтобы форменка обрела свой нынешний вид. Ну, и маску истощения и усталости, которую носил двое суток, я с себя пока не снимал.

Идеальная невеста и жена, заточенная на то, чтобы наилучшим образом послужить своему избраннику, не могла не повестись на это. Концентрированная женственность может быть равно беспощадна и милосердна, и сейчас побеждало милосердие. Что ж, это давало неплохие шансы на выживание самой Александре…

Пауза затягивалась. Я рассчитывал, что Герега сдастся быстрее.

— Ты как-то неважно выглядишь, — сказала она наконец. — И помыться тебе не мешало бы… Давай поговорим утром.

Я чуть помедлил и кивнул. Выглядело так, будто до меня даже слова с трудом доходят.

— Где и во сколько? — даже голос у меня был словно присыпанный пылью. В своё время пришлось немало помучить диктофон, чтобы добиться такого эффекта.

Она что-то прикинула в уме.

— Ресторан «Уголь и Уют», восьмой сектор. Сразу после занятий. Не опаздывай, стейки нужно есть горячими.

Я смотрел, как она уходит по коридору, покачивая бёдрами, и рот у меня наполнялся слюной.

Стейки…

По комнате я промчался как смерч, разбрасывая испорченную одежду. Потом соберу и отправлю в утилизатор. Мне действительно было позарез нужно в душ. И совсем не потому, что застоявшийся уже запах пота оскорбил аристократический носик охотницы за ДНК. Слишком много нужно было ещё сделать за этот вечер, а заниматься делами я предпочитал всё же чистым и прилично одетым, если был выбор.

Да и есть хотелось отчаянно, а опускаться до пожирания ужина в стиле немытых неандертальцев я себе позволить не мог. Только дай себе слабину в какой-нибудь мелочи, тут же возникнет искушение расслабиться ещё в чём-то более существенном, и моргнуть не успеешь, как из альфы превратишься во всклокоченное недоразумение.