Финальный намёк на взаимовыгодное сотрудничество явно пришелся по душе правителю Медеса. Но остальные дворяне впали в неистовство. Особенно после того, как я подкрепил свою речь небольшим штрихом, выложив на стол шкатулку с камнем крови. Грану Эльдрег потребовалось приложить немало усилий, чтобы восстановить порядок в пиршественном зале.

— А вы, как я погляжу, сторонник сугубо прагматичного подхода? — то ли похвалил, то ли уколол меня король.

— Обстоятельство вынуждают прибегать к таким методам, — дипломатично развёл я руками. — Время — ценнейший ресурс, утрату которого восполнить невозможно. Поэтому я стараюсь экономить его всегда и везде.

Монарх соседнего государства цепким взглядом осмотрел мою фигуру, особенно долго задержавшись на стальной маске, скрывающей лицо. Невольно я и сам затаил дыхание от напряжения, ожидая его вердикта.

— Да будет так, Ваше Благовестие. Я согласен на условия вашего поверенного, — вымолвил правитель Медеса.

Фух, ну, король, ну любитель изматывающего ожидания! И ведь неспроста так он подал свой ответ именно так. Очевидно, это адресованный мне щелчок по носу за выбранный метод ведения переговоров. Гран Эльдрег показал, что раскусил мою задумку с созданием театральной интриги, и сразу же применил против меня тот же самый приём. Ох, и злопамятный же он тип! С таким хитрецом ухо нужно держать востро…

Ладно, поглядим, к чему приведёт эта затея.

Король Медеса безропотно произнёс слова клятвы, которая не обязывала его ни к чему, помимо молчания. Проколол палец и вернул напитавшийся кровью камень. Только после этого я попросил сопроводить нас в такое место, где запланированной демонстрации не помешают посторонние взгляды. И гран Эльдрег, ожидаемо, привёл нас во внутренний двор, окружённый высокими стенами дворцового комплекса. Здесь было обустроено нечто вроде уютного сада, в котором я находил самые неожиданные соседства растений. Например, вон та Крылатая Бегония нуждалась в обильном поливе и ютилась в тени. А вот тот Ползучий Вьюн, напротив, предпочитал более сухой климат и требовал много солнца. Но, тем не менее, такие разные по своим потребностям виды прекрасно себя здесь чувствовали. Придворный цветовод явно знал своё дело на отлично.

Бегло оглядев окрестности, я уже наметил цели для Безликих и дал отмашку расчехляться. Семеро офицеров братства скинули с плеч звякающие тюки и принялись их распаковывать. Правитель Медеса с плохо скрываемым любопытством смотрел, как бесформенный свёрток на его глазах превращается в миниатюрный походный верстак для обслуживания нового оружия. В кожаных петлях ждали своего часа новенькие шомполы, скребки, небьющиеся медные флаконы с растворами и маслами, мешочки с пулями, отлитыми и зашлифованными с использованием различных металлических оболочек и сердечников…

Да, ради взятия Перстов Элдрима я готов вложить в руки этого мира первое огнестрельное оружие. Только порождённое странноватым симбиозом физики и магии. Естественно, в текущих условиях Южная Патриархия не могла в кратчайшие сроки поднять с нуля всю инфраструктуру, необходимую для создания пороха. Вернее, для создания его в промышленных объёмах, годных для ведения боевых действий. Поэтому сугубо технический подход моего мира пришлось сочетать с реалиями здешнего.

Так и зародилась у меня идея первого в истории карабина. По счёту это был уже четвёртый опытный образец, лишённый многих недостатков своих предшественников. И внешне полумагическое ружьё вполне походило на привычное огнестрельное оружие. Оно переняло и спусковой крючок, и деревянный приклад и систему прицеливания. Различия таились в самом принципе действия…

В отсутствие пороха, избыточное давление в стволе карабина создавалось простеньким плетением, похожим на доработанный «Снаряд». Ствольная коробка имела довольно крупную камору, снабжённую кусочком алмаза из крови альвэ. На этот осколок подсаживалось боевое плетение, а в специальный желоб устанавливалась пуля. При нажатии на спусковой крючок пружина подбрасывала стальную пластину, которая отрезала конструкт от подпитки алмаза. И это же приводило к практически мгновенной активации заклинания. Оно, запертое в каморе из толстого металла, имело всего лишь один выход для своей энергии — в ствол оружия, толкая впереди себя пулю.

С виду просто и незамысловато. Но, боги, с каким количеством незаметных, но критически важных нюансов пришлось столкнуться…

Поскольку мои карабины создавались, как средство, чьё предназначение сломать фундаментальное ограничение в дальности магической атаки, то основные усилия были сконцентрированы именно на прямоте ствола. Ведь точность на большой дистанции — это ключевой фактор, без которого вся задумка лишена смысла. Не желая повторять ошибок моего прошлого мира, я сразу же озадачил ремесленников созданием нарезного ствола нужного диаметра и прочности. А уже потом они занялись отливом снарядов под заданный калибр. И форме, весу, а также подгонке пуль, уделялось едва ли не больше времени, нежели всему остальному. А то некогда в моём мире массовые гладкоствольные орудия из-за своей никудышной точности привели к появлению линейной тактики. Это когда сотни стрелков тесно-тесно становились, выставляли мушкеты в направлении врага и поджигали порох, надеясь попасть хоть в кого-нибудь. Потому что предсказать, как полетит криво отлитая пуля не смог бы даже сам Многоокий.

Да, без мануфактурного производства и индустриализации рабочий процесс доставлял изрядно хлопот. Однако же и чем-то невыполнимым не оказался. Под началом одного мастера, который понял суть и важность задачи, а вместе с тем играл роль технического контролёра, могло трудиться до четверти сотни подсобников, отливая и шлифуя болванки для стрельбы в значительных количествах.

Особо удачно получился симбиоз оптики и алавийского заклинания «Орлиный взор». Простейшая система линз в объятиях длинной трубки, да понятная баллистическая сетка, нанесённая на стекла — вот и весь прицел. Но невзирая на кажущуюся примитивность, проявил он себя отменно. Без утайки скажу, что эффективность превзошла все мои самые смелые ожидания. Благодаря такому приспособлению Безликие спокойно поражали ростовую мишень на дистанции в пятьсот метров. И это был далеко не предел. С практикой росло и мастерство озарённых в обращении с оружием. И всё чаще им удавалось ставить рекорды по дальности прицельного выстрела.

Но всё это королю Медеса только предстояло увидеть и постичь. Пока что он не в полной мере осознавал смысла манипуляций, которые совершали братья.

— Ваше Величество, какое расстояние вот до той колокольни? — отвлёк я монарха, указывая на далёкую башню, которая высилась над западным крылом дворца.

— Около шести сотен шагов, — не подал виду правитель, что его удивил мой вопрос.

— То есть, окажись там условный милитарий Капитулата, мы будем вне зоны досягаемости его атаки? — невзначай отметил я.

— Скорее всего, так, — признал собеседник.

— Отлично! Вы слышали, братья? Наизготовку!

Безликие уверенными и доведёнными до автоматизма движениями откинули затворы карабинов, вложили пули, подсадили магические плетения в каморы, опустились на одно колено и прицелились.

— Бей! — отдал я команду.

И в тот же миг прозвучал первый выстрел. Конструкт внутри ружья активировался с громким хлопком, очень напоминающим пороховой взрыв. Но в отличие от пороха вообще не породил дыма или едкого запаха. Вместо этого воздух перед стволом содрогнулся, будто гибкое стекло под нажатием пальца, и ударная волна стала видимой взглядом — сперва лишь как дрожащее марево, а затем как четкая, искаженная сфера, вырвавшаяся из дула.

За первым выстрелом последовал второй. Третий. Четвёртый… Седьмой.

«Дин-дин-дин-дин-дин-дин…» — с некоторой задержкой донёсся до нас отдалённый колокольный звон. Шесть последовательных ударов известили о шести попаданиях из семи. То есть промахнулся кто-то один. Неплохо, но я знаю, что парни могут лучше!