— Так-так-так, господин Велайд, неужели у нас пошёл деловой разговор? — сразу же заинтересовался предводитель северян. — Что ж, я внимаю каждому вашему слову!

— Прежде… прежде всего, надо мной довлеет клятва крови. Поэтому я не смогу… не смогу ска… зать… мно… мно… многого…

Каждый вдох стал даваться аристократу невероятно тяжело. Словно бы он втягивал воздух через тоненькую тростинку, сидя под двухсаженной толщей воды.

— В этом случае, нор Адамастро, вам нужно постараться успеть. Иначе мы продолжим спрашивать эту красноглазую тварь, — невозмутимо развёл руками Аскар.

— Сначала… обещай… не тро… гать… — сдавленно прохрипел Велайд.

— Конечно, если вам так будет угодно, — серьёзно кивнул северянин. — Призываю Сигрида Ледяного Глаза в свидетели!

— Мой шаас, ос-с-становись! Не… ум-у-уф-ф…

Насшафа попыталась достучаться до разума избранника, но один из похитителей заткнул ей рот ладонью.

— Замолчи, сука бледная! А не то… А-а-а-а! Тва-а-арь!

Острые зубки абиссалийки отхватили немаленький кусок от лиходея. И тот затряс прокушенной рукой, орошая всё вокруг крупными каплями крови.

— Говори! Быстро! — подскочил Аскар к Велайду, пока тот не передумал.

— Велайд, не надо!!! — практически без акцента выкрикнула абиссалийка.

— Всё… всё хорошо, Насшафа, успокойся… — затуманенный пыткой взор молодого аристократа устремился на возлюбленную. — Мы всего лишь тени Великого наставника, готовые раствориться в его сиянии…

— Господин нор Адамастро, я жду ответа! — грубо схватил парня за подбородок Аскар.

— Ты… ещё не… поклялся… — упрямо просипел аристократ.

— Пожри тебя Драгор, я обещаю, что не трону больше этого мерзкого кьерра и пальцем, если ты ответишь на мой вопрос. Ну⁈ Кто этот человек в маске⁈

— Под стальной маской… скрывается мой брат. Ризант нор Адама-а-а-ах-х-х…

Продолжение реплики внезапно застряло у Велайда в горле. Он вдруг ощутил, как что-то сломалось внутри него. Не в теле, а в разуме. Нечто очень важное, что делало его человеком, личностью. Тем, кем он привык себя всегда считать. Зрачки парня расширились до невообразимых размеров, превратившись в два чёрных зеркала. И в них отражалось то, что осталось от души молодого озарённого. А именно — ничто. Жуткая и всепоглощающая пустота.

Истерзанное тело обмякло на косом кресте, и в пыточной комнате воцарилось безмолвие, нарушаемое только потрескиванием углей в жаровне. Аскар недоумённо склонился над узником и резко хлестнул по лицу. Шлепок получился неестественно громким в повисшей тишине. Но Велайд не отреагировал. Только голова его безвольно дёрнулась.

Глаза Насшафы в ужасе расширилась. Она смотрела на тело, которое совсем недавно было её возлюбленным. Теперь же это был просто сосуд, опустошённый силой мироздания. Осиротевшая плоть, вдохнуть жизнь в которую сможет лишь Великая Тень. Но даже если абиссалийка познает сакральное кьеррское искусство сотворения, владеть которым дозволяется только патриархам ульев, это не вернёт Велайда. Он никогда уже не станет собой… никогда…

— Экселенсы, поздравляю. Мы сделали первый шаг, — расплылся в широкой улыбке Аскар. — Теперь мы знаем, кто такой Маэстро. Об этом необходимо срочно сообщить мастеру Альдриану.

— И о судьбе наших соратников тоже, — хмуро вставил другой северянин.

— Несомненно. Поэтому мы отправляемся немедленно. Близится утро, скоро откроются городские врата. А нужно ещё закупить припасы…

— Подожди, Аскар, а как же эта тварь? — злобно пропыхтел похититель с прокушенной рукой, заматывая пострадавшую конечность в какие-то тряпки.

— Я зарёкся не трогать её, но вы от этого обещания свободны, — многозначительно осклабился северянин. — Если желаете, экселенсы, можете ещё с ней поразвлечься. Но я, ежели что, дожидаться вас не стану, так и знайте.

— Ничего, дорогу домой мы всегда отыщем, — недобро ощерились похитители.

Порешив на этом, лиходеи разделились. Двое остались с Насшафой, которая не сводила широко распахнутых слезящихся глаз с растянутого на кресте Велайда, а их предводитель покинул глухой каменный мешок.

Коротко посовещавшись, северяне решили, что им незачем держать пленницу в таком виде. Но и развязывать её чрезвычайно опасно. Поэтому они, кряхтя и обливаясь по́том, кое-как уложили косой крест с абиссалийкой на пол. Вокруг они расставили фонари и жаровни, дабы не пропустить ни единой примечательной детали в предстоящем вскрытии. А после взялись за ножи.

— Не возражаете, экселенс, если я, как и намеревался, займусь верхней частью туловища? — подчёркнуто вежливо обратился один из них к товарищу.

— О, прошу-прошу, не смею мешать, — шутливо поклонился второй.

Похитители уже нависли над жертвой, готовясь резать её плоть, но раздавшийся сверху приглушённый шум отвлёк их от намерений.

— Что это было? — воззрился один на другого.

— Может, Аскар? — предположил тот.

— Он ещё не уехал?

— Не знаю…

Привязанная к кресту Насшафа неожиданно хрипло рассмеялась, перепугав северян. Её алые глаза, пылающие свирепой ненавистью и всепожирающим презрением, уставились на пленителей:

— Трусливые слашхаан, это пришла ваша смерть!

Стрелка «Компаса» крутанулась резко в сторону, и я дёрнул поводья скакуна.

— Велайд здесь! — ткнул я пальцем в ничем не примечательную постройку на окраине Арнфальда.

Безликие, следовавшие за мной, спешились без дополнительных указаний и окружили жилище со всех сторон. Выглядело оно, конечно, не очень презентабельно. Древнее, каменное, кособокое, но ещё достаточно крепкое. Не похоже на алавийскую работу, но я не удивлюсь, если оно действительно застало темноликих, живших на этом континенте.

Громыхнули полдюжины «Молотов». Мои братья высадили разом все ветхие ставни и обе двери в неказистом домишке. И сразу же мы ринулись внутрь. Безжалостно громя и без того бедное убранство, Безликие методично переворошили в здании каждый угол. Но ни Велайда с Насшафой, ни тех, кто их сюда привёл, найти не удалось.

— Здесь никого, мой экселенс, — дисциплинировано доложил Гимран. — Вы не ошиблись?

— Нет, — категорично отмёл я это предположение. — Смотри сам.

Держа ладонь так, чтобы помощнику было хорошо видно зелёный указатель «Компаса», я прошёлся из одного конца дома в другой. У дальней стены стрелка внезапно меняла направление и совершала оборот на сто восемьдесят градусов.

— Мой брат прямо под нами, — негромко произнёс я.

— Понял, экселенс. Ищем замаскированный спуск в подвал.

— В этом нет нужды, — придержал я Гимрана. — Приготовиться к бою!

Сотворив свободной рукой конструкт «Праха», я бросил его прямо себе под ноги. Заклинание принялось жадно вгрызаться в пол, перемалывая старый раствор и булыжники в муку. И когда по центру наметилась небольшая воронка, свидетельствующая о том, что перетёртый в песок камень уже начал высыпаться через сквозное отверстие снизу, я опустил ещё и «Молот». Чары легко продавили килограммы образовавшейся пыли и создали в подвале настоящую завесу, сквозь которую рассмотреть хоть что-то было решительно невозможно.

— Вперёд! — скомандовал я и первым сиганул в рукотворный проём.

Модифицированная «Катапульта», лишённая блока разгонки и подброса, позволила мне приземлиться без каких-либо проблем. Активировавшаяся часть плетения мягко погасила инерцию от падения и подняла в воздух ещё больше пыли, затрудняя обзор.

— Кха-а-а! Кха-а-а-р-кха! Что происходит⁈ — закричал чей-то незнакомый голос сбоку от меня. — Я ничего не… ах-х!

Не мудрствуя лукаво, я со всего маху ударил на звук. Сапог впечатался во что-то мягкое, и неизвестный захлебнулся продолжением реплики.

— Эй! Кто здесь⁈ Кто вы⁈ А-а-а! Не трогайте меня! Уберите ру-у-уки-и-и…

Это, надо полагать, Безликие добрались до остальных похитителей. Но с ними я разберусь потом. Сперва нужно найти Велайда и Насшафу.

Безобидная, но достаточно мощная воздушная волна вынесла клубящуюся пыль через дыру в потолке, и я наконец сумел рассмотреть, где мы оказались. Небольшая комната, примерно, три на три метра. Повсюду разбросаны инструменты явно не мирного назначения. Пара валяющихся на боку светильников, опрокинутая жаровня и, мать твою, огромный косой крест прямо на полу! А на нём, будто на дыбе, растянута сплошь покрытая пылью Насшафа.