Предводитель дикарей собрал огромную толпу, перед которой и объявил, что все сплетни о кьеррах — есть гнусная ложь и полнейший вздор. Тех, кто сеет подобные слухи, он окрестил врагами Элдрима. Дескать, они не только стремятся развязать бойню, посеять хаос и утопить город в крови, но ещё прячутся при этом за спинами ни в чём неповинного люда. А всем тем, кто сомневается в его словах, Маэстро предложил награду в тысячу алавийских глориалов за каждого живого или мёртвого кьерра.

Как ни удивительно, но народ в большинстве своём поверил дикарю в маске. Ну кто в здравом уме согласится расставаться с такой прорвой золота? Нет, разумеется, были и те, кто отправился на поиски жутких тварей. Иные любители лёгкого заработка сколачивали целые отряды, чтобы исследовать сточные тоннели под Элдримом. За один день под землю спустилось, пожалуй, несколько тысяч человек. И среди них не обошлось без трагичных неожиданностей.

Вот только добровольцы гибли отнюдь не по вине кровожадных кьерров. Они умирали по сугубо тривиальным причинам. Одни задохнулись в ядовитых испарениях, других завалили подточенные временем и влагой своды, третьи сгинули в затопленных участках, где стояла высокая вода, скрывающая различные опасности вроде острых обломков или же бездонных колодцев. Бывало даже такое, что скопившиеся застойные газы взрывались, стоило только подсветить путь фонарём или факелом.

Иными словами, спуск под землю никому не показался лёгкой прогулкой. Охотники за золотом быстро осознали, что их поисковые мероприятия весьма опасны и авантюрны. А потому довольно скоро вернулись. Грязные, злые, смердящие и без каких-либо доказательств присутствия кьерров в городе. Многие жители открыто потешались над отчаянными смельчаками. Оттого пример неудачников, измазанных в нечистотах от макушки до пят, отпугнул от этой затеи даже самых алчных.

Народные волнения улеглись, будто их и не было. Рабочий люд не видел особой нужды в том, чтобы умирать под ударами двуручных мечей свирепых северных варваров. А зачем, если скоро придёт армия Капитулата и всех их выметет отсюда? Примерно так размышлял каждый рядовой обыватель.

Но Корвус видел несколько больше, нежели прочие. Информацию о кьеррах он получил из уст тех, кому можно доверять. Пока простолюдины влачили своё жалкое существование, довольствуясь коркой хлеба и кувшином кислой браги, теневые владыки Элдрима продолжали нести убытки. Пока ещё не настолько значительные, чтобы это могло подкосить преступные империи, существовавшие столетиями. Но тень от нависшей угрозы уже пугала.

Люди Золотого глаза бесследно пропадали. Причём, преимущественно по ночам. Их не удавалось разыскать ни в темницах, ни в пыточных застенках, ни на виселицах. А на местах исчезновений опытные ищейки обнаруживали странные следы. На деревянных стенах и даже каменных мостовых им попадались длинные росчерки, будто оставленные гигантскими когтями.

Конечно, главы преступных кланов не собирались так легко сдаваться. Они готовились к ожесточённой войне с наглыми и бесчестными вторженцами. Но вот Корвус отчего-то постоянно возвращался мыслями к предложению лидера захватчиков. Насколько Золотой глаз понял, дикарь в железной маске никому больше не рассказал об их беседе. Стало быть, Маэстро всё ещё ждёт его ответа?

Подобные размышления неизменно толкали Старца к подсчёту прибылей и убытков. Но всякий раз он приходил к выводу, что сотрудничество с восточными варварами в данный момент сулило куда большую выгоду. И если б не намерения Капитулата, который был крайне решительно настроен отбить Элдрим, то Корвус давно бы уже согласился на сделку.

Однако же в памяти снова и снова всплывала речь, произнесённая Маэстро. Он говорил так убедительно, что Золотой глаз действительно усомнился в способности алавийцев вернуть себе гавань. Да что там, сам послужной список человека в маске был красноречивей любых доводов и аргументов. Потому Старец задумчиво катал в ладони алавийский глориал, сгорая от сомнений и внутренних противоречий.

— Ваэрис, отец теней, не оставь меня в нелёгкий час. За мудрый совет серебром отблагодарю. За лукавый — золотом, — произнёс Корвус и подбросил монету вверх.

Пока что события шли по вполне прогнозируемому сценарию. Попытка криминальных лордов поднять народ Элдрима на бунт не просто провалилась, а полностью дискредитировала тех, кто распускал слухи о кьеррах. Эту карту я разыграл довольно ловко, вынудив сотни человек, а по некоторым данным и тысячи, отправиться в зловонные городские недра. Сунувшиеся туда недотёпы не представляли, на что подписываются. Искать абиссалийцев в гигантской подземной сети разветвлённых тоннелей? Ха-ха! Удачи! Ручаюсь, никого из родичей Насшафы они б не смогли обнаружить, даже если бы прошли от них на расстоянии вытянутой руки.

Результат превзошёл любые мои предположения. Охотники за кьеррами в канализации оказались беззащитней слепых кутят. Часть из них там поубивалась, угодив в подготовленные Насшафой ловушки. Но, как и задумывалось, горожане восприняли произошедшие несчастья как череду роковых случайностей. Риск быстро помог отбить охотку лезть под землю.

И пока теневые лидеры Элдрима думали, как защититься от того, кто в ночном мраке ощущает себя свободней, чем рыба в воде, я мог заняться своими делами. Перво-наперво мне требовалось запасти как можно больше провизии для долгого сидения в осаде. С поставками своего зерна из Патриархии проблем пока не возникало, но его требовалось ещё и тщательно охранять. Те воротилы, что пришли ко мне со своим глупым ультиматумом, конечно, те ещё болваны. Но к угрозе отравить нашу пищу я отнёсся очень серьёзно.

Далее мне как-то предстояло выколупать из глубоких нор алавийцев, не успевших убраться из Элдрима. Было у меня подозрение, что они вносят свою лепту в царящий вокруг беспорядок. И пока я их не выволоку на божий свет, нечего и мечтать о спокойной жизни.

Говоря по чести, затаившиеся темноликие представляли куда бо́льшую угрозу для меня, нежели весь преступный мир вместе взятый. Во-первых, это соглядатаи и информаторы Капитулата, которые могут передавать им разведданные из осаждённого города даже через океан. Ну не верю я, что чёрная шкатулка, отнятая мной у Вох-Ууле, существует у альвэ в единственном экземпляре. Во-вторых, это спящие диверсионные ячейки, среди которых могут оказаться и опытные милитарии. В-третьих…

— Великий Наставник, к вам проситель! — беспардонно вторгся в мои размышления знакомый голос.

Я поднял взгляд на дверь и увидел Ислу, дисциплинированно замершую на пороге подобно изваянию.

— Какой ещё проситель? — сошлись на переносице мои брови.

— Он отказался представиться, но уверял, будто вы лично приглашали его на разговор, — доложила милария гран Мерадон. — Похоже, что этот человек чего-то страшится, потому скрывает лицо в тени одежд.

— Неужели Старец Корвус соображает быстрее, чем я думал? Не ждал его так рано. Ну да что уж, не держать же гостя на пороге? Будь добра, проводи его ко мне.

— Как пожелаете! — браво отсалютовала Безликая и исчезла за дверью.

Ну а я достал из ящика стола железную маску и отточенным движением водрузил её на лицо. Ну что ж, пора безжалостному Маэстро снова выходить на помост, ведь прибыл очень важный зритель.

— Позвольте выразить вам моё почтение, веил’ди, — обозначил полупоклон визитёр, когда вошел в мой кабинет.

— Советую вам постепенно отвыкать от алавийского этикета и переходить на традиционный, — хмыкнул я, опуская приветствие. — Понимаете, к чему я клоню, Корвус?

— Вполне, экселенс, — схватил он намёк на лету.

Надо же, какой покладистый. Даже немного подозрительно. Но ничего, я сначала испытаю Золотого глаза, а уже потом решу, можно ли доверять ему.

— Так что привело вас ко мне? — сделал я вид, будто не понимаю, зачем он пришёл.

— У нас ведь оставалась незавершённая беседа, экселенс, — тактично напомнил Старец. — И вы говорили, что я могу в любой миг к ней вернуться. Мне кажется, время пришло.