С одной стороны, имена типа Модели или Художника были достаточно говорящими, чтобы вести поиск в соответствующей области, с другой — в случае опасности одержимому ничего не стоило сбросить оболочку и затеряться среди запасных тел. А временным носителем мог оказаться кто угодно, даже случайный прохожий. Несколько быстрых смен тела — и след будет безнадёжно потерян.

Стоило признать: полноценная организация инопланетных шпионов — это был уже серьёзный противник как для меня, так и для Департамента. Пожалуй, выглядело иронично, как обе стороны действовали в тени, ведомые противоположными целями. И огласка не нужна была никому — и на тех, и на других испуганное человечество с удовольствием объявит охоту. Вот и получалась война плаща и кинжала, прямо как между спецслужбами времён Холодной войны.

Итак, личность и маска родителя мне были известны. Модель — Милена Саймон, известнейшая топмодель, Мисс Вселенная, икона стиля и актриса. Публичная персона такого уровня, что на кривой лошади к ней не подступишься. Попытка атаковать в лоб заранее обречена на провал. Пожалуй, даже персона уровня Дмитрия Медведева будет лишь равной. Как к ней подступиться — я обдумывал уже долгое времени, ещё с того момента, как узнал от Феликса имя. И увы, пока ничего адекватного не придумалось. Нет, всегда оставался план десантироваться с орбиты в «Палаче», схватить диву в кулак-манипулятор и утащить в обезьянье логово, спасаясь от преследующих самолётов, но как это приблизит меня к остальным одержимым — вопрос.

Другой ниточкой был таинственный наёмный убийца, который уже дважды ускользал от меня после неудачного покушения на Снежану. Я был уверен: и на станции «Розовый дворец», и в европейском городе действовал один и тот же человек. В разных телах, сменив внешность и личность, но что это был некий Охотник — в этом я не сомневался. Как не сомневался и в том, что именно он стоял за покушением, оставившим мою невесту без матери. Слишком в его духе было и само покушение, и его последствия.

Но в третий раз ловить его на живца я не мог.

Нет, я был уверен, что если раскрою Снежане, что мы охотимся на убийцу её матери, она с радостью сыграет роль приманки. Но готов ли я сам в третий раз рисковать здоровьем и благополучием девушки? Уверенного ответа у меня не было. В конце концов, одержимый не пожалел потратить небольшую армию, и все эти огромные ресурсы ушли только на осуществление отвлекающего манёвра, лишь бы увести её защитника в сторону от цели. Успею ли я в третий раз, если Охотник прекратит развлекаться, плюнет на привычку играть со своей жертвой, чтобы эта была именно охота и наслаждение от преследования цели, вопрос. Ведь настоящий ликвидатор, имея в своём распоряжении такие ресурсы, которыми располагала Уния, выбрал бы ракетный удар. Да, дорого, да, куча жертв, зато цель — развязать войну, где обезумевший родитель будет рвать и метать в поисках виноватых — которых ему будут услужливо подкладывать — будет выполнена.

Так как же выманить этого ксено-хищника в мясном скафандре, не рискуя при этом жизнями близких — вопрос. Но постепенно у меня начал складываться план. Ведь у меня была ещё одна ниточка, на которую я очень рассчитывал.

Пискнул мессенджер, я подвинул руку и довольно улыбнулся.

— В сети попалось кое-что крупное.

Сёстры Салем тщательно подготовились к разговору. Убедились в полном отсутствии следящей аппаратуры в своих апартаментах, отдали прислуге распоряжение не беспокоить их в течение ближайшего часа, заперлись изнутри, задёрнули окна тяжёлыми портьерами, чтобы снаружи нельзя было даже по губам прочитать, о чём пойдёт разговор, если вдруг кто-то окажется достаточно ловким, чтобы заглянуть на один из верхних этажей дворца, и наконец уселись перед терминалом связи.

Набранный номер не вёл к абоненту. Он запускал цепочку соединений, которую невозможно было отследить даже при наличии специальной аппаратуры — ведьмы уже пробовали. После неудачной попытки одержимый вышел на связь и почти отечески пожурил их за проверку, сказав, впрочем, что и не ожидал от них, что они не будут пытаться вычислить его местоположение. А тёмная фигура на фоне источника света не давала возможности разглядеть черты лица. Всё, что у сестёр Салем было, это глубокий рокочущий голос — который вовсе не обязательно был настоящим. Почти наверняка это был результат работы программы, меняющей голос.

Фигура, впрочем, была гарантированно мужской. Но и это мало что могло рассказать об одержимом. Кто мог помешать симбионту сменить тело для разговора с ведьмами, чтобы окончательно сбить их с толку?

Вызов отработал своё и сбросился. Потекли минуты томительного ожидания, пока по всей Земле — а может, и не только по ней — соединялись и разъединялись абоненты, передавая по цепочке сделанный звонок. И совершенно не обязательно это была та же цепочка, что в прошлый раз. Наконец ожидание подошло к концу — экран засветился, передавая уже привычную картинку — тёмный силуэт на фоне пятна яркого света.

— Приветствую Ковен, — пророкотал уже знакомый голос. — Вы позвонили мне, чтобы сообщить приятную новость? Вы согласны прекратить своё сотрудничество с Примой и перейти на нашу сторону?

— Это слишком важное решение, чтобы принимать его от лица всего Ковена, — уклончиво ответила Эмеральд.

— Мы должны известить Матриарха, — добавила Эмбер.

— Только она может принять или отвергнуть это приглашение, — закончила Джейд.

— Но вы позвонили мне не для того, чтобы пожелать хорошего дня, — заметил неизвестный. — Я вас слушаю.

И ведьмы запели:

— В знак нашей доброй воли…

— Мы хотим передать вам…

— Очень важную информацию.

— Приму зовут Юлий Рюрик.

— Нам стало известно…

— Что в ближайшее время…

— Он собирается посетить…

— Одно из бывших владений своей семьи.

— Это место расположено…

— В тайге на берегу реки Енисей…

— При впадении реки Сухой Тунгуски.

— Мы не знаем, что ему нужно там…

— Но он будет один…

— Без охраны и сопровождения.

— И если вы хотите…

— Устранить его…

— У вас будет возможность…

— Застигнуть его врасплох.

— Это важная информация, — согласился одержимый. — Но зачем вы это мне говорите?

— Прежде чем передать ваше приглашение Матриарху…

— Мы хотим удостовериться…

— Что вы действительно сильнее Примы.

— Если примыкать, то к сильнейшему, — деловито подытожили хором сёстры Салем.

Стелс-платформа парила над енисейской темнохвойной тайгой, выдавая себя только лёгкой рябью на фоне проплывающих над ней облаков. В стороне блестел на солнце могучий Енисей, внизу раскинулось небольшое поселение. Если верить официальным данным, оно существовало очень давно, но всегда было маленьким. После Войны Машин здесь поселились беженцы, которые отказались от любой техники, и с тех пор, уже сотни лет, вели образ жизни, максимально приближенный к природе. Жили тем, что выращивали сами и добывали в тайге, что не могли вырастить и добыть — выменивали у торговцев. Например, пули к старинным ружьям, с которыми ходили на охоту.

Эти люди вызвали у Охотника уважение. Такой образ жизни был не для него, слишком привязанного к благам цивилизации, не в последнюю очередь к тем возможностям, которые предоставляло современное оружие, но он мог понять и принять их дух. В одиночку, с древним огнестрельным оружием, с простым ножом выйти на опасного хищного зверя, победить его и принести своей семье… Да, это было ему по душе. Может быть, когда всё закончится, и Прима будет мёртв, он вернётся сюда, чтобы вселиться в одного из охотников и выйти один на один против дикого зверя…

Но что могло понадобиться среди этих людей Приме? Он ищет сменное тело среди тех, у кого наиболее развиты первобытные инстинкты? Вряд ли. Его собственный мясной скафандр молод и в прекрасном состоянии. Быстрота, с которой он исчез из прицельной рамки, прихватив с собой девчонку, говорила сама за себя. Так зачем Приме эта глухая таёжная деревня?