— Они где-то впереди. Пятьдес-сять шагов.

— Понял. Благодарю. Позволь мне…

Отодвинув Насшафу, я опустился на пол, возложил ладони на стену и прикрыл глаза. Пальцы слабо зашевелились, воспроизводя последовательность истинных слогов. Сплетая узоры чар, я ощущал, как энергия протекает сквозь моё тело, вызывая усталость и заставляя сердце биться сильнее. Но вот я достиг уже середины конструкта, а диссонатия была ещё далеко. Организм реагировал на возросшую нагрузку, однако выносить её пока что удавалось без особых проблем.

Три четверти заклинания готовы. Лоб взмок от пота. Рубашка противно липла к телу. Но я всё еще уверенно стою на ногах. Финальная часть. Остались считанные такты до завершения…

Громоздкое плетение, размером способное потягаться с небольшой дыней, впиталось в глухой камень, словно вода в губку. Под конец у меня немного сбилось дыхание, и в ушах зазвучал опасный гул. Однако за вычетом этого, я полностью сохранил боеготовность.

Надо же, забавно вспоминать, что когда-то давно более слабая вариация такого заклинания досуха опустошила и меня, и четверых моих безликих братьев. Сейчас же я начертал его в одиночку. Возможно даже смог бы повторить.

— Так завораживает, когда ты твориш-шь, Риз, — с придыханием сообщила абиссалийка. — Это влекло меня и раньш-ше. Но с тех пор, как я взяла реликвию отца и попробовала соз-здать что-нибудь самостоятельно, мне стало ясно, сколь труден сей путь. Ты невероятно искусен и точен. Лучш-ший из всех, кого я встречала…

— Это ты алавийских кардиналов не видела за работой, — буркнул я, прижимая ухо к слабо дрожащей стене.

— Ты уже побеждал их, Риз-з, — пренебрежительно фыркнула нелюдь.

— Только благодаря скорости, но не умению, — возразил я, после чего отлип от камня. — Не подбросишь до поверхности? Хочу взглянуть, что там творится.

— Как пожелаеш-шь, — продемонстрировала острые зубки Насшафа, после чего издала гортанный звук.

На него практически мгновенно прибежало существо, сильно напоминающее привычного мне асшатари. Вот только этот экземпляр был покрупнее, да и лишнюю пару конечностей имел. Похоже, какая-то экспериментальная особь покойного Шаграсса.

— Этот малыш-ш довез-зёт тебя, — ласково погладила абиссалийка уродливую тварь по спутанным колтунам, торчащим из подобия головы.

— Спасибо. А тебе самой не интересно посмотреть, что у меня получилось?

— Прос-сти, Риз, но в новом доме у меня слиш-шком много дел. Я должна присматривать за родичами.

— Понимаю. Ладно, тогда до встречи! И спасибо тебе, что сообщила. Могу ли я просить, чтобы ты осмотрела и остальные катакомбы? Вдруг алавийцы параллельно роют несколько ходов?

— Моя семья з-займётся этим, — устало прикрыла веки собеседница.

— И вновь не знаю, чем тебя отблагодарить… — я подался вперёд и заключил Насшафу в объятия.

Её белые руки дёрнулись, будто абиссалийка тоже хотела обхватить меня. Но по какой-то причине остановилась.

— Ты уже с-сделал для меня и моего улья гораздо больше, чем способен обычный ч-человек, — тихо изрекла нелюдь. — Это я должна возвращ-щать долги.

— Насшафа, ты мне ничего не должна, — твёрдо произнёс я.

— Как скажешь, — хмыкнула альбиноска, всем своим видом показывая, что мои слова её не переубедили.

— Спасибо тебе ещё раз. Увидимся!

Попрощавшись, я запрыгнул на спину асшатари, и тот без какой-либо команды рванул по подземным коридорам. До неприметного лаза, ведущего на поверхность, тварь домчала меня в мгновение ока. И когда я поднялся по липким от нечистот, но очень даже крепким скобам, то выбрался в паре десятков саженей от крепостных стен. А что ещё лучше, совсем рядом находилась и Пятая Полуденная башня, с вершины которой я точно всё рассмотрю.

Распугивая солдатню, я вихрем промчался по лестницам и боевым ярусам. Наверху мне встретились несколько переполошённых дозорных, которые тщетно всматривались в ночь и пытались понять, что там за переполох во вражеском лагере.

Для меня же лунного света оказалось вполне достаточно, чтобы разглядеть длинный уродливый шрам, возникший на теле земли. Это была не просто трещина, а извилистая рваная рана. Противник успел выгрызть себе целый тоннель, в который без труда бы въехала телега, не зацепив осями стенок. Ну а я попросту обрушил глухие своды темноликим на головы. При свете солнца, уверен, на дне этой расселины можно будет разглядеть и перетёртые части тел тех, кто копошился под землёй. Надеюсь, среди них найдутся и алавийские милитарии. Ведь сомнительно, что Капитулат выдолбил столько тонн каменистой породы на такой глубине силами одних лишь молдегаров…

Как бы там ни было, я за несколько минут помножил на ноль многодневные старания противника. Вот так бы всегда! Сделал гадость проклятым альвэ — и на душе сразу тепло становится. Даже чума, скребущаяся в наши двери костлявой рукой, не так угнетала.

Успокоив солдат на площадке, я приказал им дальше нести дозор. А сам, пребывая в воодушевлённом и приподнятом настроении, отправился в резиденцию братства.

Уже шагая по ночным улицам Элдрима, я от скуки принялся жонглировать огоньком «Лучины», перебрасывая его из одной руки в другую. Неплохая тренировка на координацию и концентрацию. А коли так, то зачем без толку тратить время, если можно поупражняться?

Но вот что-то в очередной раз привлекло моё внимание. Когда плетение отрывалось от пальца, оно вспыхивало чуточку ярче. И в эти мгновения что-то неприятно тревожило моё подсознание. Раз на третий или четвёртый я от этого устал и сформировал полноценный осветительный конструкт, дабы понять причину беспокойства.

Создатель Многоокий, какого чёрта⁈

Я ошарашено смотрел на десятки и десятки маленьких чёрных точек, которые ползали по моим рукавам и одежде. Некоторые из них куда-то спрыгивали, другие деловито шныряли по складкам. Да это же… блохи! Сраные чумные блохи! Ещё и столько много! Где я успел их нацеплять⁈

Догадка ввалилась в мой разум резко и беспардонно, будто пьяный матрос в кабак. Вот, значит, где зараза сплела себе гнездо? Проблема-то оказалась вовсе не в крысах.

Обнаружение нового чумного очага сильно помогло городу. Нет, конечно же, болезнь не исчезла в один момент. Однако темпы её распространения заметно снизились. Выяснив, что создания кьерров представляют собой настоящий рай для блошиного племени, я поручил абиссалийцам самостоятельно заниматься дезинсекцией. Благо, что средства и снадобья разнообразнейших спектров действия они умели изготавливать и сами.

Но, к сожалению, нельзя было сказать, что Гнев Драгора миновал нас, не зацепив. Безликие братья тоже заплатили свою цену, пытаясь остановить эпидемию. Пускай чума ещё никого из них не забрала, но число заразившихся опасно росло. Магия плоти, разумеется, помогала пережить тяжелейшие симптомы без фатальных последствий. Тем не менее, сама по себе лекарством не являлась. И мне следовало срочно заняться этим вопросом, пока стены не остались без главнейших своих защитников.

Однако, как это часто водится, меня постоянно что-то отвлекало от первостепенных задач…

— Мой экселенс, там северяне пожаловали. Хотят с вами говорить, — перехватил меня Гимран, когда я собрался навестить один из ближайших лазаретов.

— Чего им надо⁈ — обречённо вздохнул я.

— Не сообщали, — развёл помощник руками.

— Да чтоб Абиссалия этих северян пожрала… — тихо выругался я. — Ладно, приведи их на первый этаж. Выслушаю, чего им понадобилось.

Я специально выбрал зал внизу, поскольку он часто использовался для сборов и совещаний. При необходимости в него можно уместить хоть полсотни человек. Однако из всех гильдейцев ко мне заявилось лишь двое. Зертан, который дрожал и прятал глаза всякий раз, когда я на него смотрел, и какой-то незнакомый магистр. Судя по тому, как важно он держался и дул щеки, это был новый предводитель милитариев из Винхойка. Предыдущий пал ещё при штурме Элдрима и, насколько я слышал, вызвал своей гибелью волну недовольства среди северян. До них сильно запоздало дошло, что Драгор в этой военной кампании может прибрать любого. Не только простого солдата.