Герцог с опаской прикоснулся к бокалу, словно боялся, что тот сейчас растает у него в руках. Но холодная литая тяжесть хрусталя уверенно легла в его ладони. Вода была прохладной и чистой, она успокаивала и помогала приводить в порядок мысли. Сезар смаковал каждый глоток, обдумывая свой ответ.

Рейвен не торопил его. Но было очевидно, что он твёрдо рассчитывает получить ответ.

И Сезару не нравились выводы, к которым он приходил, пока думал.

— У королевского дома владения на Земле, — наконец сказал он. — Это само по себе такой актив, который придаёт весомости любой сделке.

— При условии, что король согласится гарантировать такую сделку, — Один улыбнулся. — Что будет, если он откажется, как сегодня отказался прислать вам помощь?

Герцог помрачнел.

— Ваш клан весьма влиятелен, — продолжал Рейвен. — Вы не входите в список самых богатых, но достаточно состоятельны, чтобы гарантировать обеспечение ваших контрактов. Однако ваше главное богатство отнюдь не деньги, не так ли?

— К чему вы клоните? — резче, чем рассчитывал, спросил герцог.

— Сейчас вы думаете о том, что почти разорены, — безжалостно ответил «Волк». — Что я пришёл и уничтожил то, что составляет основу вашего богатства. Ваши мобильные доспехи. Кто будет покупать их, если какая-то кучка жалких, никому не известных наёмников прошла на станцию, и «Монархи» не смогли их остановить? Они не смогли остановить даже меня, одного-единственного человека. Ваша репутация уничтожена…

С каждым словом Сезар всё ниже опускал голову. Глава «Звёздных Волков» был прав. Во всём. И эта правота подавляла.

— Вы спросили меня, почему за провинность короля Гарсия я пришёл наказывать вас… Вы ошиблись. Я пришёл не наказывать.

«Убьёт, — отстранённо подумал герцог. — Всё-таки убьёт…»

Он поднял взгляд на своего собеседника. Против ожидания, тот смотрел на хозяина станции без злобы, спокойно, почти доброжелательно.

— У меня есть то, что нужно вам, — продолжал Рейвен. — У вас есть то, что нужно мне. Я пришёл заключить взаимовыгодное соглашение. Признаю, мне пришлось пойти на крутые меры, чтобы добиться вашего внимания. Но иначе вы не стали бы меня слушать.

Сезар был вынужден согласиться. Не стал бы.

— Что вы хотите мне предложить?

— То, что позволит вам освободиться от кабалы Гарсия.

— Простите?.. — осторожно переспросил Сезар. — Что вы имеете в виду?

— Технологии, — прямо ответил «Волк». — Такие технологии, которых нет больше ни у кого. Вы оплакиваете потерю «Монархов», но послушайте меня, герцог… Ваш род всегда, с самого заката Романовых, был лучшим во всём, что связано с инженерией. У вас есть люди и технические возможности, у меня — проект, который сделает клан Реал не просто лучшим. Он поднимет вас на недосягаемую высоту. И вам больше не нужно будет платить дань Гарсия, чтобы к вам прислушивались. Вы не будете больше договариваться с опорой на авторитет королевского дома. Вы будете ставить условия — и их будут принимать. Не торгуясь.

Герцог вцепился в бокал, отпил глоток, опасаясь, что выдаст себя стуком зубов о стекло. Этот человек был безумен. Какой к чёрту проект может быть у наёмников⁈

Но у них были истребители, способные справиться с мобильным доспехом… Возможно, у проекта тот же источник, который обеспечил им такие машины?

Нужно будет выторговать совместное производство «Вьюг»…

Рейвен усмехнулся, словно прочитав его мысли. Протянул руку к терминалу, за которым работал Сезар. Над ним развернулась голопроекция, и Сезар чуть не выронил бокал.

То, что он видел, было невозможно. Немыслимо. Невероятно.

И совершенно.

Кто-то неизвестный, но бесспорно гениальный смог совместить хищную красоту, присущую разработкам Романовых, с мощью и функциональностью Реалов. То, что парило над столом, сотканное из света, не было ни истребителем, ни мобильным доспехом — но несло черты того и другого. На глазах у Сезара это чудо изменило очертания, превратилось в меха, преобразовалось в истребитель с обратной стреловидностью крыла, тут же изменило её на прямую…

— О Боже… — выдохнул герцог. — Что это⁈

— Я называю его «Старскрим», — негромко ответил Рейвен. — Но название можно и обсудить. Если мы договоримся, конечно.

Изображение исчезло, вместо него появились строки и столбцы спецификаций. Взгляд опытного инженера выхватывал главное, и по мере чтения у Сезара расширялись глаза.

— Вы что, собрались воевать со всем человечеством? — наконец спросил он, не в силах отвести взгляда от того, что видел.

— Что-то вроде того, — «Волк» уклонился от прямого ответа.

Но герцогу уже было всё равно, что тот скажет. Если в облике «Волка» к нему явился дьявол, в которого верили древние — что ж, он продаст ему душу.

Проекция снова показывала ему фантастическую машину. Но теперь она была не одна: вокруг неё танцевала эскадрилья дронов-копий. Единственным отличием было то, что для них место пилота не предусматривалось.

— Они также управляются пилотом головной машины.

У Сезара широко распахнулись глаза.

— Какой пилот справится с такой задачей⁈

— О, у меня есть тот, кто справится… — усмехнулся «Волк». — Можно сказать, он для этого рождён.

— И… у вас есть чертежи? — почему-то шёпотом вырвалось у герцога.

Нарисовать красивую картинку — не проблема. Написать спецификации — тоже не проблема. Проблема — превратить картинку в реальность. Но даже если пресловутый проект — всего лишь образ, который ещё предстоит воплотить в жизнь, он того стоил.

Мозг инженера уже работал с полной загрузкой, составляя черновые варианты реализации.

— Разумеется.

— Что мне нужно подписать? — хрипло спросил Сезар.

— А я уж думала, ты не спросишь.

Александра с самым довольным видом выпрямилась, в очередной раз преображаясь. Теперь она больше всего походила на бизнес-леди, которая собирается заключить выгодный контракт. Ну кто бы сомневался…

— Но начинать придётся издалека… — загадочные интонации в её голосе заставили меня снова задуматься о том, как избавляться от тела. Если она докопалась до…

— А начну я, пожалуй, с одной истории о старых временах.

Мммммать…

— Итак… — она налила себе яблочного сока в бокал и устроилась поудобнее на своём диванчике. — Начнём?

Совершенство. Натуральное совершенство.

Александра любовалась сидящим перед ней юношей так же, как любуются произведением искусства. Или оружием.

Вряд ли он сам осознавал, насколько хорош собой — но она-то, одна из лучших дочерей Герега, умела считывать по внешности генетический потенциал. Скульптурная, отточенная аристократичность линий лица. Скулы. Брови. Крылья носа. Подбородок. Ммм, какой же это подбородок…

Во всём читалась порода. Она сравнивала фото Юлия с представителями его кланов — и как раньше никто не заметил фамильного сходства? Оно не было стопроцентным, конечно, и это не удивительно.

Что-то досталось от одного из родителей, что-то от другого, а остальное — результат игры в генетическую рулетку. Мог дать знать о себе и дед, и прадед… или прабабка, если на то пошло.

Ей было даже странно, что этого не видели все остальные. Хотя люди постоянно не обращают внимания на такие вещи. Им важнее то, что написано в родословной. Юлий Марс прибыл в Академию как сирота — и приняли его соответственно. Если на тебе висит такой ярлык, ты невидимка, никто не будет сравнивать тебя с кем-то из аристократии.

Но она зацепилась за него изначально. За то, как он двигается, как он говорит, как он смотрит.

Александра помнила его взгляд — там, на голозаписи, когда Юлий замер над телами нападавших. Холодный. Страшный. Казалось, ещё чуть-чуть — и о него можно будет порезаться. Сейчас он смотрел на неё почти так же, но это её не пугало, только раззадоривало. Что он может ей сделать, в самом деле? Это её ресторан, её территория, он тут в её власти… почти в её. Но это «почти» ненадолго.