В этот раз я только пришёл со службы, уставший как собака, поужинал и собирался лечь спать. Но тут вылез Захребетник, мысленно потёр руки и объявил, что у нас накопилось слишком много открытых вопросов и их срочно нужно закрыть.

– Какие к лешему дела? Ты видел, который час?

«Вот и отлично! Значит, у нас полно времени».

– А отдыхать, по‑твоему, мне не надо? Ничего, что у меня был тяжёлый день?

«Завтра выходной, так что отдыхай сколько влезет. А сейчас время потрудиться!»

Он перехватил управление, потянулся и сел к письменному столу.

– Ну что, Миша, приступим? Надо разгрести авгиевы конюшни отложенных дел.

Первым пунктом в списке Захребетника шёл нефрит из колодца Хозяйки. Он отыскал свинцовую шкатулку, в которой я привёз его с Урала, осторожно выложил перед собой тёмно‑зелёный камень и недовольно цыкнул.

– Не люблю я подобным заниматься, а придётся.

Взмахом ладони Захребетник создал в воздухе нечто вроде большой лупы, сотканной из зеленоватого тумана. Направил её на камень и прищурился, разглядывая полированную поверхность.

– Дело ясное, что дело тёмное, – почесал он в затылке. – Видишь, Миша?

«А что именно я должен увидеть? Камень как камень».

– Вот именно. Выглядит как самый обычный нефрит. Но простой китайский минерал, даже заряженный силой, Каменному цветку бы не повредил. Мощь у них несопоставимая, там даже не сотня порядков разницы. И магией от камушка, причём структурированной, так и разит. Придётся разбираться с внутренней структурой и смотреть, что там за чары вложены.

Следующие полчаса мы с Захребетником просидели, пытаясь рассмотреть структуру магических потоков внутри камня. Зарисовывали увиденные куски в блокнот и снова пялились в тёмно‑зелёную бездну.

– Ну, – Захребетник вырвал из блокнота листки с набросками и разложил на столе, – в принципе, всё ясно.

«Тогда и мне объясни. Я смысла этих загогулин не понимаю».

– Да что тут понимать‑то? Ты же учил стандартные Глаголы русской школы? Учил. Посмотри ещё раз внимательно.

«Хм. – Я вновь пробежал взглядом по рисункам. – Вон та штука похожа на Юс Большой. А вон там кусок Ижицы, вроде».

– В точку! – Захребетник хлопнул ладонью по столу. – Эту штуку создал русский маг, без вариантов. И он точно знал, что делает. Видишь, вот этот контур выплёвывает сгустки силы. А этот вкладывает в них структуры. И самая большая хитрость, что использовали именно нефрит. Был бы это малахириум, Цветок бы эти сгустки с лёгкостью переварил. А нефрит даёт энергию с другой частотой, так что вложенные структуры успевали «отравить» структуры Каменного Цветка. Вот такие пироги, Миша.

«Нам это поможет найти виновного?»

– А как же. У каждого мага свой почерк при создании заклинаний. Автор этого «шедевра» очень характерно скругляет Червь и размазывает Юсы. Рано или поздно мы встретим другие творения этого кудесника, найдём автора и возьмём за жабры.

Захребетник убрал нефрит обратно в шкатулку и запихнул туда же листочки с записями.

«Всё, ты закончил? Теперь можем лечь спать?»

– Ага, ага, надейся. Помнишь, что я тебе обещал?

«Смотря когда».

– В Гумёшках. Ты сам просил, чтобы я научил тебя полезным вещам. Так что я держу обещание, и сейчас ты будешь овладевать высоким искусством хождения по потолку.

«Не‑е‑е‑ет!»

– Мужайся, Миша. Путь предстоит нелёгкий, падать будет больно, но я верю, что ты справишься.

Первым делом он заставил меня зазубрить хитрую последовательность Глаголов и замысловатую магическую фигуру без названия.

– Считай, отдаю тебе секретный Глагол, – ухмыльнулся он. – У него даже наименования нет. Давай, повтори‑ка всё в правильном порядке ещё раз.

После этого он вернул мне контроль и строго приказал:

«Используешь Глаголы и сразу делаешь шаг на стену. Никаких пауз, понял? А нам с тобой лишние травмы ни к чему».

– Стоп! Какие ещё травмы?

«Синяки, шишки. Если неудачно упадёшь – переломы».

– Нет, так мы не договаривались. Я не собираюсь…

«Собираешься! Считай, что это часть нашего уговора. Помнишь, что ты мне обещал? Хочешь не хочешь, а учиться ты будешь. Вперёд!»

Первая попытка окончилась неудачей. Вместо ожидаемого эффекта я потерял равновесие и рухнул на спину.

«Я что сказал? Никаких пауз, сразу делай шаг, а то так и будешь валяться по полу до утра. Давай ещё раз!»

Падать мне совершенно не понравилось, так что я постарался сделать, как он сказал. Опа! Подошва будто приклеилась к стене. А сила тяжести будто перестала на меня действовать, в теле появилась удивительная невесомая лёгкость, и я завис параллельно полу.

«Вторая нога, – скомандовал Захребетник. – Вот так, хорошо. Иди вперёд».

Ну я и пошёл. Одна стена стала для меня полом, а противоположная – потолком, и я неспешно прогуливался, презрев законы физики.

«Не останавливайся», – подсказал Захребетник.

А я и не собирался. Поднял ногу повыше и спокойно перешёл на потолок. Очень странное ощущение, должен заметить, когда висишь головой вниз. Но если не отвлекаться и считать, что просто идёшь, то вроде и не страшно.

Едва я сделал шаг по потолку, из моих карманов посыпалась какая‑то мелочёвка и полетела на пол.

«Вот, кстати, запомни: или выкладывай всё лишнее, или клади так, чтобы ничего не выпадало».

– Угу.

Кстати, хоть из карманов содержимое и вываливалось, но на саму одежду земное притяжение не действовало.

Я прошёл по потолку мимо люстры и добрался до следующей стены. Уже без подсказки Захребетника перешёл на неё и двинулся вниз. Ноги сами несли меня, и я рефлекторно вытянул руку перед собой. Но стоило пальцам коснуться пола, как подошвы тут же отклеились от стены. Тело подхватило земное притяжение и шваркнуло меня на пол.

– Ох! Твою душу медь!

Хорошо хоть я успел прикрыться руками, а то бы расквасил лицо о половицы.

«Вставай, нечего разлёживаться».

Захребетник окатил меня волной магии, пробежавшей холодком по спине. Она смыла боль, и я спокойно поднялся без единого синяка.

«Пол не трогай. – Захребетник отвесил мне мысленную оплеуху. – Лучше вообще никаких горизонтальных поверхностей не касаться, чтобы не сбивать заклятие. Давай ещё раз повтори упражнение. Только не надо переть как носорог по прямой. Остановись наверху, осмотрись, пройдись в разные стороны. Попробуй что‑то сделать с предметами, до которых достанешь. В общем, пообвыкнись ходить вниз головой».

Так я и сделал. Использовал Глаголы, поднялся по стенке и отправился гулять по потолку. Прошёлся вокруг люстры, спустился немного по стене и утащил с письменного стола карандаш. Вернулся на потолок и кинул его в вазу на комоде. Пожалуй, если бы я не служил в Коллегии и нуждался в деньгах, мог бы организовать такой аттракцион на ярмарках и развлекать богатую публику. Разом бы разбогател!

На платяном шкафу я с удивлением обнаружил пыльную коробку. То ли её здесь Ирина Харитоновна оставила, то ли забыл прошлый жилец, снимавший комнату до меня. Я нагнулся, собираясь её вытащить и осмотреть содержимое. Но стоило потянуть её на себя, как дно коробки прорвалось, и мимо моего лица пролетела чугунная гантель.

Бамс!

Она грохнулась на пол и укатилась куда‑то под шкаф. Да кто хранит так гантели? А если бы я снизу коробку доставал? Получил бы железной штукой по лицу!

«Подозреваю, что это прошлый жилец хотел гадость сделать. И целил не в тебя, а в Ирину Харитоновну».

Ответить Захребетнику я не успел.

– Мишань, у тебя всё в порядке?

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Зубов. Гусар, похоже, только что приехал с очередного банкета. Глаза у него были весёлые‑весёлые, а на ногах он держался не совсем твёрдо.

«Тихо! – приказал Захребетник. – Не нужно, чтобы он увидел тебя в таком виде».

Я был того же мнения: не хватало ещё объяснять Зубову, как я забрался на потолок. Так что я осторожно укрылся за шкафом и прижался к стене. Благо, в комнате горела только настольная лампа, и угол, где я прятался, был самый тёмный.