Вот только командный дух которого и так не было, развеялся окончательно. Владельцы плащей посмотрели на Эмира так, будто он предложил им вскрыть вены.

— Ага, пошел ты в задницу! — огрызнулся один из них, тощий парень с крысиным лицом. — Там могут быть другие ловушки! Я своей шкурой ради вас скотов рисковать не собираю…

Договорить он не успел. Один из бойцов воспользовался шансом и метнул нож. Крутанувшись в воздухе он вошел по самую рукоять в сердце парня и тот рухнул замертво в метре от границы где шел кислотный дождь. Убийца швырнувший нож, выскочил под кислотный ливень, схватил плащ и вывалился вместе с ним на безопасное место. Правда дождик его основательно промочил…

Рухнув на землю он стал кататься по ней истошно вопя. Кожа вместе с плотью таяла на глазах до тех пор, пока один из кочевников не добил бедолагу отобрав его плащ.

— Трусы, — сплюнул под ноги Эмир и зло рыкнул. — Тогда я сам достану чёртовы плащи.

Эмир, снял кожаную куртку и набросив её на голову рванул вперёд. Он выбрал простой путь напрямик. Видать верил в то что других ловушек тут нет. И он не прогадал, ловушек и правда не было, зато была кислота. Чёртов ливень из кислоты. Он бы умер не добежав даже до середины комнаты, если бы не нашелся один дурак решивший его спасти.

Так уж вышло что этим дураком оказался я. Я рванул следом за ним видя как капли оставляют на каменном полу дымящиеся ямки, выжигая камень. Не знаю кто делал эти ловушки, но он определённо разбирается не только в магии, но и в химии.

Вбегая в кислотный ливень я установил визуальный контакт с каплями и представил что нас с Эмиром окружает невидимый зонт о который капли ударяются и скатываются на пол. Да, это кислота, но всё же она в своём составе имела и воду.

Мои глаза изменили цвет, загорелись ледяным светом, и мир вокруг будто замедлился. Не буквально, конечно, просто восприятие ускорилось так, что я видел каждую падающую каплю как в замедленной съёмке. Видел траекторию их движения, чувствовал, где они приземлятся. Капли летевшие на меня и Эмира словно сдуло ветром и они изменив траекторию отлетели в сторону. Ни одна из них не коснулась нас.

Когда мы добежали до угла, я рухнул врезавшись в стену от слабости. Поднялась температура, дыхание сбилось. Всё же магия воды чертовски энергозатратная штука. Я схватил два плаща, один сунул Эмиру, а второй надел сам прижавшись к стене. Он видел мои глаза и разинул рот от удивления неторопливо одевая плащ.

Промасленная ткань была тяжёлой, скользкой и противно пахла смолой или чем то подобным. Силы меня покинули окончательно когда Эмир накинул капюшон. Сверху на нас обрушился ливень. Капли, попавшие на плащ, скатывались, не причиняя вреда, а после шипели касаясь камня.

— Спасибо, — коротко бросил Эмир, глядя мне в глаза, которые всё ещё светились голубым. — За то, что не дал мне сдохнуть.

Он развернулся и посмотрел на противоположный угол, где лежали последние два плаща. Расстояние метров двадцать, впрочем для нас уже было не важно как сильно идёт дождь и какое расстояние впереди. Плащи надёжно защищали.

— Посиди тут, пока… — Эмир замялся и пальцем показал на свои глаза. — Пока цвет не поменяется. А я за другими плащами.

— Хочешь спасти тех кто не заслуживает спасения? — Спросил я прячась под плащом.

— Брат, ты просто не знаешь какие грехи у меня за душой. Я ничем не лучше. Но ты спас меня. — Улыбнулся Эмир и рванул в противоположный угол.

Схватив два последних плаща, он развернулся на пятках и побежал к толпе, из которой лишь двое были без плащей. Из-за ливня я не видел кто выжил на противоположной стороне, но как выяснилось позднее, судьба любит иронию. Выжили не самые отмороженные, а как раз те два обычных парня, которые попали в группу неизвестно по каким причинам. Эмир швырнул им плащи и заорал:

— Берите! Живо!

В конечном итоге дождь захватил весь зал. А жались к стенам украдкой смотря на водяные часы. Двадцать секунд. Дождь усилился до такой степени что казалось что мы просто упали в реку. Капли ударяясь о стены и пол, отскакивали и попадали на меня сжигая одежду.

Десять секунд. Я почувствовал жжение на берцовой кости. Боль была адская. Я зажал место ладонью стараясь прикрыть рану, но это был глупый ход, я только заработал ожог ещё и на руке.

Наконец водяные часы опустели. Последняя капля кислоты упала вниз, а после наступила тишина сменившаяся гулом.

— Кажется что-то… — Начал было Эмир поднимаясь с пола, но договорить не успел.

С потолка на нас обрушился бурный поток воды. От удара Эмир снова рухнул на землю, а я ударился лицом о колени так, что едва зубы себе не выбил, зато рана на ноге перестала болеть.

Встав на ноги, я огляделся. Пол был был завален сожженными трупами. А по углам ютятся ещё семь человек медленно снимая плащи. А, нет, не семь. Трое обладателей плащей оказались тяжело ранены и рухнули на пол испуская последний дух. Слишком много крови они потеряли, пока ждали завершения ливня.

Из тридцати девяти в живых осталось шестеро включая меня. Ещё выжил Эмир, чернокожий с узорами шрамирования, рыжий детина с топором, лысый дедок, и ещё одна низкорослая женщина с короткими волосами и шрамом через бровь.

— Шестеро, — хрипло произнёс Эмир, оглядывая уцелевших. — Из пятидесяти человек шестеро.

— Так и должно быть. На вершину мира поднимаются лишь сильнейшие. — Равнодушно бросил чернокожий.

Эмир хотел поспорить, но впереди с шелестом открылся проход в следующую комнату. Тёмный прямоугольный проём в дальней стене, из которого потянуло холодом. Эмир выругавшись пошел первым, а мы не спеша последовали за ним.

Коридор вывел нас в небольшое квадратное помещение, метров пять на пять, с гладкими стенами и тремя дверями. Просто три двери, стоящие в ряд на противоположной стене, одинаковые на вид, деревянные, массивные, без каких-либо опознавательных знаков, если не считать надписей вырезанных над ними.

Надписи были на языке, которого я не знал. Но как только взгляд упал на причудливые символы, в голове щёлкнуло, и я прочитал их так же легко, как читал бы объявление на русском языке в подъезде своего дома. Пришло интуитивное понимание. Как с Печатью Девяти. Как с текстом в зале, где я нашёл хрустальный глаз.

Первая надпись гласила: «Свобода ждёт того, кто выбирает жизнь».

Вторая: «Богатство достанется смелому, но смелость может дорого стоить».

Третьей: «Жуткий конец встретит презренного Фортуной».

Прекрасно! В лучших традициях былин. Прямо пойдёшь, по морде огребёшь, налево пойдёшь, от жены хапанёшь, на право пойдёшь, в вытрезвитель придёшь. Просто восторг…

— Судя по выражению лица ты можешь прочитать эти каракули. — Констатировал Эмир.

— Могу. Но легче нам не станет. — печально улыбнулся я.

Я озвучил написанный текст, а после все уставились на меня.

— И какая дверь ведёт к сокровищам? — спросил лысый дед, нервно облизывая губы.

Я пожал плечами и честно ответил.

— Понятия не имею. Судя по всему в этом и суть испытания. Шанс сдохнуть один к трём.

Рыжий детина выхватил топор и направил его на меня. Судя по его глазам он окончательно спятил от паранойи.

— Лживый ублюдок! — рявкнул он. — Хочешь чтобы мы передохли, а потом заграбастать себе все сокровища⁈

Лысый дед присоединился к нему, вытащив нож, женщина схватилась за рукоять короткого меча на поясе. И я вдруг понял что в этот раз мне придётся выйти на сцену и сыграть главную роль.

— Спокойно, спокойно, — я медленно выставил перед собой руки. — Я открою дверь первым. Если за ней будет сокровищница, то мы просто войдём туда и разделим всё поровну. Надеюсь такой вариант всех устраивает?

— Устраивает. — Рыкнул рыжий.

Вздохнув я подошёл к первой двери и собирался повернуть ручку, но что-то заставило меня передумать. Я сместился правее и открыл среднюю дверь. Ух. Сердце забилось так сильно, будто я открыл письмо от налоговой, не зная, что внутри обычная проверка или уведомление о том что меня скоро засудят. Правда налоговая не убьёт тебя за ошибку, в отличии от чёртового подземелья…