— Спасибо, — тихо сказал Алек и, повертев её в руках, надел на голову.

— Сегодня самый короткий день, поэтому скоро стемнеет. Нас ждёт работа, а вам уже пора, — попытался выпроводить нас Юрт, но Омид, продолжая улыбаться, не сдвинулся с места, а наоборот, сел обратно на лавку и, похлопав рядом с собой, пригласил Алека сесть.

Меня вся эта ситуация начала нервировать. Вот зачем он это всё устраивает? Надо было сразу с порога спросить про девушку, и всё, а тут целый театр. Для чего? Омид мельком глянул на меня и понял, о чём я подумал, улыбка тут же слезла с лица. Кашлянув, наконец заговорил по делу:

— Я хочу увидеть твою сестру.

Мужчина с женой словно перестали дышать, в отличие от оборотня.

— Какую из них? Девчонки сейчас в клубе, готовятся к празднику, — невозмутимо ответил он и, сцапав с тарелки пирожок, смачно откусил.

— Ту, которая в лесу живет и о которой не знает староста.

— Зачем она тебе? — спросил парень, снимая шапку с головы.

— Извиниться.

— Ей не нужны твои извинения. И подарки тоже.

— Ладно, скажу правду. Она незарегистрированный маг, скрывающийся от людей. Может, она беглая преступница?

— Она не преступница, — прорычал парень, и я убедился в том, что он оборотень.

— Приведи её завтра сюда, мы проверим уровень её дара и поставим на учёт. Ей ничего не угрожает, если ты говоришь правду. А если не приведёшь, то поисковики её найдут, и точно будут проблемы с законом, — твёрдо сказал Омид, поднимаясь со скамьи.

Попрощавшись, мы вышли за ворота. Провожающему нас хозяину дома я напомнил о времени встречи и медленно тронулся с места. Когда мы отъехали на приличное расстояние, Омид наконец заговорил:

— Он ей не брат.

— Конечно, не брат. Он оборотень. Она, кстати, тоже может быть оборотнем… Тогда, может, и брат, — хмыкнул я.

— Как оборотень? Нет, она точно человек! Про Алека я даже не понял! — воскликнул он.

— А что ты понял?

— Я порой вижу ауру сильных чувств. Он любит её, но не как сестру. Не могу тебе объяснить. Вроде бы похоже на родственное чувство… Ну, как ты тётушку свою любишь, но как-то по-другому. Как думаешь, какой у неё дар?

— Завтра узнаем. Если не сбегут.

— Не сбегут. Парень решительно настроен доказать, что она не беглая.

Чтобы успеть к назначенному времени, мне пришлось рано вставать. Майга в такое время крепко спит, поэтому на кухне я хозяйничал один. Приготовил омлет с колбасой и только собрался заваривать кофе, как на пороге появился взъерошенный Омид.

— Плохо спал. Всю ночь её во сне видел. Её испуганное лицо и огромный белый волк. Как же я боюсь этих зубастых тварей! — воскликнул он, ероша свои волосы.

— Давай быстрее ешь. Нам пора. Ночью похолодало на десять градусов. Я бы сегодня вообще из дома не выходил, — проворчал я, ставя тарелку в раковину.

К дому Каулиньш мы приехали на пятнадцать минут раньше назначенного времени. Руки мои слегка остыли, несмотря на толстые рукавицы. Надо было на машине ехать, но есть риск застрять в сугробах. Омид, стуча зубами, соскочил со снегохода и поспешил к калитке. Хозяин молча пригласил нас в дом и проводил в гостиную. Добрейшая женщина сразу же принесла нам горячий чай со сдобными булками и поставила поднос на журнальный столик. Надо же, вчера нас за стол усадила, а сегодня, видимо, нам не рады.

Пока мы сидели в молчании, со второго этажа спустились две девушки. Вот тут я сразу увидел родство. Симпатичные русоволосые сестрички одновременно смутились, увидев нас. Юрт представил нам своих дочерей, и я заметил, как младшая засверкала глазками, глядя на Омида. Понравился? Удивительно, что не я. Перекинувшись несколькими ничего не значащими фразами, мне захотелось выйти во двор. Неприятно находиться там, где тебе не рады. Омид, не участвовавший в нашей беседе, нервно вышагивал по комнате и постоянно смотрел в окно, не замечая красотку с яркими губами. Неужели правда влюбился в ту, которую видел всего один раз? Извинившись, я всё-таки покинул дом. Походив возле крыльца, решил почистить снегоход от налипшего снега, и в тот момент, когда я взялся за ручку калитки, услышал женский крик:

— Отпусти! Не пойду туда. Мне нельзя. Они заберут меня, Алек!

В приоткрытую щель я увидел, как оборотень несёт на руках девчонку, а она брыкается и пытается вырваться из его захвата. От резких телодвижений с её головы слетела шапка, высвободив копну нечёсаных тёмно-рыжих волос. При очередном взмахе ноги в сугроб улетел валенок, явно большого размера. Шуба расстегнулась, платье перекрутилось и задралось высоко на бедрах, и стали видны её стройные ноги в серых колготках. Парень громогласно рыкнул и, перехватив её поперек талии, повесил себе на плечо. А она продолжала биться и уже откровенно рыдала. Мне стало даже немного жаль девчонку. Решив не смущать её и дать время привести себя в порядок перед домом, поспешил зайти внутрь, предусмотрительно оставив калитку открытой. Но оборотень не дал ей даже оправить юбку. Внёс в дом и скинул на пол, перед всеми нами. Омид подскочил на месте и хотел помочь ей встать, но она сжалась в комок и, отвернувшись, накрылась своей замызганной шубой.

— Ты сдурел? — закричала жена Юрта и, подбежав к ней, загородила её собой.

Девчонка затихла, а оборотень испуганными глазами посмотрел на Юрта, а затем на сестёр. Девушки пылали праведным гневом. Было видно, как это действие всех шокировало.

— Аша, прости, — прошептал он.

А мы наконец-то узнали, как её зовут.

— Юрт, проводи магов в гостиную, пожалуйста. Мы сейчас успокоимся и придём, — сказала женщина, наклоняясь над ней.

Омид сжал челюсти так, что желваки ходуном заходили. Ладони сжались в кулаки, и он шагнул в сторону парня, но я обхватил его за плечи и повел вслед за хозяином дома.

— Спокойно, — прошептал ему на ухо.

В комнате был только Юрт, девушки убежали на второй этаж, а оборотень остался стоять как вкопанный у порога. Сидя на диване, я прислушивался к звукам, что доносились из другой комнаты. Отчётливо был слышен плач девчонки и равномерный бубнёж женщины. Через пару минут я услышал непонятную возню, а затем собачий скулёж. Омид испуганно посмотрел на меня, и я предположил, что оборотень сейчас в зверином облике. Вскоре в комнату вошла белая как мел жена Юрта, и тот тут же увёл её на второй этаж. Мы с Омидом переглянулись, но с дивана не встали. Меня вся эта история стала забавлять. Кто бы мог подумать, что наше появление наделает столько шума в этом семействе. Ждали мы недолго. Юрт, видимо, передал дочкам заботу о жене и тут же спустился. Даже не посмотрев на нас, он вышел за дверь и вскоре перед нашим взором предстала виновница этого бедлама. Сколько ей лет? Пятнадцать? Мелкая и какая-то грязная. На заплаканном смуглом лице непонятные полосы вперемешку с веснушками, да к тому же почти чёрные опухшие глаза не придают лицу свежести. Широкий нос и пухлые обветренные губы на круглом лице смотрятся странно. Большая голова не соответствует её худому телу. Кудрявые каштановые волосы вообще знакомы с расчёской? Серое шерстяное платье висит на ней как мешок. Посмотрев вниз, увидел, как она стоит на одной ноге, а вторая слегка соприкасается с полом. В районе щиколотки что-то намотано. Через колготки видна чёрная ткань. Не могла замотать ногу нормальным бинтом?

— Алек назвал тебя Аша. Какое твоё полное имя? Фамилия? — вкрадчиво спросил у неё Омид, поднимаясь с дивана и предлагая сесть на его место.

— Нет у меня фамилии, — тихо ответила она и крепко держась за Юрта, осторожно шагнула к дивану.

— Не бойся, мы просто хотим проверить уровень твоего дара и записать в реестр магов. Мы уедем, а ты будешь жить как жила, — солгал эмпат и мельком глянул на меня.

После услышанного девчонка заметно расслабилась. Её плечи немного опустились и, разжав кулаки, она уперлась ладонями в колени. Я снова посмотрел на её ноги. Может, ей стало легче от того, что она села, а не от того, что услышала? Лодыжка обмотана слишком толстым слоем, видимо, серьёзная травма. Перелом? Лекаря бы сюда.