– Теперь это мое любимое место в замке, – усмехнулся парень, и я строго покачала головой.

– Будь серьезнее и напряги извилины, Аластор. Вспоминай!

– Кажется, я не могу, – он развел руками и заставил меня застонать от бессилия.

– Я хочу, чтобы ты знал. Я верю тебе, если ты говоришь, что мы можем быть связаны. Но в тот день я… Тебя могла спасти не я, Аластор.

– Что… – складка залегла между его бровей. – Здесь был кто-то еще?

– Это сложно объяснить, – я закусила щеку и опустила голову. – Я хочу быть честна с тобой, поэтому мы здесь. Я дала клятву.

– Какую клятву? – принц моргнул и сложил руки на груди. Теперь он выглядел озадаченным, и мне стало еще сложнее. – Твоей хозяйке?

– Ее нет и никогда не было. Я соврала, прости меня. Я дала клятву, но она не сможет завязать твои глаза, – шепнула я, поглядев на свою руку. – Пока еще… Пока еще я не… Выслушай меня, хорошо? Не перебивай.

Принц молча кивнул, и я набрала в грудь побольше воздуха.

– Тебя могла спасти не я, но я буду по-настоящему раздавлена, если это так! – выкрикнула я отчаянно. – И я сделаю все, чтобы снять с тебя это проклятие, даже если придется отказаться от тебя, но… Я не хочу, – слезы потекли по щекам, и я шмыгнула носом. – Я знаю, что избегала тебя и вела себя холодно, но для этого была причина. Возможно, я влюбилась в тебя еще раньше, чем ты встретил меня здесь, – я нервно засмеялась, вытерев глаза краем плаща. – Мне было нельзя даже думать об этом, а теперь ты заставил мои мысли крутиться лишь вокруг тебя. Только ты виноват!

Тик-так.Скоро твоя принцесса превратится в ведьму, Аластор, карета – в тыкву, а любовь – в ненависть. Тик-так.

Опять эта навязчивая мысль. Но она была как никогда близка к реальности.

– Карина, – на лице королевского наследника появилась теплая улыбка. Он окинул меня снисходительным взглядом, а потом подошел вплотную, чтобы буквально вжать в себя мое сотрясающееся от сдерживаемых рыданий тело. Я всхлипнула и положила голову на его плечо, отпуская ситуацию.

А потом Аластор вздрогнул. Оттолкнул меня, быстро отступив назад, как если бы на него залез мерзкий огромный паук.

Я усмехнулась, пошатнувшись на ногах, но не стала винить его в этом. Платье затрещало, а руки покрыли черные тени, заструившиеся от кончиков пальцев прямо к середине локтей.

Здравствуй вновь, Мориэлла.

Мои полчаса истекли, настало твое время.

Я смотрела в пол, пока не осмелилась поднять взгляд на принца. Долгие – долгие секунды стыда и мучений. Взгляд его остекленел, а лицо ничего не выражало.

– Это вы, – сорвалось с его потрескавшихся губ. – Леди. Все было ложью?

– Н-нет, Аластор, – взмолилась я, сделав шаг к нему, но парень выставил вперед руку. – Я… Я же говорила, я не обманывала, клянусь! Я хотела, чтобы ты узнал от меня!

– Но почему? – прохрипел принц, и я заметила, как задрожали его руки. Глаза его полыхнули гневом, и я отступила сама.

– Я не…

– Вы всегда притворялись ею? Чтобы одурачить меня?

Я принялась мотать головой из стороны в сторону, сдерживая рвущиеся из меня рыдания. В глубине души я знала, что он не примет этого. Но все равно хотела раз и навсегда прекратить эту ложь.

– Все не так, Аластор. Это все еще я, в ее теле. Ведьмы здесь нет, клянусь.

Он моргнул, взгляд его стал более осознанным, а руки сжались в кулаки. Я со страхом увидела задрожавший камень в кольце принца и попятилась назад.

– Это проклятие, Аластор! Почти как у тебя. Да, я вынуждена жить в ее теле, но я не хочу больше. И… Если бы не это, мы бы с тобой никогда не увиделись, поэтому – что бы ты ни думал – я ни о чем не жалею.

Аластор выглядел еще более шокированным, чем когда я перевоплотилась в ведьму. И сжал зубы, принявшись ходить из стороны в сторону, а потом и вокруг меня. Он открывал рот, поднимал руку, чтобы что-то сказать, а потом отмахивался, вновь погружаясь в себя, пока я стояла как мышка, боясь шелохнуться. Он выглядел как съехавший с катушек псих, и треск гелиодора в его кольце звучал из-за этого еще ужаснее, чем мог бы. Как могла бы звучать надвигающаяся катастрофа.

– Аластор, прошу, – шепнула я, пытаясь поймать его взгляд. – Поверь мне, это все еще я.

Он махнул рукой, призывая меня к молчанию, и я сглотнула.

– Вы… Ты моя Карина? Не Мориэлла?

Моя Карина. Я всхлипнула и кивнула.

– Это кольцо, – я показала на руку. – Оно возвращало меня, но ненадолго. Тогда в саду я случайно активировала его и сразу вернула обратно, но этого хватило, чтобы ты увидел.

– Ты… Ведьма была слаба, – сказал принц, и я закивала что есть сил. – Она ни разу не использовала магию при мне.

– Потому что у меня ее нет.

– Проявляла доброту, – сощурил глаза принц, начиная остывать.

– Я не смогла до конца вжиться в образ.

Аластор зажмурился, и я дала ему время привыкнуть к свалившимся на него новостям. Теперь, когда он знал, язык не обжигало при малейшем желании рассказать правду, и я опасливо постучала им по внутренней стороне зубов. Кот ничего не мог сделать с тем, что принц увидел своими глазами.

– Я… Мне нужно побыть одному, – сказал наконец парень, и мой подбородок задрожал.

Я не смогла ничего с собой поделать и подошла к нему вплотную, чтобы взять за руку.

– Прошу, не отводи взгляд. Смотри на меня, пусть в лице твоем будет омерзение и ненависть, но не оставляй меня, Аластор! Я так далеко зашла, я не вынесу этого.

– Черт, – усмехнулся он, покачав головой. – У тебя нет ее магии, но я все равно не могу противиться. Ты околдовала меня?

– Нет, – я поджала губы и сделала глубокий вдох. – Я всегда была трусихой, но теперь я хочу бороться за тебя. Я не могу позволить тебе оттолкнуть меня. Только не после всего.

– Ты околдовала меня, – сам себе ответил принц, но в голосе его была толика веселья за толщей усталости. И я сразу встрепенулась.

– Прошу, смотри на меня, – парень уже не так старательно отворачивался, и я продолжила: – Пусть сейчас у меня ее глаза, но ими я вижу тебя так же ясно, как и в той комнате, когда была собой и поцеловала. А ты сможешь увидеть меня, заглянув в них, – взгляд Аластора переменился, теперь он смотрел прямо на меня. – Пусть у меня ее пальцы, пропитанные чернотой от памяти ее злодеяний, но я все так же хочу держать тебя за руку, Аластор. Я… – Я запнулась, чувствуя, как горят щеки. – Пусть у меня ее сердце, и все здесь называют его холодным, а кто-то и вовсе подозревает ведьму в его отсутствии, но оно еще никогда не билось так быстро, как рядом с тобой. Пусть…

Я не успела договорить: Аластор подался вперед и соприкоснулся со мной лбом, прикрывая глаза.

– Пусть у тебя ее лицо, но ты такая бесхитростная и наивная.

Он сказал это, и я обвила руками его шею, боясь отпустить.

– Какой бы облик ты ни приняла, похоже, ты – это ты, – вздохнул Аластор. – И как я не догадался…

– Ты бы не смог.

– И то верно, – я почувствовала тепло его дыхания, когда Аластор усмехнулся. – Я приму тебя, будь ты хоть жабой.

– Не перегибай, – я боднула его, слушая тихий смех.

– Чувствую себя дураком. Кем бы ты ни была, я уже люблю тебя, и с этим ничего не поделаешь.

Я замерла, боясь даже дышать, и потянулась к моему принцу.

А потом раздался треск. Секунда – и Аластора оторвало от меня и отбросило к стене, на которой еще были следы от предыдущего погрома. Я не успела даже закричать.

Белые нити обвили руки принца и потянули назад, чтобы со всего размаха опять впечатать его в камень, заставляя голову откинуться. Кровь осталась на стене и начала стекать вниз. Мой крик разнесся по саду, и я кинулась к парню.

– Аластор!

Земля под ногами задрожала, и я в ужасе заметила струящиеся по ней белые нити. Они светились и переливались золотом, пока не достигли Аластора, закружившись вокруг него. Я схватилась за его руки и попыталась стянуть их, но пальцы проходили сквозь магию, не было и возможности повлиять на нее. Я закричала от ужаса, когда нити стянули шею Аластора и принялись утягиваться.