— Губитель.

— Что? — не понял меня Хайтауэр.

— Если Ло мы назвали Спасителем, то и Хо нужно выдумать громкое имя, — пояснил я. — Для народа. А то один звёздный колдун, другой звёздный колдун. Одной буквы, которая их отличает, здесь мало. Люди могут запутаться.

— А что, мысль дельная, — поддержал меня Вепрь. — Губитель Хо — звучит жутко. И остров он погубил. Серые точно одобрят. Ведь так?

— Хо — злодей, — согласился Брат Рихард. — Какие бы цели он не преследовал, а убивать детей, женщин… Единый ещё покарает его.

— И я знаю, кто станет карающей дланью Творца.

— К Хо не лезьте, — зло зыркнул на Сердара Хайтауэр. — Он вам не по зубам.

— Гахары тоже считали себя всемогущими.

— К Хо не лезьте, — твёрдо повторил Кэйлор. — Ваше дело — отыскать Ло.

— Да я понял. Найдём. Я про Ло. Он — орудие Творца. Ему и вершить справедливость.

Сердолик забросил на плечи рюкзак и в жесте прощания вскинул вверх руку.

— Всё, желайте удачи, и мы полетели. Прощаться не будем. Плохая примета.

— Удачи! Найдите его!

И моё пожелание растворяется в хоре других.

— Мы найдём его. Обещаю, — подмигнул мне Сердар и взмыл в воздух.

Миг — и трое других смельчаков устремились за ним. Как же быстро летят… Пять секунд — и все четверо один за другим исчезают в портале. Он найдёт его. В этом у меня нет сомнений.

Вопрос лишь один — кого именно?

Укреплённый даром металл не ржавеет, не ломается, не затупляется и способен оставить свой след на любом, даже на самом прочном объекте. А уж камень, из которого состоит скала, чья вершина увенчана входом в Храм Знаний — материал очень крепкий. Ему не страшно само время.

У меня нет сомнений, что выдолбленным на скальном подиуме портала словам многие тысячи лет. Не спеши мы так сильно, можно было бы создать соответствующий конструкт и провести спектральный анализ этой чьей-то невероятно кропотливой работы, но само содержание обращённого к Идущим послания подтверждает его нешуточный возраст. Это явно писал не Вилар.

«Хранители врали нам. Не экзамены — главное испытание Истины. Наш враг — одиночество. Дождись здесь того, кто идёт за тобой, и дальше идите вдвоём. Одиночка обречён на потерю рассудка.»

Разумно. С их скоростью прохождения лестницы Истины, и действительно, можно лишиться рассудка. Сотни, если не тысячи лет одиночества — не считать же компанией белого болтуна — гарантированно сломают тебя. Только смогут ли Вилары, приходившие сюда с Ойкумены с огромными временными разрывами, позволить себе настолько длительный отдых? Когда твой отмер пополняет только сданный экзамен, ты хочешь-не хочешь, а будешь перебираться из сектора в сектор, убегая от старости. Это мы с Марго мчимся по Истине ветром, а местные неучи ползут по квадратам-ступеням улитками.

Идиоты из нового Братства по итогу перехитрили сами себя. Сомневаюсь, что кто-то из членов Конклава смог дойти до Вершины. Оставивший это послание прав — одиночке здесь нечего делать. Очевидно, что раньше, до прихода в мир новых фальшивых Хранителей Равновесия, с Ойкумены на Истину перебиралось значительно больше Идущих.

Уверен, что в те далёкие времена построенные на каждом квадрате дома не успевали сгнивать. Ползущие по лестнице знаний достаточно плотным потоком ученики ремонтировали убежища, оставляли друг другу послания на каких-нибудь деревянных дощечках, обрабатывали делянки и огороды, которые в сезон не так сложно разбить на приречном лугу, заготавливали провизию и поддерживали единожды проторённый маршрут в относительном порядке прочими способами. Благоустроить дорогу несложно, но вот следить за ней… Тут уже нужны люди, которых здесь больше нет в нужном количестве.

И потому нам с Марго приходится, либо спать на земле у костра, либо ютиться в полусгнивших развалинах, либо, когда повезёт сесть на хвост ползущему перед нами Вилару, использовать его медленно разрушающиеся под натиском времени хижины, как то происходит сейчас.

Несложный конструкт роняет очередного Вилара на землю. Вернее, на пожухлую, примятую осадками траву, покрытую остатками выпавшего ночью снега, который ещё не успело до конца растопить низкое осеннее солнце. В это время года на Истине уже достаточно холодно. Ночные заморозки сбивают с деревьев последние листья. Нужно перенести его в дом, а то может и не проснуться. Марго сделает. У меня на возню с ним нет времени.

— Густо пошли.

Ученица права. Предыдущий Вилар встречен нами всего в двадцати трёх секторах отсюда. Постепенное усложнение учебной программы заставляет Идущих проводить в каждом новом квадрате всё больше и больше времени.

— И пойдут ещё гуще. Унеси его в дом.

Среди уже изученных Идущими программных кодов нет улавливающего мозговую активность Сканера, так что на данном этапе я спокойно подлетаю на невидимости к попадающимся у нас на пути постигающим истину и усыпляю их. Мог бы и убивать, но зачем? Мне они не враги. Оставляю бывшим членам Конклава шанс выжить.

Этот третий, кого обгоняем после встречи с моим бывшим учителем. Хо, возможно, прикончит его, но это меня уже мало волнует. Главное, что мой преследователь, в силу нехватки времени, точно не станет подробно допрашивать этого человека и, соответственно, не узнает про его странный сон, во время которого Вилар загадочным образом переместился из-под открытого неба под крышу. А вот убей я Идущего, Хо сразу бы понял, чьих это рук дело. Я не хочу превращать его догадки в уверенность. Пусть и дальше считает, что опережает меня. Перестраховка — нас ему уже не догнать в любом случае — но я в таких делах щепетилен.

Вилар спит. На ближайшие сутки он нам не помеха. Теперь можно спокойно заниматься делами. Направляюсь ко входу в Храм Знаний. Сейчас выясним, что меня ждёт на этом квадрате — подтверждение уже имеющихся знаний или получение новых. Хотелось бы, чтобы второе, но на данном отрезке учёбы подобное — редкость. Грандмастера сложно чем-либо удивить в рамках изучаемой на этом участке поясной лестницы темы. Протоэнергетическое конструирование — моя стихия. Здесь я, как рыба в воде. При желании, я и сам бы мог многому научить своего голограмму-учителя.

Как же я ошибался… И как всё-таки узок набор имеющихся у нас инструментов… Да, мы всё время его пополняем, но новые по-настоящему сложные конструкты, будучи плодами неимоверно тяжёлой и долгой работы одного, а чаще нескольких грандмастеров, появляются не так часто, как нам бы того хотелось. Разработка высших энерго-кодов — тяжкий труд, отнимающий неимоверное количество времени. Здесь же этих сокровищ без края. Всё уже создано — приходи и бери.

И я беру. Беру всё, что дают. Бессменные экзамены без обучения в прошлом. Среди известных мне тем всё чаще и чаще начинают попадаться такие, про которые я прежде не слышал. Я радуюсь им, как ребёнок. Подарки планеты-загадки бесценны. Эти знания стоят принесённых мной жертв. И даже тех жертв, которые за проведённое мной в этой ловушке немалое время принесло человечество. Боюсь себе даже представить, сколько людей убили гахары за эти четыре с почти половиной года. Миллиарды и миллиарды погубленных жизней…

Но я больше не злюсь на создателей полосы испытаний под названием Путь. Оно стоит того. Найдя выход с этой планеты-ловушки, я явлюсь в мир уже не просто грандмастером, а чуть ли не богом. Сейчас мне ещё далеко до превращения в настоящее сверхсущество, но, если поток получаемых мной новых знаний по дороге к Вершине продолжит усиливаться, я однозначно обрету это звание, едва оказавшись вне зоны пониженной концентрации протоэнергии.

Пока же я всё ещё человек, не Спаситель. Мне не чужды, ни холод, ни голод. Я ем добытое и приготовленное ученицей мясо и сплю у костра на ворохе прелой листвы. Иногда сплю в обнимку с Марго. Куда реже, чем мне, но ей тоже приходится спать. И дело здесь не только в особенностях организма открывшего чакры Источника. Наше время течёт с разной скоростью. Мои сутки бодрствования, проводимые в основном в Храме Знаний, оборачиваются для неё считанными минутами. Ем, пью и справляю нужду я достаточно быстро, так что Маргарита чаще всего видит меня, либо спящим, либо летящим к очередному порталу на следующий сектор.