Прошли мы эффектно, как того требовалось. По крайней мере, мне так показалось. Не зря же у меня биты на минусах в голове в этот момент играли. Войдя в здание, смогли выдохнуть. И тут же нас в оборот взяла распорядитель.

— Прибыли? Отлично. Второй боец уже на месте. Надо переодеться. Зрителей ещё впускают, но церемония скоро начнётся. Да, нужно в раздевалку. Женщины подождут, потом сопроводят, предадут. Быстрее-быстрее.

Я читал план начала мероприятия, потому кое-что понял, но не всё. От меня, впрочем, много сейчас не требовалось — только переодеться и размяться. Даже тренера местного предоставили, чтобы помог сориентироваться.

Со всем этим разобрался и был готов к выходу, вслушиваясь в твёрдый, громкий, но приятный голос Лебедевой, которая взяла сегодня роль главной ведущей.

Мне требовались линзы, которые могли приглушить яркость столпов света, что свалились на меня при появлении на своей стороне ринга. Вот сопровождавшим меня девочкам это совсем не мешало, так как глаза обеих совсем остекленели от удивления.

— Так вот почему Вика рекомендовала брать с блёстками, — сообщила Лена, разглядывая Яну.

Мои спутницы сейчас сверкали звёздами в ночном небе, так ярко смотрелись их платья на фоне тёмного зала.

— Кажется, надо идти, — едва двигая губами от волнения прошептала Яна.

— Идём.

Вновь повёл красавиц, только теперь уже по помосту, что простирался от входа в зал к шестиграннику ринга. Путь был коротким, заканчивался у отделённого сектора зрительских мест, где предстояло смотреть зрелище моей семье. Там же была небольшая площадка, на которой занимала лидирующую позицию Виктория Павловна Лебедева. Её персона ощущалась особой величиной в пространстве, просто сказать, что она стояла в этот момент было нельзя.

— Вот и наш второй участник, Галактион Гордеевич Воронцов, учёный, преподаватель и настоящий рыцарь нашего исследовательского центра…

Вика представляла и одновременно смотрела на меня.

Выглядела она убийственно сексапильно, решив для очередного белого платья буквально избавиться от верха. Спина её была полностью обнажена по самое начало попы, а вырез на животе начинался где-то в районе пупка. Чтобы та часть платья, что прикрывала грудь, всё же не падала, имелись тонкие золотистые бретельки, поднимающиеся к плечам, сходящиеся за спиной в одну нить. Эта нить делала головокружительное падение к ямкам над попой, которые наглядно демонстрировали почему их прозвали в честь богини любви и красоты.

— Давайте же увидим, наконец, причину спора двух славных мужчин.

Продолжила задавать темп событиям ведущая, пока я взглядом оценивал уже находящегося на ринге Игнатова Марата. Но появилась Астра, и я в очередной раз очумел от обилия божественно красивых женщина в одном помещении.

Астра была в серебристом. Это всё что мозг мог воспринять внятного, чтобы окончательно не потеряться в желаниях, которые ещё при оценке блистательного начальства появились. По результату представления, Астра прошествовала к нашей площадке, а Вика передала роль ведущего другому — мужчине, что я отдельно отметил.

— Ты сумела отбить Астру на вечер? — тихо спросил Лебедеву.

— Я сторговалась, — продолжая неприрывно улыбаться, ответила Вика.

— Рад вас обеих видеть в таких образах, — не глядя на женщин, выдал комплимент, — в ваших платьях должно быть прохладно, но мне сейчас в одних трусах и накидке очень жарко.

— Ничего, не сгоришь, — Астра, в отличие от Виктории, улыбнулась только мне, — мы станем по сторонам от тебя и проводим к рингу. А чтобы ты вернулся с небес на землю, я тебе напомню, как тебя сегодня будет бить твой противник.

Моя нордическая красавица принялась в красках описывать предстоящие мне мытарства. Это было очень своевременно, учитывая одуревшую от женщин голову. К рингу уже обрёл настрой на столкновение с серьёзным противником.

В этот раз виновница события раунды не анонсировала, этим занималась другая симпатичная особа, на которую мы с Маратом даже не посмотрели. Отстранённо слушали ведущего, судей, помощников — так до самого сигнала начала первого раунда.

«Фух. Танцуем.»

Сближаемся, начиная бой взглядами раньше действительного столкновения. Марат настроен серьёзно, никакого прежнего показательного веселья или надменности. Не знаю, насколько просто удалось Виктории Павловне вовлечь Игнатова в такой формат боя, но, кажется мне, публичность он хотел использовать на всю катушку.

Чтобы разделать меня.

Сходка без обмена ударами, начинаем кружить… тут же наскок с его стороны.

Первый сбил открытой ладонью, второй блокировал рукой. Пригнулся, пропустил третий, тут же выстрелил ответную двойку. Зацепил его по касательной.

Он не уходит, бьёт в корпус быстрый левый. Приходится принимать на пресс — сильно! Второй его удар должен быть размашистым и тоже в корпус, но я взрываюсь серией прямых, явно опережая.

Бам!

Он успел наклониться и получил в лоб. Но отошёл на шаг. Догоняю, пытаясь не потерять инициативу и…

Он буквально пропадает из обзора, а я ощущаю захват ног.

«Обдурил меня, как новичка какого», — всё что успеваю подумать, пока валюсь на пол.

Говорю себе в который раз, что терпеть не могу борьбу. Однако же моё желание, как манная каша в детском саду, не спрашивает любви. Все мы когда-то учимся есть свои манные каши, а со временем даже начинаем любить это дело.

Борьбу не полюбил, но бой не сдал до конца раунда, пускай и повалял он меня изрядно. Судья нас поднял, но особой красоты боя до гонга мы не выдали.

— Ты к бою готовился? — спросил меня один из выданных помощников.

— Угу, — прогудел, пока мне высовывали капу.

— Тогда вспоминай, что делать надо, а то как-то ты плаваешь.

Хотел высказать ему, насколько отменный он советчик, но скорость мысли быстрее реакции моего языка.

«Это доказывает, что я не баба. Я — мужик!»

Значит и с поединком должен справиться. На деле тренер дал совет толковый. Он же не знает, как именно меня готовили, и на что была направлена отработка. Потому вновь нужно было собраться и стараться использовать заготовки.

Объявление ведущего звучало для меня фоном, а ведь то был профессионал своего дела, привыкший развлекать толпу. Однако же я куда внимательнее слушал на прошлой дуэли инструктора по военной подготовке нашего научного центра, а смотрел на эффектно оголённую Крапову. Сейчас в окружении большого числа людей мой фокус настраивался только на противника.

Поднимаемся по сигналу судьи, сходимся.

Дзинь!

Сразу сближаюсь и начинаю прострел дальними ударами. Попадаю в блок перчатками, ещё, и ещё. Только раскрывается — сразу удар.

Наскок на меня, пытается сократить дистанцию. Но я разрываю.

Удар, удар — всё ему навстречу. Вроде бы близки по росту, но он не достаёт, рискует получить прямой в нос.

Серия. Обмен. Несколько обменов. И всё же он давит к краю, отжимая от центра.

Замедляюсь.

Я ещё свежий, но делаю вид, что устал. Только всё равно каждый его шаг встречаю сильным встречным, чтобы противник…

«Есть!»

Он ещё только начал приседать, когда я плотнее стал на обе стопы. Время будто ещё быстрее пошло, совсем не как в фильмах. Не стал дожидаться выставленной ноги, с которой он решил начать выход в захват, ударил по низу на опережение.

Тумц! За ним — бум!

Снёс Игнатова быстрым ударом. Налетел с ударами, пока тот не сообразил закрыться. Но он успел! Перешёл на спину, подогнул колени, сдерживая мой натиск.

Бью, бью, отскакиваю.

Он хотел перехватить меня, перевести в борьбу, что мне совсем не стоило делать. От захвата ушёл, а встать ему так просто не давал. Только он собирался, как я бил ногой по его ногам, вынуждая подтягивать их к себе.

В итоге рефери нас разогнал. Дальнейшая работа прошла в большей мере руками, лишь пару раз мы выдавали удары ногами, но безрезультатно.