Дальше она вложила в голос такую смесь смыслов, что потянуло в паху ещё больше.

— Ты же мне так и не сказал своё мнение.

Хотелось снова обернуться и посмотреть на её эмоции, но на этом ходу партии этого делать было никак нельзя.

— В жизни, конечно же, смотрится лучше.

Вот так! Не больше, не меньше. Не буду я поощрять такое поведение, ставшее сексуальным испытанием. Только госпожа директор имела свои планы.

— Спасибо. Ты сегодня тоже смотришься… мужественно.

— Мучительно мужественно, я бы сказал.

— Я заметила. Как женщина…

— О как, — во мне проснулся сарказм.

— Пошути мне ещё, под руку тебя возьму сейчас, — в тон мне ответила Вика.

— Прошу прощения!

Поторопился извиниться, иначе эта секс-бомба действительно могла начать применять всю свою привлекательность. Мне хватит малейшей тактильности.

— Как женщине мне немного обидно, что эта твоя реакция случилась до моего прихода. Но как твой куратор и друг обижаться не могу. Я ведь ещё вчера обещала тебе придумать, как можно тебе помочь.

Она улыбнулась. Это очень, очень опасно, дорогие вымышленные друзья.

— Я тронут, — проговорил обречённо.

— М?

— Нет-нет, это не призыв к действию.

Поторопился разубедить фемину, чтобы она не стала заигрывать ещё больше. И так, знаете ли, моя команда едва сравнивает счёт. Не стоит беспокоить Киру больше положенного.

— Любопытно, — решил сменить тему, — ты на каждую игру будешь приходить лично? Или…

Не стал договаривать, но она поняла, что я имел в виду. Что она свалит на меня и команду военных тоже. Где вообще все физкультурники?

— Боюсь оставлять тебя одного в такой ситуации. Ты так можешь набрать себе боёв тренировочных до конца года. А когда наукой заниматься?

— Хм.

— Так что пока твоя кризисная полоса не закончится, надо за тобой присматривать.

Она всё же дотронулась до меня, слегка погладила по руке. Зараза! А ведь меня только отпускать начало, а вот опять. Благо, что игра закончилась, и все стали собираться.

— До встречи, Галактион!

Жгучая блондинистая фемина помахала мне рукой и принялась шагать в направлении своего первоначального появления. За ней тем же составом потянулись военные.

Фух, сейчас совсем отпустит. С Викторией Павловной у нас никогда ничего не было и не собиралось, но от становления объектом чьих-то сексуальных фантазий ни одна женщина не застрахована. Когда столько общаешься, это неизбежно. Вика на эту мою мужскую привычку сегодня очень сильно надавила.

— Галактион, ты обещал обед после игры.

Ко мне подошла Кира, её пышущая жаром. Горячая девчонка!

— Как не покормить голодного студента? Пойдём!

С Кирой замечательно провёл около часа за обедом. Девушка ещё предложила вечером провести тренировку для дуэли, но я отказался. Чувствовал себя уставшим, поэтому отказался. Это спасло, пожалуй, потому что Кира своей непосредственностью давить умела, но от влияния оградило чёткое осознание в необходимости отдохнуть денёк.

Вообще, поймал себя на мысли, что частично вернулся в старшую школу по уровню отношения к противоположному полу: мне и Тамара нравится, и Кира, Астра тоже хороша, Виктория Павловна просто влажная подростковая мечта. Благо, что вернулся лишь частично, хорошо понимая, что опылить такой цветник мне никак не светит, как и вообще большинство цветков.

Если не задумываться о последствиях, конечно, и провернуть все быстро, то вероятность есть. Но мозг, который изначально создавался как механизм для помощи в сложных задачах, решил самосохранение поставить выше приоритетом над инстинктами к продолжению рода. Может, догадывается гад, что не о продолжении рода речь идёт.

Однако звоночек для рациональной части своего рассудка значимый. Что-то точно не то твориться в моей крови. Подобного уровня возбуждения в мои годы нужно намеренно добиваться, а энергетический потенциал строго поддерживать. У меня же ощутимо выросли оба показателя. Если сегодня отдохну, завтра уверенно смогу утром выполнить пробежку.

С этой глобальной идеей отправился домой. По пути вызвонил профессора Ганса Штильнеца. Целью звонка было напомнить уважаемому преподавателю, что есть необходимость помочь другу порубать на части несколько тысяч монстров, совершенно не открещивающихся от такой участи в одной онлайн игре.

Удивительно, мне даже не пришлось его уговаривать — мужчина точно искал собеседника в моём лице. Однако, как это часто бывает в случае с произведениями человеческого искусства, магия игры захватила нас обоих. Даже Ганс, равнодушный до текущего момента к подобным развлечениям, позабыл про реальный мир и погрузился с головой в тёмное средневековье выдуманного.

Опомнились мы только через несколько часов.

— Эй, Чингиз, нам пора в город распродаваться. Вызывай портал.

Надо было заканчивать игровую сессию. Прилично уже времени просидели, я чувствовал усталость.

— Какой я Чингиз? С чего ты вообще меня так называешь? Я же варвар!

Препирательство не помешало Гансу выполнить мою просьбу.

— А, может, ещё одно подземелье зачистим?

— Нет, друг мой Коэн-Варвар, надо сбыть добытое и передохнуть. Я ещё дочке позвонить должен.

— Хорошо. Но ты всё равно коверкаешь имя моего игрового персонажа. Он же Конан! — не унимался профессор.

— На Конана он совсем не похож, особенно в твоём исполнении. Вот на Чингиза Коэна ты похож. Вы оба.

Пошутил я слегка обидно с одной стороны, с другой — известный персонаж британского писателя является настоящим героем, так что я ещё и комплемент сделал. Но Ганс этого не понял.

— Эх, — вздохнул, — классику знать надо. И вообще, ты не должен обижаться, Ганс! Ты взял себе варвара, должен быть брутальным вонючим мужиком без излишних сомнений.

— С чего это? Зачем сразу по внешности судить?

— Потому что мы сейчас говорим про канонические образы, а не реальных людей. Подсознательно мы хорошо понимаем, что каждый персонаж из себя представляет. Если бы ты хотел быть благородным Зигфридом, тебе стоило бы взять паладина, а не варвара.

Штильнец что-то недовольно сказал сам себе на немецком, а потом пояснил мне на великом и могучем:

— Это всё твой взгляд как психолога. Ты можешь пытаться увидеть то, чего нет.

— Ещё скажи, что ты ни о чём не хотел со мной пообщаться. Просто так согласился поиграть, никогда до этого не увлекаясь?

Не сразу, но профессор ответил согласием.

— Ты прав, Галактион. Игра вышла приятным дополнением. Я же…

— Ганс, ты сейчас варвар, попробуй немного представить себя в теле здоровенного сильного мужика. Руби как есть, тем более я уже догадываюсь, что речь пойдёт о бабах.

— О женщинах, Галактион.

— Будь Конаном, мужик! Будем говорить о бабах и их сиськах! Давай! Скажи: «Сиськи!».

— Лучше бы я этот разговор не начинал, — устало ответил Ганс.

— Ладно, шучу я. Так что там у тебя с той лаборанткой?

Ганса Штильнеца я знаю уже давно. Добавление щепотки пошлости перед нормальным диалогом в его случае должно сыграть положительную роль. Он расслабляется при понижении агрессии.

— Я принёс цветы, как ты говорил, хотя до сих пор не понимаю, зачем это было нужно.

— Уверен, твои анализы уже готовы и ты окончательно оформился в исследовательском комплексе.

— Верно, — подтвердил собеседник.

— А свидание было или будет просто приятным дополнением, — соврал я, зная, что всё наоборот.

— Ты знал, что так будет. Поэтому я хочу у тебя спросить. Что мне вообще делать завтра?

Ага, значит свидание только будет.

— Ты же уже не мальчик, Ганс, ты был в отношениях… Когда?

— Пять лет назад.

— Вот. Если твои атеросклеротические новообразования ещё не устроили пикет у входа в головной мозг, то ты должен помнить, как разговаривать с людьми.

— Но ведь она женщина! — возмутился далеко не пожилой ещё профессор.