Звук барабана сделался громче. Он доносился из здания с вытянутым вверх округлым куполом. Огненные руны на его стенах указывали, что это храм, расположенный на месте природного источника силы. Я ещё рассматривала древние письмена, когда храм содрогнулся, а его стены начали складываться подобно карточному домику. Как только здание рухнуло, я увидела в центре провала чёрное окно формирующегося портала.

Она вышла из него первая, высокая фигуристая женщина с прекрасным, но злым лицом — богиня другого мира, несмотря на красоту, выглядевшая пугающе. Уж больно хищно она кривила алый рот, её цепкий взгляд осматривал город в поисках цели. Найдя её, она удовлетворённо кивнула, и тогда портал за её спиной расширился, выпуская закованных в чёрную броню исполинов. Это были мрачные суровые воины с бронзовой кожей, так не похожей на поцелованных солнцем саламандр. Чужаки вышли и остановились в ожидании приказа своей госпожи. А к разрушенному храму уже бежали жители города.

Первыми рядом с порталом очутились мужчины и женщины в золотом. Или они уже и раньше были здесь? Жрецы павшего храма, сумевшие спастись, взяли прибывших в кольцо, но не нападали первыми. Саламандры ещё надеялись, что гости не принесут зло в их город.

Богиня двинулась навстречу жрецам, полы её длинного платья стелились по земле точно дым, то уплотняясь до иссиня-черного, то делаясь полупрозрачными. Длинные тёмные волосы женщины развевались, словно в них жил ветер. Ещё шаг — и она замерла, с оценивающим интересом рассматривая жреца. Губы богини изогнулись в одобрительной усмешке, и мужчина захрипел, упав на колени, а его лицо, руки и золотая одежда окрасились в багряный.

И это было только начало.

Следом погибли и остальные жрецы и жрицы, их кровь пролилась на землю, собираясь в тонкие ручейки, устремляющиеся к порталу. Чёрный провал портала расширился, надуваясь, точно огромный пузырь, в глубине которого скалились неведомые этому миру твари, так похожие на порождения кошмара.

Женщина вскинула руки, и ночной ужас стал явью. Из глубины портала выбралось нечто спрутообразное, самое порождение ужаса и тьмы. Несколько десятков щупалец заскользили по земле в поисках добычи. Они хватали всех, до кого могли дотянуться, и волокли по земле к чёрному порталу.

Золотой город саламандр погрузился во Тьму. Небо над ним потемнело, а в воздухе был разлит удушающий запах крови. Чей-то надрывный крик резанул по ушам:

— Демоны пришли. Демоны!

Саламандры боролись до последнего. Среди них были крепкие воины, но и они пали под ударами изогнутых клинков, а кровь стала топливом для дальнейшего открытия портала. Когда саламандры поняли, что надо бежать, щупальца спрутообразной твари заскользили дальше, выискивая жертв в глубине города. Два извивающихся отростка проползли рядом со мной, но не тронули, стремясь ухватить более выгодную добычу. Они побрезговали тощей девчонкой, оказавшейся у них на пути.

И тогда я увидела его. Юного воина, в чьих чертах угадывалось лицо уже взрослого мужчины. Он выдернул клинки из тела павшего саламандра, перепрыгнул через него и устремился ко мне. Я, или, быть может, Изер-Хан, зажмурилась в ожидании удара, но его не последовало.

— Уходи. Спасайся! — отрывисто приказал он.

И следом раздался низкий грудной голос его владычицы:

— Льен, любовь моя, приведи ко мне девчонку.

Демон медленно повернулся к женщине, чей наряд давно сделался кроваво-красным. Она стояла перед порталом, а босые ступни утопали в крови, собранной из тел жертв.

— Нет.

Женщина недоумённо нахмурилась, словно не веря, что расслышала ответ своего любовника.

— Ты мне отказываешь? Льен, глупый мальчишка. Этот город и его золотые дети обречены. Мне нужна их кровь, их огненная магия сделает проход нерушимым.

— А потом через него пройдут низшие и превратят этот мир в подобие Бездны. Вы говорили, что это шанс для ваших детей…

— Вы все мои дети и заслуживаете лучшей участи! — визгливо воскликнула богиня. — Приведи девчонку! Сейчас же! Или умрёшь!

— Нет, — тихо, но твёрдо произнес демон, а потом вдруг стремительно обернулся, подхватил меня на руки и побежал.

Мир вокруг взорвался ослепительными вспышками. Перед глазами промелькнули всполохи огненной стены, выставленной отступающими саламандрами. Демон решительно рванул сквозь неё и очутился среди испуганных мужчин и женщин. Спустя мгновение выражение их лиц сделалось злым, а в подрагивающих от ненависти руках вспыхнули огненные шары. Демон находился в окружении врагов, но его это ничуть не смущало, он передал меня в руки саламандры и тихо произнёс:

— Убьёте меня — и будете обречены.

— Кто ты? Что тебе нужно? — спросила она.

— Неверный вопрос. Вам следует интересоваться, что нужно ей. — Лёгкий кивок в сторону огненной стены, через которую уже лезли извивающиеся чёрные щупальца.

— И ты знаешь?

— Думал, что знаю. Теперь нет. В любом случае нам всем пора выбираться.

Ответа саламандр я не расслышала, потому что стена, выставленная ими, взорвалась, снесённая Тьмой.

Золотой город был обречён.

Тьма уничтожила Великую пустыню, превратив в безжизненные пески. Она забрала жизнь, наполнявшую это место, использовав как энергию для открытия портала в Бездну. Всё это я знала и раньше, как и то, что лорд Льен сыграл решающую роль в борьбе с богиней Тьмы. И всё-таки воспоминания мистрессы Изер-Хан приоткрыли занавес над событиями, давно обросшими легендами. Лорд Льен ступил в наш мир как захватчик, а потом сделал всё для его спасения.

Мне удалось создать иллюзию для Изер-Хан. Теперь я сидела на мягком мхе, подпирала спиной пальму и любовалась убегающими вдаль улочками Затерянного города. Жаль, что мастер Ар-Хан не выбрал комнату побольше, тогда бы он смог прогуляться по иллюзорному городу, а так лишь сделал с десяток шагов и упёрся в невидимую стену. Впрочем, вряд ли это его особо расстроило.

Я с завистью посмотрела на пару, сидящую на бортике бассейна. Мастер Ар-Хан слушал свою бабушку с выражением такого бесконечного восторга, что я чувствовала себя лишней. Связь этих двоих была настолько сильной, что мне стало горько.

А ещё мне было страшно.

Когда я очнулась от путешествия в мир грёз, мистресса Изер-Хан не дышала, зато в моих руках лежала прозрачная сфера, внутри которой плескалась самая суть огненной саламандры. Я сжала её с такой силой, что стекло лопнуло, и жизненная сила устремилась к той, чьё сердце уже успело остановиться. Мастер Ар-Хан так и не понял, что произошло с его бабушкой, а вот Изер-Хан знала это точно.

— Жизнь отнимающая… — с благоговением произнесла она. — Ахар’Тенон. Ночная фурия.

Эти слова до сих пор звучали в моих ушах, заставляя цепенеть от ужаса.

В академию мы вернулись после заката. Мастер Ар-Хан был молчалив. Саламандер пытался осмыслить увиденное. Путешествие в прошлое изменило бабушку Изер-Хан, внешне она осталась той же сморщенной старушкой с золотой кожей, однако при взгляде на неё у меня больше не возникало ощущения, что она вот-вот отправится за Грань. На прощание саламандра сняла с шеи амулет иллюзий и вручила со словами, что он поможет мне обмануть кошмары.

Очутившись в своей комнате, я долго рассматривала плоский камушек, а потом всё-таки не выдержала и подошла к зеркалу. Соблазн увидеть себя прежнюю был таким сильным, что я надела амулет на шею.

— Динара… Элена?! Вот Тьма! — смачно выругался Элмар, когда я сняла камень иллюзий. — На мгновение показалось, что у тебя получилось.

Я спрятала амулет в карман и только тогда заметила Икара, замершего у входа.

— Да, на самом деле я тёмненькая, — буркнула я.

«И кругленькая…» — добавила уже мысленно.

Но если кто-то что-то ляпнет на этот счёт, пусть пеняет на себя!

— Динара, а ты не пыталась снять иллюзию с нашего заколдованного принца? — лениво вопросил Элмар.

Икар от такого обращения сначала вздрогнул, а теперь хмуро смотрел на боевика. И да, гхаров напарник испытывал от этого удовольствие. Ему нравилось задирать Икара. Вот и что он к нему прицепился? Неужели не видел, что парню и так несладко? Как выяснилось, что Икар принц светлых, Элмар словно с цепи сорвался. Да какая ему разница? Неужели так нравилось быть единственным принцем на сотни миль вокруг? Бред же!