— Красавчик, а в чём подвох?

Сабатини: Ну скажем так… О происхождении лучше не спрашивать. И не распространяться даже в нашем кругу общения.

— То есть оно ещё более нелегальное, чем обычно? Мне стоит опасаться?

Сабатини: Детка, я не берусь ни за что, связанное с мокрым. Большего сказать не могу.

Я подумала-подумала и решила, что со всеми моими махинациями происхождение органов – наименьшая из проблем. Ещё раз вгляделась в фотки и тут же задалась вопросом:

— Слушай… а как же их хранить?

Сабатини: В холодильнике, детка.

— Это шутка, да?

Сабатини: Да не, серьёзно. Их в контейнерах продают, но сам контейнер лучше всё равно запихать в холод, чтобы заряд дольше продержался.

Я представила себе, как открываю холодильник, а у меня там творожок, супчик с лапшой и человеческая печень в коробочке. Брррр…

— В обычное отделение или в морозилку?

Сабатини: В морозилку.

Воображение не успокаивалось: пельмени, овощная смесь и почки…

— Прекрасное зрелище, конечно. Дай мне минутку подумать.

Подумать… Ага, скорее, счёт проверить. Вот же ж… надо было не устраивать шпионские игрища, а отправить идеи по ресепу от своего имени. Может, премию бы дали. Хотя как бы я объяснила происхождение записей? Но премия за второй склад ещё не пришла! В «ЭкзоТехе» была возможность забрать зарплату пораньше, хотя раньше я старалась ей не пользоваться, дабы не спустить на ерунду. Но даже с учётом этой возможности мне сейчас хватало только на первые три пункта. Желудок – уже за гранью моих финансов. Да и то останусь я с парочкой килосов на кофе.

— Красавчик, а долго твоё предложение действует?

Сабатини: Ты думаешь, по таким ценам товары залежатся?

— А придержать для такой красотки?

Сабатини: Детка, я бы с радостью, но именно этот товар надо сбыть как можно скорее. Именно поэтому и цены такие.

Я понимала, что он прав, что несмотря на милый флирт у нас чисто деловые отношения, но всё равно стало немного неприятно. Эх, не стать мне и в этой жизни роковой женщиной, ради которой мужчины рискуют свободой, жизнью и баблом…

Может, запросить в бухгалтерии зарплату за следующий месяц?

Скрепыш: Не жадничай. И не влезай в долги. У тебя всё время мира. Ещё не факт, что этот не-мокрый товар нормального качества.

— Кстати, да, надо уточнить.

Я задала этот вопрос Сабатини, тот принялся клясться, что всё на высшем уровне.

Стало ещё обиднее. Пашешь-пашешь, а желудок честной девушке не купить… Что-то кстати давно у меня подработок с наймом Сень не было… Да и нагибковский левак почти весь ушел…

— Ладно, беру печень, селезёнку и почки.

Сабатини: А желудок?

Я прислала ему стикер, где симпатичная крыска выворачивает пустые карманы.

Сабатини: А занять? Знаю парочку бабаев.

Ага, которые процент дерут такой, что дороже, чем в официальных магазинах, выйдет. Да и кто сказал, что Рогозин и правда даст премию? Высокое начальство запросто и «забыть» может.

— Печень, селезёнку и почки.

Сабатини: Где твой авантюризм?

Где-где, на том операционном столе отрезали.

Тут я задумалась. А ведь новая жизнь у меня получилась куда более криминальная, чем прежняя, где я даже каким-нибудь административным штрафом похвастаться не могла. Но связываться с ростовщиками и ссудами, особенно у криминальных ростовщиков, я не собиралась ни при каких обстоятельствах.

— Печень, селезёнку и почки.

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Отправляя письмо, Саша попросил подтвердить его получение. Обычно большие начальники игнорируют такие мелочи. С другой стороны, сам Рогозин тоже не мальчик на побегушках, поэтому шанс дождаться ответа всё же имелся.

Первым пришло сообщение от Нечаева Афанасия Валерьяновича. Сначала Саша обрадовался, но потом сообразил, что за прошедшие несколько минут тот не успел бы ознакомиться с отчётом. К тому же этот гендир постоянно разъезжал по каким-то конференциям и прочим непонятным мероприятиям. Сейчас тоже отсутствовал. Рогозин сомневался, что при таком рабочем графике он как-то серьёзно влиял на внутреннюю работу компании.

«Ваше письмо было получено. Ему присвоен статус важного. Комсдарь Нечаев ознакомится с ним в установленном для этого типа сообщений порядке. Время ожидания – 5-10 дней».

Рогозин искренне восхитился. Этак изящно его на хрен давно не посылали.

Через полчаса пришёл ответ от того гендиректора, который часто оказывался на рабочем месте, в отличии от двух других. Но Саше как-то не довелось с ним так толком пообщаться.

Ответ поражал лаконичностью: «Получено». Рогозин какое-то время раздумывал, это всё тот же посыл на хрен или всё же отчёт изучат?

Уже к вечеру отписался и Никола: «Это что? Я сегодня в клубе до ночи. Приходи».

Саша несколько минут помедитировал на это послание и подумал: «А почему бы и нет?» Так что после работы заскочил домой, оделся помажористей и вызвал такси.

— К «Барину» на Аллее.

— Долго ли нам ехать, дейсдарь? – уточнил Саша у таксиста.

Летающая машинка вид имела вполне приличный, а вот её водитель более всего походил на ушлого торговца и доверия не внушал. Впрочем, Рогозин по этому поводу не переживал: такси было вызвано официально, через приложение. Наоборот, жуликоватому виду мужичка он даже обрадовался: такие обычно всё про всех знают.

— Минут за десять будем, комсдарь. Первый раз туда?

— Да вот приятель пригласил, — почти не соврал Саша. – А что люди говорят, хорошее заведение?

— Врать не буду, сам не был, — охотно поддержал разговор водитель, — но народ туда приличный катается.

— Прям-таки приличный? И что, аншлаги у них? – делано не поверил Розга.

— Не, толпа только, когда концерты, — таксист, заметив красный светофор, перед которым выстроилась колонна машин, ловко свернул в переулок, не переставая болтать. — Тогда ломятся все подряд. Только успевай туда-сюда ездить. Даже бывает из космопорта забираю и сразу туда.

— Это что же за концерты популярные? – удивился Рогозин.

— Ну так эти, рокерские.

— Рокерские? – совсем опешил Саша.

— Ага, в «Барин» разные старые группы зовут. Даже те, что распались. И те даже приезжают, дают концерты, — улицы за окном становились всё темнее и безлюднее. — Народ, кто постарше, валом валит. Молодость вспоминают.

— Это какие же, например? – Розга с некоторым недоумением смотрел на появившийся словно из ниоткуда почти не освещённый парк.

— Да их разве упомнишь все… — водитель крутанул руль, и машинка свернула прямо в парк. Оказалось, что его прорезает вполне себе обычная дорога, хоть и совершенно пустынная. – О, братан мой хотел сходить на этих… как их… «Гори, гора»… или «Топи, тайга»…

— «Круши, гроза»? – догадался Саша, осматриваясь. Хорошее место, чтобы прикопать тело.

— Точно! Они! – таксист вдруг начал притормаживать.

Розга откровенно напрягся. В этом месте ни парк, ни дорога не освещались от слова совсем. Вот же ж… а у него из защиты только болтливый язык. Да, Розга, это промах. Как-то он не подумал, что визит в клуб мог обернуться нападением. Выходит, Никола решил его убрать? Или не Никола? Кто ещё знал, куда он сегодня собрался? Вроде бы никому не говорил… Впрочем, могли просто мониторить вызов такси с его координат. В любом случае стоит улучить момент и вырубить водилу, пока тот не достал оружие, а потом самому перелезть за руль и по газам — мало ли кто тут ещё в лесочке прячется…

— Не люблю здесь ездить вечерами, — вдруг пояснил водитель. – Обязательно какая-нибудь животина из одной части парка в другую попрётся. И всегда вот тут! Во! Во! Смотрите!

Тут и Саша увидел стоящее на дороге животное, больше всего похожее на лису, но со слишком коротким хвостом и куда выше. В свете фар его глаза светились зелёными фонариками.