Рассчитывал на незначительную занятость помещений в такое время и оказался прав. Вот на что не рассчитывал, так это встретить тут Ганса со Светой.

Определённо, если Штильнец является агентом разведки, то внедрился он очень глубоко. Глубоко в толстое тело лысоватого профессора Химии, которое зефиркой на ножках сейчас размеренно вышагивало по беговой дорожке.

Ох, не зря всё же волей случая я обратил на него внимание молодой сотрудницы лаборатории. Эта особа, кстати, на такой же дорожке справа от Ганса весьма бодро наматывала километраж. Фигурка у Давыдовой была хороша, это я отметил ещё на вечере выходного дня, когда превратил дружеские посиделки в студенческую тусовку. До идеальных пропорций, конечно, было далеко, но всё было при ней, а лишнего практически не наблюдалось.

— Привет, ребята! Неожиданно приятно вас тут увидеть!

Подошёл я сбоку, потому сразу меня не заметили.

— Галактион… добрый… день… — хватая ртом воздух, проговорил мой товарищ.

— Привет, возмутитель спокойствия!

Светлана поздоровалась, только повернув голову чрез плечо. По интонации и выражению лица можно было понять, что злости ко мне она не испытывает. Я ожидал проблем, но хорошо, что их не было.

— Не буду мешать вашей тренировке. Самому надо готовиться. Вы же помните, что у меня впереди ещё один бой?

— Конечно помним, Галактион, — не поворачиваясь ответила подруга друга, — обязательно придём.

— Замечательно!

Хорошо, что она не поворачивалась, а то я залип на её прыгающую грудь. Кажется, она специально не упаковала её как положено, чтобы мужиков вокруг дразнить. Зараза.

Благо мне было чем заняться, кроме как пялиться на чужих баб. Кира оставила мне подробный план занятия. Для этого даже временной интервал расписала: сколько времени на разминку, физические упражнения, отработка ударной техники, движений ног с расстеленной на полу лесенкой.

С отсечкой временных интервалов помогала Ви. И должен признаться, что программу Кира мне расписала плотную: устал уже к середине занятия прилично, а времени на отдых давалось совсем мало.

— Устал, массовик-затейник? — прошептала мне на ухо Светлана.

Я как раз сидел и отдыхал, когда на мою спину навалилось мягкое, а спереди в кольцо взяли руки, надавив на грудь

— А ты совсем на меня не в обиде, как я посмотрю, — немного повернул голову, чтобы краем глаза её видеть.

— Когда увидела эту циганку…

— Она индианка, — поправил прилипшую барышню.

— … а пофиг. Вот тогда хотелось тебе что-то открутить, но Ганс меня успокоил.

— Тогда ты перепутала мужика, к которому стоит прижиматься.

— А тебе неприятно?

— Тут вопрос не про меня, а про нашего общего друга.

— Гансик не ревнивый. К тому же вы друзья! — она сжала меня в совсем недружеских объятьях, — вокруг тебя вообще гарем ходит. Почему я не могу выказать симпатию ещё одному мужчине?

— Действительно…

Ви для меня просигнализировала гонгом о начале следующего упражнения. Свою мысль, что действительно я не представляю себе целесообразность подобного поведения в её случае, я уже не успел сформулировать.

— Пора мне продолжать, — вместо этого сказал Светлане.

— Конечно, — она расцепила руки, — увидимся ещё. В гости как-нибудь пригласим.

— Замечательно. До встречи!

Поведение Давыдовой меня всё же смутило. Необычно и, откровенно говоря, будоражит. Хорошо что в процессе выполнения спортивных упражнений концентрироваться приходится на деле.

Ребята ушли раньше меня, я из зала выполз спустя ещё час. Определённо интенсив удался, сил делать ужин сегодня не было, а есть хотелось. Причём хотелось чего-то не очень здорового. Созвонился с дочкой, выяснил, что она дома и тоже ничего не ела, и предложил заказать пиццу. Ответ получил утвердительный, потому сделал заказ и отправился домой.

Как-то не сговариваясь, с Яной мы решили уничтожать любимое блюда черепашек-ниндзя по время просмотра кино. Не особо при этом разговаривали. Мне, конечно, было интересно, что там у дочери за отношения с тем парнем, но любопытство пока задавил. Лучше быть деликатным.

— А давай в кино сходим, — предложила вдруг мелкая, — давно мы не смотрели фильм на большом экране. Маму ещё здорово было бы позвать. Понимаю, что на пляж с ней тебе не очень хочется идти, но в кино же нормально?

— Нормально. Можно будет сходить, — согласился, — и маму пригласим. Почему бы и не выбраться.

— Завтра, например? — озадачила меня следующим вопросом дочка.

Я повернулся к ней с удивлённым лицом.

— Ай, забыла, ты же вечерами в будни к бою готовишься…

Воронцова младшая хлопнула ладонью себя по лбу, но при этом так подпрыгнула, что я невольно обратил внимание на новые формы дочери. Без какого-то ненормального подтекста, скорее даже наоборот. Было забавно увидеть в действии её ещё детскую привычку в исполнении уже будучи достаточно зрелой девушкой.

Улыбнулся.

— … тогда давай в субботу. Что скажешь?

— Скажу, что с радостью бы, но мне нельзя выходить в город пока.

— Опять? — она удивилась.

Вот мы и вернулись к вопросу, который удавалось так долго избегать.

— Да.

— Что на этот раз? По барам ты вроде больше не гулял, — на лбу над курносым носиком пролегла складка, — или ночами пока я спала из дома бегал?

— Нее… В этот раз всё из-за романа с подчинённой, которая оказалась изменённой.

Яна собиралась уже откусить от своего куска пиццы, когда замерла с широко открытыми глазами.

— И ты мне ничего не рассказал?

— Мы с мамой подумали, что это не важно, и не стали тебя в это погружать.

Говорил я с совершенно уверенным видом. Как хорошо, когда второго родителя рядом нет! Можно спихнуть часть ответственности. Пускай это не очень честно, но я уверен, Лена уже ни один раз прибегала к подобным средствам в пошлом. Потому и мне не стыдно.

— Мама понятно, но ты! — она воскликнула.

— Люди иногда так делают, — стараясь не выдавать намёк, ответил дочери, — не всё говорят близким.

Она надула губки, но быстро вернула нормально лицо. Выбрала дальнейшую модель поведения.

— Расскажешь? — вкрадчиво проговорила хитрюга.

Ещё и глазки состроила.

— Изуми ты не застала, верно?

— Мама что-то говорила. Японка. Какая у неё фамилия?

— Нарита.

Она уже копалась в телефоне, разыскивая фотографии.

— Па… — потянула голосом дочь.

— Что?

— Как-то не впечатляет, — аккуратно ввернула она своё мнение.

— А ты посмотри фото с конференции «Прорыв».

— Ща… о… ого. А так и не скажешь.

— Вот и я так думал. Правда не долго, потому что на волейбол Изуми прогуливалась в коротких шортах и топе.

— Выходит ты неделю её обхаживал? Что?

На дочь посмотрел с укоризной.

— Яна, что за выражения? За своей аспиранткой я бы не стал ухлёстывать. Я бы попытался её перевести к другому руководителю в таком случае, чтобы не портить ей карьеру.

— Значит она сама? Ну ты даё-ёшь!

— Ой, всё! — изобразил усталый жест.

— А чего тебя наказали? Нельзя на работе шашни крутить?

— У нас странная сейчас ситуация вокруг научного центра и моей работы по изменённым. Церковь пожелала дискредитировать мои выводы, показав на моём же примере, что может мужчина с несколькими феминами строить романтические отношения.

— Тамара, ой, а ещё Кира?

— Верно, — кивнул.

— Ну ва-аще, — она принялась что-то набирать на телефоне.

— Надеюсь, это ты не с подружками обсудить решила? — добавил строгости в голос, — тема не должна покинуть круг своих.

— Не, это я маме пишу свою фэ, что она мне не рассказала.

— Это можно.

Прервались на очередную порцию пиццы.

— Па, я ведь тоже кое-что не рассказала. Меня в кино пригласили.

— Тот парень?

— Да… эй, какой тот?

— Видел тебя сегодня с молодым человеком из зала.

— И ничего не сказал?