— Ещё и что-то вкусненькое будет! — мечтательно пропела мелкая и побежала обниматься с мамой.

Вовремя это она, а то оба могли бы остаться без озвученного вкусненького.

— Как здорово, что вы оба тут! — пропищала младшая Воронцова, крепко прижимая себя к Воронцовой старшей.

Старшая тут же повернула ко мне голову, подбивая новый аргумент к претензии, что кто-то где-то не там ошивается.

— Как у тебя дела, Ян? — решил перевести тему, — чего новенького?

— А чего новенького? — сразу решила отнекиваться считающая себя хитрой сопелка, — Ничего. Всё старенькое.

— Да вы сговорились! — возмутился, — и так утро не из спокойных, а ещё и поговорить по-человечески со мной никто не хочет.

— Неспокойное утро? — следователь товарищ Воронцова сразу отреагировала.

Нож замер в руке на столе, левая рука в бок и взгляд направлен в душу. Не искать там вечную красоту и гармонию, а улавливать малейшую ложь.

— Конечно! Крутят всякими прелестями в кружевном белье да ещё и без должного комплекта.

«Ага! Нас так просто не загнать! Сами виноваты, товарищ капитан!»

Янка с улыбкой на половину лица перевела взгляд от меня к матери.

— Вот как, — спокойно ответила та, — я думала ты меня больше как женщину не воспринимаешь!

Так же спокойно она развернулась назад к столу и продолжила готовку. Выходит, она опять всё в свою сторону вывернула. На мелкую стоит только посмотреть, чтобы увидеть, как та довольна заигрываниям между мамой и мной.

Да уж, тяжёлая артиллерия.

Дальше две эти коварные (да-да, включая мелкую белобрысую клóпу) особы вели разговор буквально ни о чём, в который я не вмешивался. Зато в процессе вся закуска была приготовлена и даже почти съедена.

«Эх, жизнь, в принципе, ничего такая штука!»

Так я решил, когда утолил голод и сидел довольный. Наблюдал, как хлопочет по хозяйству супруга, а дочь, не избалованная за последние годы подобными посиделками, остаётся в нашей компании. Подросла, очевидно. Пару лет назад при любом раскладе убежала бы к себе.

Так прошло ещё полтора часа, в течение которых и мне, наконец дали слово. Пошутил, конечно. Никто мне слова не давал, я сам влез в обсуждение одноклассников Яны ещё по предыдущему месту её учебы. Теперь она будет учиться в школе для детей сотрудников здесь, а до этого где-то рядом с военным городком Валентина.

Моё участие в диалоге приняли бурно, потому что с возмущениями. Да, о сокамерниках, то есть об одноклассниках, дочери я знал только с её же слов, но зато у меня хорошая память. На любые её комментарии касательно отдельных личностей, я приводил контраргументы из её же слов, но двухгодичной, а порой ещё раньше, давности.

В итоге Янка надулась что лягушка и замолчала. Однако вскоре уже о чём-то снова щебетала с мамой.

— Отличное получилось мясо, — похвалил старания жены.

— Спасибо, мне тоже нравится, — она согласилась.

— И картошечка хороша, — причмокнул.

— Согласна. Специально для тебя я её сварила особым образом.

— Правда?

— Да, почистила, налила воды в кастрюлю и посолила.

— Ух, прямо как я люблю!

Мелкая не удержалась от смеха. С громким «пффррр» выдала свои чувства. Хорошо, успела прожевать и не выдала ещё чего вдобавок. Смотрела она на нас влюблёнными глазами.

Охо-хонюшки, в такие моменты пробивает чувство гордости от осознания, что я родитель.

— Пап, мам, а вы поженитесь теперь?

Хотелось воскликнуть: «Теперь — это когда? Я с ней даже не спал!» Но я был дома, а не в окружении студентов, потому сдержал порыв. Вместо этого посмотрел на Лену, а та тоже на меня смотрит, как и Яна. А ещё здоровенный кусок мяса в рот засунула и принялась пережёвывать, чтобы не пришлось отвечать.

«Так и знал, что это была ловушка!»

Вообще, стоит отнестись серьёзно. Возможно, пора прояснить ситуацию и рассказать, что произошло на самом деле.

— Яна, понимаешь, — начал я свою речь, — мы ведь с мамой не просто так разошлись. Маленькой девочке стараешься объяснить просто, но ситуация у нас тогда сложилась не совсем простая.

— Я знаю, — уверено заявила дочь, — мне мама рассказала.

Очень удивился такому бодрому заявлению.

— Что же мама рассказала? — посмотрел на жующую женщину.

— Вы поругались, мама изменила тебе, а потом вы снова поругались, и ты ушёл.

— Коротко, но верно. И тебя ситуация эта не удивляет?

— Понимаю, как тебе было неприятно, но у мамы тогда изменение происходило. Если бы она после него про тебя забыла, тогда было бы всё кончено, конечно.

Договаривать она не стала, потому что во всю осваивала от родительницы искусство недосказанности.

Лена продолжала молча есть. По всем критериям личной оценки, она поступила плохо, что без моего ведома заговорила с дочерью на тему развода. До переезда сюда мы оба эту тему старательно обходили. Только вот сделала она это на благо семьи, даже если семьёй нас нормальной не назовёшь. И никаким образом мне не навредила.

Только подстраховалась, коза, чтобы Янка на её стороне была. Потому что после текущего сближения может последовать охлаждение отношений. А оно не то что может, оно почти точно последует, потому что есть Астра.

— Может, мы кино посмотрим? Вроде удачный вечер. И ты обещал, па, — переключилась на другую тему Яна.

— Вечер действительно удачный, — легко согласился.

Посмотреть что-то было бы как нельзя кстати. Избавиться от водоворота мыслей в голове. Добрались в итоге мы не до одного, а до целых двух больших фильмов. Уже поздним вечером почти заснувшая младшая единица семейства поднялась с моего плеча и решила пойти к себе.

— Мы же сходим на пляж, как планировали? — сонным голосом поинтересовалась она.

Вопрос и Лену заставил занять вертикальное положение, освобождая моё второе плечо.

— Как вернёмся, почему бы и не посетить пляж, — дал согласие дочери, — всё же лето, а я пока ни разу до воды не добирался.

— Хорошо!

Яна нас оставила. Досмотрев фильм, мы отправились спать, потому что до момента отъезда оставалось не так много времени.

Вставать пришлось ранним утром и сразу вызывать такси, чтобы не случилась накладка. Они практически никогда не случались, но лучше всегда подстраховаться. На этот раз полуголого дефиле в программе не присутствовало — всё было деловито расторопно. Лена первой заняла ванную комнату, потому что собираться ей намного дольше моего, а в итоге мы готовы были практически одновременно.

Дорога к аэропорту ничем не запомнилась, как и сам транспортный терминал. Квадратное стеклянное здание, которое не получило никаких бонусов от постройки большого научного центра неподалёку. Главное здание было и без того отремонтировано с учётом роста пассажиропотока. Новые двадцать тысяч жителей (или сколько там сейчас) не сыграли значительной роли.

Прошли регистрацию без проволочек, так же и вылетели. Практически весь полёт прошёл в дрёме с задёрнутыми шторками иллюминаторов, иначе взошедшее солнце нещадно светило в глаза. Только по прибытии я обратил внимание на необычность нашего воздушного судна.

— Как-то не солидно мы смотримся на таком малыше среди огромных авиалайнеров, — обратился к Лене, когда мы сошли с трапа и направились к входу в терминал.

Самолёт наш был рассчитан на сотню мест, поэтому через рукав сразу в здание выход не был предусмотрен. Вокруг же было полно бортов на двести и триста пассажиров.

— Потому что к этому терминалу мы и не должны были прибыть. Все рейсы на Астрахань и обратно в другой аэропорт направляются.

— Как удачно нас сюда подбросили! Иначе бы пришлось через весь город с чемоданами переться.

— Очень удачный рейс, согласна. Всего один такой за все пять лет, что я летала.

— Хм.

Такое необычное совпадение, очевидно, не совпадение. В чём мы убедились, как только прошли в зал. Людей тут было много, несмотря на раннее утро — все хотят куда-то полететь.