Мне столько раз намекали, что я не понимала, что значит быть леди Сумеречья, однако в Школе Тёмных я познакомилась не только с человеческими чёрными магами. Помимо дроу и демонов, в ней обучались несколько низших созданий Бездны, к коим относились тёмные дриады, сатиры и серые архи. Так вот, у этих существ не было постоянного дома, их семьи кочевали по всему Альянсу, но почему-то так и не решились осесть в Сумеречье. Их там не ждали. Ночные фурии объявили этот край своим домом. Так, может, пришла пора им немного подвинуться?

И для этих целей мне нужна была единомышленница. У Бриты Айтрос имелась масса недостатков, но одно я знала точно: она любила Сумеречье и была обижена на клан, который так и не протянул ей с Брандом руку помощи. В противном случае кузены никогда не связались бы с человеческим чёрным магом.

— Если я приму твоё предложение, что от меня потребуется?

— Связующая клятва. Ты признаешь меня своей госпожой. — В этот момент тело Верисы снова дёрнулось, в её горле что-то забулькало, а изо рта потекла кровь. — Тебе придётся покинуть тело Верисы Войской. Если девушка умрёт — сделка отменяется. Ты сама знаешь, что её время на исходе. Так что ты выбираешь?

Брита думала недолго, не прошло и пары секунд, как она оставила тело сестры Георга. Элмар сразу же взял инициативу в свои руки и сумел обратить вспять ритуал Аруны Ильсер. Он вернул душу Верисы, а потом спальню лорда Льена наводнили маги в хламидах тёмных целителей. Впрочем, мне было не до них, я скрупулёзно объясняла Брите, что такое в моем понимании абсолютная клятва. Да, я желала быть уверенной, что кузина не нанесёт мне удар в спину. Конечно, Брита была в ярости. Она обзывала меня обманщицей и жалела, что освободила тело Верисы. Потом кузина осознала, что деваться ей особо некуда. Вот как почувствовала зов собственных останков, запертых где-то в тайнике Аруны Ильсер, так и перестала истерить. Так что клятву она дала очень шустро, ещё и меня подгоняла. Как только лорд Льен подтвердил, что Брита теперь принадлежит мне, я отослала её в Карагат. Конечно, кузина предпочла бы вернуться в Сумеречье, но я пожалела обитателей замка. Что-то мне подсказывало, что Брита будет не самым лояльным и мягким хранителем твердыни Сатор.

— Адептка Сатор…

Мягкий, вкрадчивый голос нашего главнокомандующего прервал мои размышления. Целители и Элмар занимались Верисой, ребята отпаивали Войского вином из личных запасов лорда Льена. Я же на некоторое время осталась предоставлена сама себе, минуты на три-четыре от силы, но лучше, чем ничего.

— Слушаю вас, лорд Льен. — Я повернулась к главнокомандующему.

— Вы озвучили интересные планы насчет Сумеречья.

— Они вам не нравятся?

— Я этого не говорил. Меня волнует другое. Вы поставили перед собой задачи, которые не решить в ближайшую сотню лет. Корона империи столько ждать не будет.

— У императора Аргамата отменное здоровье, — слабо пролепетала я, только начиная осознавать, чем для меня обернётся брак с Элмаром. То-то его на кашель пробило, когда я торговалась с Бритой.

Аруна Ильсер предстала перед Советом Тёмных по обвинению в нападении на наследного принца. В этот раз доказать её связь с кузенами было очень просто. Это только смертельное проклятие действует считаные минуты, а после передачи силы рассеивается без остатка. После ритуала вселения Аруна помогала Брите адаптироваться в теле Верисы и делилась с ней силой, но Совет Тёмных в первую очередь заинтересовала передача силы чёрному магу Бранду. Аруна надеялась заиметь верного и сильного слугу, а тот так бездарно растратил свои возможности, когда атаковал нас с Элмаром.

Совет Тёмных вынес приговор Бранду за покушение на наследного принца. Элмар утверждал, что всё произошло быстро и сила Бранда развеялась в воздухе, никто из членов совета не пожелал принять Тьму предателя. Жалкие лицемеры! Если бы замысел Аруны увенчался успехом, Совет Тёмных поддержал бы и её, и Орина.

Аруна Ильсер сильно просчиталась, когда связалась с моими кузенами. Она хотела использовать их ненависть ко мне, а на самом деле ее подвели собственные эмоции. Об исключении Аруны из Совета Тёмных я узнала также от Элмара, тот вскользь обронил, что её ждал ритуал изъятия Тьмы. Бывшую фаворитку императора было решено ослабить, чтобы её больше не тянуло разбрасываться силой. Но беспокоило меня не это. Элмар просил разыскать Орина в Школе Тёмных. Тот перестал отвечать на письма, и Элмар очень переживал.

Иллюзионист заметит другого иллюзиониста, где бы тот ни скрывался. Я отследила Орина по его магии, поэтому и вошла в пустую с виду аудиторию, а вот к атаке оказалась не готова. Это было ощущение попадания под воду, быстрое и внезапное, воздух разом вышибло из лёгких, а перед глазами появилась мутно-зелёная пелена. В первые секунды я почувствовала, каково быть утопающим, а потом сработал отточенный до совершенства рефлекс поиска иллюзии. Отец научил меня распознавать и блокировать иллюзорные атаки. Он сам нападал всегда внезапно, особенно любил нападать на меня спящую, но результат того стоил. Теперь я сидела на полу аудитории и поспешно возводила щит, сотканный из Тьмы, чтобы не дать противнику нанести основной удар тёмной магией.

— Расслабься, Сатор. Это было всего лишь предупреждение. Захоти я тебя грохнуть, то сделал бы это, пока ты изображала выброшенную на берег пучеглазую рыбину.

— Ты мог бы попытаться. — Я уже нашла маскировочную иллюзию Орина и развеяла её.

Парень сидел на преподавательском столе и даже не пытался мне помешать. У него был вид растрёпанного ворона: тёмные волосы торчали, под глазами залегли круги, да и общий вид был болезненный.

— Элмар уговорил отца не казнить мою мать. Наверное, я должен испытывать благодарность, — сипло объявил он.

— Но не выходит? — Я поднялась с пола и поспешно возвела ещё один скрывающий полог. Теперь любой незваный гость увидел бы лишь пустую аудиторию.

— У матери отнимут силу. Вызовут твоих сородичей из Сумеречья или ещё кого и выкачают её магию. Оставят лишь то, что ей было дано при рождении.

— Это не так плохо. По крайней мере, Аруна Ильсер останется жива.

— Конечно. Это же самое главное. — Из горла Орина вырвался горький смех. — Она потеряла всё: место в Совете, положение в обществе…

— Она хотела убить твоего брата, чтобы посадить тебя на трон.

— Ты веришь, что, очутившись в изгнании, Аруна Ильсер угомонится? Она сплетёт новый заговор, это лишь дело времени, но в этот раз лорд Льен доведёт начатое до конца.

— Ты говорил с наставником?

— Он был предельно прямолинеен. Я должен исчезнуть, Элена. Только очутившись за пределами Тёмного Альянса, я смогу спасти мать.

— Ты дорог Элмару, Орин. Если ты исчезнешь без предупреждения, он не успокоится, пока тебя не отыщет.

— Думаешь, меня волнует только это? — Орин печально качнул головой. — Я хочу вернуться в Ар'Лейн, но лорд Льен выследит меня, как только я покину стены Школы Тёмных. Где бы я ни очутился, моя Тьма приведёт его ко мне. Элена Сатор, мне нужна твоя помощь.

— Ты хочешь, чтобы я организовала побег? Прикрыла иллюзией? Нет? Тогда что?

— Ты дочь своего отца и знаешь, чего я хочу, — последовало предельно спокойное в ответ. — Чтобы лорд Льен оставил меня в покое, я должен измениться. Навсегда.

Орин хотел отдать мне свою силу. Осознание этого повергло меня в шок. Нет, я знала о ритуале добровольной передачи Тьмы, когда отказавшийся от неё оставался жив, но всё равно не могла спрогнозировать последствия для Орина. Ведь даже моя мать, когда передала свою силу Ионар…

Парень поднял со стола книгу и протянул её мне:

— «Тёмные ритуалы», из личной коллекции лорда Льена. В его доме недавно пополнилась библиотека. — Губы Орина искривились в жёсткой усмешке. — Ты же понимаешь…

Библиотека Талингара! Так всё-таки она не была уничтожена чёрным огнём. Я не ошиблась, когда сочла, что лорд Льен прибрал её к рукам.