Я попереключалась между окнами планировщика и сводки. А что если?..

— Са-аш, слушай, а давай юмруков обучим лавкузеры не в гараже собирать, а в «КвантумМехе»? Тогда и их выгонять не придётся, и часть простаивающих мощностей задействуем.

Рогозин поболтал во рту отхлебнутый кофе и с удовольствием проглотил.

— Это придётся им делать нормальные визы, иначе незаконно.

— Ну что нам, не сделают, что ли? Попросим товарища генерала составить протекцию.

Саша полистал свой собственный планировщик.

— Вот что я скажу тебе, дорогая. Если хочешь гемороиться — флаг тебе в руки. А то ж у тебя заняться нечем, как я погляжу.

Свой список текущих задач я ещё не открывала, и знала, что там пожар на пожаре и мигающие, прыгающие красные буквы с эффектом скримера, но что делать… Нельзя же только пожары тушить, надо хоть иногда и о будущем думать. И отправила идею с юмруками в список задач. Ничего, я тут и не такое вывозила.

Скрепыш свернул свою «газету» и сделал вид, что потягивается.

— Ладно, вы как хотите, а я пошёл на работу. Дел полно.

Мы все втроём похихикали.

Поскольку Ирочка больше не управляла производством, её должность пустовала. Из замов никто не вызвался, а человека со стороны брать было страшновато. При этом даже без начальника эта часть «ЭкзоТеха» работала без нареканий. Я всё понять не могла: это Ермолаева такой гений и всё так круто там организовала, или же наоборот, оно и без неё прекрасно справлялось, а она просто не лезла? Как бы там ни было, для сбора отчётности мне всё же там требовался ответственный, и я решила поставить на это место Скрепыша. Ему всё равно надо чем-то свои мощности занимать, а там ему всё родное. Да и доверия Скрепка вызывал, как ни один человек: его директива прямо запрещала ему вредить «ЭкзоТеху» и побуждала работать на благо хозяев с максимальной самоотдачей. Хозяйкой, конечно, была я, но в этом мои цели и цели компании совпадали.

День прошёл штатно: три пожара потушены, четыре загорелись, зато удалось наконец выделить помещение для будущего отдела разработки. Бухгалтерия ещё скрипела, но я видела, что скоро она сдаст позиции…

— Ты готова на выход?

Саша заглянул за мной в конце дня, одетый как-то празднично. Ах ну да, нас же Ермолаев сегодня звал в клуб!

— Секунду, переоденусь! — подскочила я и распахнула шкаф со шмотками на любой случай. После мытарств в разных телах у меня сформировалась потребность всегда держать под рукой полный гардероб, а то мало ли, зачем придётся экстренно перевоплощаться…

Поехали мы в новый Ермолаевский клуб на соседней планете. Он достался Николе нелегко, он несколько недель был так завален, что вообще не отвечал на сообщения, а потом вызвонил Сашу, и они о чём-то целый вечер пили. Саша обещал, что расскажет мне, как только Никола даст добро, но у меня возникло ощущение, что продолжение этой истории мы увидим в следующих сериях.

Клуб оказался шикарным и грандиозным, но это было ожидаемо. А вот неожиданным стало знакомство с новой девушкой Ермолаева.

— Как я теперь человек, свободный от кабалы, — усмехнулся он чуть смущённо, — могу наконец завести нормальные здоровые отношения с нормальной здоровой управляющей моего нового клуба!

Дама улыбалась хищно и целеустремлённо, и я подумала, что Никола верен своему типу. Оставалось надеяться, что эта, хотя бы, не станет скармливать его конкурентам. В «ЭкзоТех» я её точно не пущу!

Ещё неожиданнее оказались гости за столом: Стёпа с Ростиславом — ну, тут я уже привыкла. А вот рядом — Симаков с… Нет, вовсе не с Замышляевой, а с Лёлей! Лёлей с фейскими крылышками! Сам Симаков сидел в гламурно-сияющей борцовке, открывающей вид на татуированные у него на спине… э-э… фейские крылышки! Ясно-понятно, эти двое сошлись на общих интересах!

— Ну что же, — Никола поднял первый тост. По холодному бокалу стекала капелька конденсата, в полутёмном зале играла завораживающая музыка, горели цветные турецкие фонарики… — Давайте выпьем за успешное завершение этой невероятной эпопеи!

— Чтоб нам всегда было так же интересно и никогда — так же бесяче! — подхватила я.

Бокалы зазвенели. Не знаю как концерты, а коктейли в Николином новом клубе были на высоте!

Мой внутренний экран вдруг разразился табличками «Срочное сообщение!» — явно от Скрепки. Я поёжилась: после тоста было как-то жутковато, так что я на всякий случай вывела картинку на всеобщее обозрение, чтобы бояться не одной.

В сообщении открылось видео, судя по надписям и значкам — новостной репортаж из какой-то соседней системы.

— … подавлен мятеж Объединённых корпораций, — вещал репортёр. — Инициаторы задержаны, наёмные войска полностью капитулировали. Генерал Онищенко прокомментировал победу…

Под вещание репортёра камера показывала панораму из дымящихся небоскрёбов. Как-то подозрительно знакомо дымящихся… Тут изображение увеличилось, и на крыше одного из зданий стало ясно видно, даже сквозь языки дыма, колеблющися силуэт маленького паукообразного робота, стоящего в картинной позе и воздевшего над собой большой розовый флаг…

К концу вечера стало ясно, что новый клуб определённо хорош. Мы чудесно провели время: и деликатесов наелись, и попили замечательные коктейли, и натанцевались вволю. Поэтому, когда Никола зазвал нас с Сашей к себе в кабинет, я не ожидала никакого подвоха.

— Ну что, комсдарь и комсдарыня Рогозины, давайте смотреть, что нарыли проверенные спецы Аркадия Петровича, — Ермолаев включил кьюбер, и скоро мы увидели третьего владельца «ЭкзоТеха». Можно сказать, что сейчас в кабинете присутствовал весь совет акционеров. Я даже невольно подумала, что будем обсуждать рабочие вопросы, и, пока мы здоровались, вызвала Скрепку.

Большой экран на стене тоже включился, и на нас взглянула личность, мне доселе неизвестная. Выглядела она как крепкий мужчина с выправкой, колючим взглядом и добродушным лицом. Волосы казались пепельными из-за обильной седины, при этом морщины практически отсутствовали.

— Доброго вечера, Олег Макарович, — в тоне Аркадия Петровича звучало уважение и немалое расположение. — Друзья, Олег Макарович занимался вопросом… м-м… появления Аси и Скрепыша в корпусе робота.

— И готов представить результаты, — приятным низким голосом продолжил Олег Макарович и с интересом посмотрел на меня. По крайней мере, мне так показалось. Изображение нашего собеседника стало меньше и уехало влево, а справа появились сканы каких-то документов.

Саша приобнял меня, и я тут же вцепилась ему в руку, за последние месяцы привыкнув к его поддержке.

— Для начала обозначу, что принцип, положенный в основу операции, в которой пострадала комсдарыня Нагибко, считался перспективным, но недоказанным. Участие в подобном эксперименте могло быть только добровольным, и при этом пациенту должны были рассказать про все возможные риски.

— Ничего такого не говорили! — возмутилась я.

— Именно, — наклонил голову Олег Макарович. — Это доказал суд над организаторами этого эксперимента, угробившего двенадцать человек разом.

— Двенадцать, — оторопело покачал головой Аркадий Петрович. — Но почему разом?

— Каждый запуск экспериментального оборудования обходился очень дорого, — развёл рукам спец. — Запускать его ради одного человека было экономически невыгодноо. Поэтому решено было провестии массовый сеанс. По крайней мере, так на суде говорил главный из этих недоизобретателей. Разумеется, если бы они не пожадничали, такого количества жертв можно было бы избежать, но они были убеждены в успехе. Поэтому и подопытным, уж прошу прощения у комсдарыни за это слово, ничего не говорили, и документы составили абы как Благодаря чему этих вредителей удалось посадить.

Посадить… надеюсь, на пожизненно… хоть и не верю в это. А мои — и не только мои — родные потеряли своих близких! Навсегда!

Саша поглаживал меня по плечу, и от этого становилось чуть легче.

— Компания, которая всё это организовала, вообще была вполне солидной и даже частично государственной корпорацией. Поэтому когда дело раздули, а пылающие гневом родственники подняли шумиху, компания решила их охладить за счёт того, чтобы сохранить тела, благо имела такую возможность.В то время это было весьма дорогим удовольствием, но финансов компании хватило на широкий жест.