Замок на двери квартиры тоже открывался генерируемым куаром. А это означало, что мне стоит обзавестись портативным экраном, пока не спалилась. А ещё что в случае разногласий Скрепка может не пустить меня домой…

Совершенно не знаю почему, но по какой-то причине я представляла себе квартиру Нагибко полной её вещей, одежды, обуви, сувениров из поездок, каких-то мелочей. Будто Нагибко не уехала и не уволилась, а вроде как вышла в магазин. Я и шмотки-то из-за этого заказала только в последний момент. Но жильё, в котором мы со Скрепкой оказались, никак не походило на этот образ: здесь не осталось ничего личного.

Стояла мебель, причём, судя по её схожести с тем, что я видела в лаундж-зонах в офисе, она входила в первичное оснащение квартиры. Но никаких половичков, подушек, вязаных салфеток по дому не валялось, и никакого декора не стояло на столешницах и полках. Я заглянула в шкаф. Там тоже девственная пустота, лишь несколько разнокалиберных дешёвых вешалок, какие часто выдают при покупке одежды. Похлопав ящиками, я таки нашла один комплект постельного белья и халат в вакуумной упаковке. Тоже, наверное, входили в первоначальное оснащение, но Нагибко не понадобились. Как в какой-нибудь гостинице.

Я прошла на кухню. А вот здесь мне понравилось. Во-первых, тут стоял цветок: фиалка с толстыми пушистыми листьями. Кто-то из МАРов её поливал, но выглядела она все равно смурной. Правда, один цветок все же цвёл. Отчаянно фиолетовый с ярко-жёлтыми тычинками. Всегда к такому сочетания была неравнодушна!

Осталась в кухне и посуда, тоже похожая на офисную, но она и там мне нравилась: кружки и тарелки одинаковые, но разных, насыщенных, весёлых цветов. Прелесть. На одной такой я недавно написала несмывающимся маркером: «Телегин – не телега, а осёл», и нарисовала севшего на жопку мультяшного ослика. Весь отдел ржал, только Игорёк наш не вкурил юмора и долго допытывался у народа, кто это сделал, и просматривал видеозаписи. Три раза ха-ха.

Порывшись в кухонных шкафчиках, я нашла там остатки чая, соли и сахара. Эх, а говорят, голова – чтобы в неё есть. Брешут. В мою – нельзя.

Пока.

Самая главная находка обнаружилась в ванной: небольшие остатки шампуней, гелей и мыла. Счастье-то какое! Конечно, полностью купаться мне нельзя, но помыть голову и протереть корпус очень даже не помешает!

Я вскрыла вакуумную упаковку с полотенцем и взялась за дело. Думала, будет сложнее с волосами, ан нет, эта липкая штуковина на них сходила легко.

Прошло не более получаса, как я сидела на кухоньке в чистом белом халате. Рядом на подоконнике стояла политая и нахваленная фиалка. А прямо передо мной исходила паром жёлтая как солнце на детском рисунке кружка с чаем. Да, пить я не могла. Но даже смотреть было приятно. И вдыхать. Моя нынешняя голова прекрасно различала запахи.

Мне кажется, я могла бы просидеть так целую вечность. Как же уютно, как же чудесно. Кусочек мира, который принадлежит только мне. Вот эта солнечная чашка с медово-коричневым чаем и вид за окном – на аллею деревьев, похожих на каштаны, на закруглённый угол соседнего дома, на небо, полное неизвестных мне звёзд, и на тонкий серпик одной из двух лун.

Волшебно.

Мой взгляд лениво ползал по кухне. Вот здесь я расставлю баночки с чаем, когда смогу его пить, а вот на тот крючок повешу полотенчико. Кстати, одежду бы повесить в шкаф, чтобы не помялась, а то у меня скорее всего нет утюга.

Я встала и потянулась, хотя что толку тянуть железку – но всё равно, приятно. Самое главное, я наконец-то одна и могу делать что хочу, не оглядываясь постоянно через плечо. Пошла сняла со стула блузку и юбку и пристроила их на хлипкие плечики, а потом в тот же шкаф засунула коробку с головой. Да, мне надевать её завтра утром, но пускай хоть ночью мне глаза не мозолит.

Ко дну коробки прицепилась какая-то бумажка. Я поднесла её к глазам. Рекламная листовка про сейсмографы. Откуда это? Тут, что ли, валялось? Но нет, листовка яркая, я бы заметила.

Память услужливо подсунула пару кадров, как я ставлю коробку на какой-то ящик на складе “КвантумМеха”, чтобы поправить блузку перед тем, как выходить. А на ящике логотип такой же, как на листовке. Значит, там и прицепилась. Вот только, может, я чего-то не понимаю, но зачем “КванутмМеху” сейсмографы? Они же производят смартвижены, разве нет?

– Скрепка, а мне померещилось, или там на складе рядом с медблоком было какое-то сейсмооборудование?

Скрепыш: Сейсмоприёмники. Там ими всё было завалено. Хм, и правда, странно, это же не их профиль.

Мы оба задумались, но никаких мыслей никому из нас не пришло, так что я просто сунула листовку в шкаф и закрыла дверцы. У меня там чай стынет.

Не знаю, почему, но эта загадка растревожила во мне какое-то неосознанное волнение за “ЭкзоТех”.

Мне нравился «ЭкзоТех». Не тот, каким он стал сейчас, а тот, каким задумывался. Я видела, что те, кто устраивал здесь всё, старался ради людей. Красивые дома, уютные квартиры, всё в них готово, чтобы въехать и жить. И это не говоря о школах, садиках и прочей инфраструктуре. Так же и в офисе – множество удобных кабинетов, мест для совещаний, два больших зала для полных собраний, зоны для отдыха, кухоньки, шикарная территория вокруг, роботы на все случае жизни – всё для тебя, только работай. Все уже привыкли, считали данностью, а для меня эти детали складывалось в очень привлекательную картину.

И кто-то пытался её разрушить. Почему-то именно сегодня мне это казалось просто кощунством. Мне отчаянно захотелось защитить труд того неизвестного, кто это все строил, не дать растащить по кусочку. «ЭкзоТех» этого не заслуживал.

Я потянула носом, вновь ощущая божественный запах чая, подняла чашку и смочила губы в тёплой, ароматной жидкости. Больше нельзя. Но это только пока. Цель – заполучить настоящее тело – стала ещё более манящей. Но, похоже, у меня сейчас появилась ещё одна цель.

***

Выходные я провела продуктивно. Прикупила ещё пару комплектов одежды, отправила Евстигнея на очередную погрузочную халтурку, присмотрела в аукционном каталоге ножки. Но брать пока не стала – для них была указана грузоподъёмность, а я понятия не имела, сколько в целом весят мои разные тела.

Старое, убогое, кубическое, как у человечка из Лего, тело Евстигней унёс из медблока "КвантумМеха" на наш склад, чтобы там припрятать, но я надеялась, что оно мне больше не пригодится. Нынешнее, металлическое, но изящное, с женственными формами, было довольно лёгким, точно легче старого, и я не могла на него нарадоваться. Так и вертелась перед зеркалом то в блузке, то в пиджаке. Даже в моей прежней жизни, полной лишнего веса, у меня не было такого бюста, как у этой железки!

Осталось накопить на реалистичное тело из биоэластена – так назывался материал, из которого делали кожу и мягкие ткани секс-роботов. Конечно, в тушке были и какие-то кости, уж не знаю, из чего, но в каталогах я всё чаще видела просто "биоэластеновый торс" без подробностей.

Ноги же я решила менять в последнюю очередь, когда станет понятно, сколько весит сам торс и хоть примерно – внутренние органы. Их я тоже собиралась покупать, чтобы иметь возможность в дальнейшем пить и есть, да и услышать стук собственного сердца было бы нелишне. И гормоны… Конечно, от них куча проблем, но всю оставшуюся жизнь быть бесчувственной железкой – это как-то печально даже на фоне повышенной стрессоустойчивости.

Однако мои металлические ноги торчали из-под юбки, и посветлу я бы не рискнула так выйти из дома. Размерчик у них был такой, что если надеть поверх ещё и ботинки, я буду выглядеть, как не особо утруждающий себя подбором нарядов клоун. Обдумав проблему так и этак и обыскав маркетплейсы, я наконец нашла решение: чёрная спрей-краска, которая ложится на металл плёнкой вроде жидкого пластыря. Когда понадобится быть роботом, можно ободрать в одно движение, а в остальное время – вроде как футуристичные такие кроссовки из чёрной экокожи. Текстура краски как раз подходила.