– Провальны, – перебил её Саша, кивнул, получив сообщение на вижулик. – Не только бесполезны, но напрямую вредят компании.

– Всё, это невозможно. Я иду к Николе Светозаровичу! Пусть он от вас избавляется, если вы так глупы, что не воспринимаете обычную речь!

– Идите, но сначала заверните в кадры.

– Зачем? – ему удалось её удивить.

– Заберёте приказ об увольнении. У вас всего два выбора: написать по собственному или получить увольнение по причине некомпетентности.

Разблокировка двери: завершено

Глухая стена, к которой я прижималась, бесшумно отъехала в сторону, и я юркнула в какое-то тёмное помещение. Дверь – а, видимо, это была дверь, – закрылась за мной. С этой стороны она была полупрозрачной – я видела свет и размытые пятна коробок на полках.

Тьма вокруг меня замерцала и неохотно сменилась искусственным дневным светом, таким ярким, что мне пришлось убавить экспозицию на сенсорах, чтобы оглядеться.

Кушетка вроде массажной, над ней какой-то пластиковый кожух с лампочками и тумблерами, вокруг неясного назначения аппараты…

– Где это я?..

Скрепыш: В медотсеке складского помещения КвантумМеха.

Я огляделась ещё раз. Ну да, на что-то медицинское похоже. Вспыхнули и угасли вьетнамские флэшбэки – та клиника, с которой всё началось. Но там я и аппаратуру-то не разглядела.

Скрепыш: Ты воду брать собираешься?

Я непонимающе огляделась. Воду? Здесь? Потом дошло: мне же не абы какая вода нужна, а чистая… Проверила инструкцию к смеси, которую можно было найти во внешней сети в общем доступе. Да, разводить дистиллятом. И, конечно, где его и искать, как не в медотсеке. Вот только…

– Ты меня нарочно сюда привёл?

Искин картинно закатил глаза.

Скрепыш: Я зашёл в их локальную сеть, как только из неё стали транслироваться команды погрузчикам. Там я нашёл карту этого склада. И пока ты щёлкала лицом, подобрал код открывания этой двери, чтобы тебе было где спрятаться. А теперь разуй глаза и заметь уже наконец канистры с надписью "Дистиллированная вода стерильная"!

Я послушно сфокусировала зрение на окружающей действительности – и точно, в углу, за одним из аппаратов стояло штук пять пластиковых бутылок литров по семь с этой самой надписью на этикетке.

– И что, мне можно их просто так взять?

Искин пожал плечами.

Скрепыш: Это чужая собственность, по ней у меня ограничения не стоят. Да и сколько стоит та вода? Пару канистр они даже не заметят.

Вот интересные всё-таки этические нормы кто-то заложил при создании Скрепыша. Привёл ведь меня сюда, не возмущался, что я попёрлась в неизвестном направлении вместо работы. Интересно, если бы я в Экзотехе меблок нашла, там он бы мне разрешил воду взять? Кстати…

– Я что-то не припомню у нас на складе медотсека. Он там есть?

Скрепыш: Зачем бы? У нас на складе роботы работают. А вот тут их явная недостача, потому и воруют наших. Судя по оборудованию, предназначенному для ручного пилотирования, эта компания держит на складе людей, а они травмируются, болеют и вообще ненадёжны.

Я задумчиво подняла с пола две бутыли. Держать их было нетяжело, моё железное тело вообще не замечало такого веса. Зато я замечала аппаратуру вокруг.

– Скажи-ка, Скрепка, а вот если я всё-таки найду себе человеческие запчасти, я смогу их тут себе приделать?

Искин полез в поисковик – я видела, как мелькают стоп-кадры с разными устройствами, зафиксированые моей камерой. Потом замелькали строки ответов поискового искина из внешней сети, но их Скрепыш мне выводить не стал, выдал уже сразу итоговый результат:

Скрепыш: Оборудования здесь достаточно. Расходники надо проверить. Ты сама с пересадкой не справишься, но в Центральном модуле есть свой искин, и его функций с вероятностью 97.6% хватит.

– Серьёзно? В медблоке на складе – операция на мозге? Ты точно ничего не придумал?

Искин важно раздулся.

Скрепыш: Я прекрасно знаю, когда какие настройки креативности выставлять! Тут действительно очень мощное оборудование, уж не знаю, зачем. Впрочем, ты же не собираешься свои мозги пересаживать в настоящую человеческую голову. А в голову секс-куклы они переставляются отвёрткой и плоскогубцами, говоря метафорически.

В гробу я видала такие метафоры, ну да ладно. Мало ли чем занимаются эти ребята на своём складе по ночам, если уж чужих роботов за наличку нанимают… А в остальном новости обнадёживали. Правда, где добывать сами запчасти, я пока не представляла, но теперь хотя бы нашла место, где с ними работать.

Скрепыш: Тебе надо уходить. Погрузчики почти закончили. Люди покинули склад. Я не уверен, что смогу разблокировать здешние ворота, если их закроют.

Вцепившись в канистры, я поспешила наружу и едва не впечаталась в стеллаж во внезапной темноте, забыв обратно поднять значение экспозиции. Сени так же колонной катились домой. Похоже, их никто не собирался воровать, а просто арендовали на время.

– Странно, что крупная компания не завела себе роботов-погрузчиков. Я думала, в нынешнюю эпоху уже вообще всё роботизировано…

Скрепыш: Предполагаю, что оборудование, которое производит КвантумМех, очень дорогое и чувствительное, а потому его проще испортить, и потеря в деньгах ощутимее. Даже с таким рутинным делом, как погрузка, люди при контроле искинов всё ещё справляются лучше, чем искины сами по себе. Вероятно, на данном этапе развития компании такое решение выгоднее. Конечно, если не срывать сроки.

Я мысленно фыркнула. "Люди при контроле искинов" – вот у Скрепыша самомнение… С другой стороны, на своей старой работе я бы через одного сотрудников заменила даже на такую вредину, как он.

На родной склад мы вернулись без приключений, а потому всю дорогу я обдумывала новые данные. Аренда погрузчиков происходила помимо ведома руководства обеих компаний. Нагибко посылала команды с личного устройства и левой учётки. КвантумМеховская барышня, очевидно, заставила своего работника создать фирму, и нанимала её, а из той фирмы уже выводили наличку, чтобы расплатиться с Нагибко тайком. Выходило, Нагибко не просто приторговывала барахлом, которое сама же и списывала со склада, но ещё и сдавала в аренду соседям наши ресурсы. Оч-чень интересно.

А ещё более интересно – не могу ли я как-то присосаться к этой денежной жиле, чтобы и мне тоже перепадало? Судя по тому, как халатно ЭкзоТех относился к порче товаров до моего пробуждения, с него не убудет, а вот мне, пока я робот, вряд ли начнут платить зарплату…

***

Никола Светозарович сидел в своём экзотеховском кабинете, но при этом изучал план концертной программы в клубе на следующий месяц. «Не многовато ли ро…» Зазвонивший вижулик сбил с мысли. Никола хотел уже раздражённо сбросить вызов, но увидел, кто вызывает, и ощутимо напрягся.

– Доброе утро, Аркадий Петрович! Как ваше здоровье?

– Получше, чем у некоторых. Никола, давай не будем любезности разводить, а то спрошу, как твоя милая жёнушка.

– Аркадий Петрович, ну только не вы!

– А чего ж нет? Я вообще-то заинтересованное лицо. Ну ладно, я чего звоню, Никола, там от меня человечек устроился, попробую хоть так навести порядок. Ты ему не мешай, ладно? Если что не нравится в его действиях, мне жалуйся, а приказы его все подтверждай. Договорились?

– Хм… Аркадий Петрович, что-то это мне не нравится.

– А мне не нравится, что вы с Иркой бардак уже второй год разгрести не можете! Мне опять пожаловались на клиентский сервис. И прибыли в этом квартале снова упали. А ещё… – он сделал зловещую паузу.

– Не надо ещё, Аркадий Петрович, я всё понял. Если вы доверяете этому парню, то пусть наводит порядок. Я только рад буду.