Там нас встретила императрица.

Клянусь, я едва рукой лицо не закрыла от этого сияния. Золото, парча, стразы, парик — и всё сияет! Ткань платья сама по себе блестящая, так на ней ещё нашили псевдодрагоценные камни, переливающуюся тесьму, какие-то сверкающие финтифлюшки, не представляю, как они называются. Я думала, на мне много косметики. Ха! Вот на Широуховой, если это, конечно, она под слоем вот этого всего, — это да-а. Зачем, блин? Помада опять же блестит, тени блестят, хайлайтером всё лицо засыпано, даже высокий парик чем-то да сверкает. И сам, и украшения на нем.

— Ваше величество, — за этими размышлениями я присела в реверансе, как его представляла соответствующая настройка, которую Скрепыш нашёл мне в рамках подготовки к этому представлению. — Команда Паро-Ключников по вашему приказанию прибыла!

Вообще Скрепыш, нагенерив это название, имел в виду, что у нас есть пароли от всей системы, то бишь ключи. Но в процессе обсуждения всё это как-то вылилось в создание символа. В конце концов, гаечный тоже ключ.

За моей спиной поклонились и все остальные, включая богатырей, судя по отражению в зеркалах и начищенных до блеска металлических колоннах. Кто-то скромно… признаться, у некоторых книксен больше походил на то, что подкосились ноги. Кто-то с размахом, срывая цилиндры с голов, выделывая ими сложные пируэты.

Широухова пришла в восторг. Стоящая рядом с ней психологиня в почти таком же роскошном платье даже захлопала в ладоши. Мы выпрямились и получили ободрительную улыбку «государыни». На месте Ермолаевой я бы задумалась, а то и обиделась. Она, конечно, скажет, что это всего лишь роль, а то и дополнительная работа, но весьма-весьма красноречиво. Интересно, а кем будет Никола?

Евстигней: Ася, мы на подходе.

— А сейчас позвольте представить вашему величеству дружественную команду, — я встала боком, и мои сотрудники понятливо отодвинулись. После чего прокашлялась и максимально по-шоуменски провозгласила: — Лига Сундуков!

Ещё и руку в сторону входа выставила. На миг стало страшно, что складские задержатся, и я буду стоять так дура дурой. Но они появились. Да как! Впереди шагал роскошный пират в кожаных черных штанах, белой рубахе, синем камзоле и лихой алой бандане. Один скачок вперёд — и вот он уже перед «императрицей».

— Йо-хо-хо и паллета рома! Что за красотка передо мной?!

И схватил Леопардшу в объятия, закружил вокруг собственной оси и уже через мгновение склонился в поклоне. Ещё и руку поцеловал!

По-моему, выпали в осадок все. Широухова же залилась краской, видимой даже сквозь толстый слой макияжа, и захихикала как девчонка-старшеклассница.

А пират тем временем развернулся, как я недавно, и провозгласил:

— Лига Сундуков к вашим услугам.

Первыми шли техники, разодетые как заправские пираты из фильмов. Тут тебе и шляпы с перьями, и распахнутые до пуза рубахи, и сюртуки до колен. Кстати, кто бы мог подумать, что у Вити такая мускулатура. Девочки аж засмотрелись.

— Корсарский виват королеве! — выкрикнули они, поклонились и быстро свалили, ибо явно не испытывали никакого удовольствия от всеобщего внимания.

Да и… как можно о них думать, когда следом шёл Евстигней!

Ох Евстигнеюшка!

Эти заразы выкрасили его в чёрный, а сверху нарисовали люминесцентной краской белый скелет. На чёрный же экран лица Евстигней вывел череп. Ещё и шляпу сверху нацепил. А на плече у него ехал Митя в зелёной бандане. Самый первый Митя, хоть это было и не совсем верно с точки зрения официальной приписки, но мы решили его не отделять от остальных. Он перебирал лапками и тоже кланялся. Я готова была аплодировать!

А вот дальше… случилось Нашествие Мить 3.0. И какое! Мои малыши высыпали из-за угла приливной волной. Все как один одетые в жёлтые платьица поверх манипуляторов и развесёлые кружевные чепчики. Митя-13 гордо бежал среди этой толпы наряженный в красный. Ибо я милосердна, и таким образом предупредила всех, имеющих глаза, кого именно следует опасаться.

— Лучшие помощники! — провозгласил Сабатини, а, разумеется, первым нахалом, то есть пиратом, был именно он. — Если заблудились или что-то потеряли, позовите Пирато-Митю, и он вас спасёт! Или утешит. Нежнейшие создания. Лучшие из Лиги Сундуков!

Широухова стояла, пытаясь что-то сказать: губы периодически открывались, но звук не проходил.

— Мы… благодарим отважных пиратов за предусмотрительность, — пискнула психилогиня.

На этом мы все решили, что пора и честь знать, и рассосались по залу. Тем более сзади напирала толпа первобытных людей — в шкурах и с дубинами.

Приглядевшись, я опознала в них орлиный офис. И поняла, что вот сейчас моё представление о его сотрудниках полностью совпало с визуалом.

— Ух! Ух! Ухуху! — орали они, скакали и потрясали дубинками. Ну да, идеальное совпадение образа и внутренней сущности.

Тут меня крепко обняли за талию в корсете и жарко прошептали на ушко:

— Привет, красотка!

Ох ты ж зараза…

Я повернулась, приобняла Сабатини и звонко чмокнула в щеку.

— Ты был бесподобен! — вполне искренне проворковала в ответ.

— Пфф! Я всегда бесподобен! — засмеялся он, прижимая меня ещё крепче. — Твои ребята — молодцы. Готов выкупить Евстигнея за разумные деньги. Даже чуть больше, чем за разумные.

— Ха! Друзей не продаём!

— А как насчёт просто покатать, вместе с прекрасной хозяйкой? Такую куколку грех не похитить! Давай сбежим, детка.

— Бросить своих в самый ответственный момент? Не по-пиратски, — отшутилась я.

— По-пиратски — это когда забираешь самое ценное и исчезаешь в тумане, — он усмехнулся, и в его глазах вспыхнули озорные огоньки. — А ты, куколка, сегодня — самый ценный трофей в этом зале. И личико твоё кукольное… Прямо как живое.

Меня будто током долбануло. Это он на что намекает?! Просто комплимент сказал? Или узнал черты лица головы от секс-робота?! Так-то моделей много, случайного опознания мне не приходилось бояться, но Сабатини всё же торгует этим барахлом… Я засмеялась чуть более звонко, чем требовалось.

— Спасибо, дорогой. Но давай лучше посмотрим, что там наши инквизиторы вытворяют.

На более изящный перевод темы меня не хватило, слишком уж контрабандист меня напугал.

Бухгалтерия, облачённая в тёмные хламиды, разыгрывала на импровизированной сцене суд инквизиции. Еретиком оказался мелкий начальничек из отдела непрерывности бизнеса (не спрашивайте), который никак не справлялся с тем, чтобы правильно составить зарплатные ведомости своим целым двум подчинённым. Его «пытали» с помощью здоровенного деревянного калькулятора и свитка, именуемого «Святым первоапольстольным штатным расписанием».

— Сознавайся, нечестивец! Сколько денариев ты получил за назначение обоим подчинённым отпуска на один и тот же месяц?! — гремела главный бухгалтер.

— Да не получал я ничего! Я забыл просто! — визжал тот, и народ покатывался со смеху.

Я хихикала вместе со всеми, но краем глаза искала в толпе знакомый силуэт. И нашла.

Саша стоял чуть в стороне, прислонившись к колонне. Его алый опашень с золотыми разговорами горел, как факел, на фоне бело-голубых стен. Он выглядел… Величественно. Этот костюм на нём сидел так, будто он и вправду сошёл со страниц летописи. Плечи, расправленные под тяжёлой тканью, прямая спина, чуть высокомерный наклон головы. Мне вдруг показалось, что вижу не Сашу Рогозина на корпоративе, а всадника на вороном коне, медленно едущего по брусчатой мостовой древнего города. Сабатини что-то говорил над ухом, но я залюбовалась и не слушала…

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

Мысль о том, что он выглядит как новогодняя ёлка в человеческом обличии, не оставляла Сашу с самого утра. Всё было идеально — от шёлковой рубахи с тесьмой до вышитых сапог. И абсолютно не то, что он планировал. Хотел, называется, Асе приятное сделать… А в итоге стоит тут, как клоун, да ещё Крис весь день дразнится, разговаривая с ним архаизмами. Подчинённые так вообще сценки какие-то там репетировали, даже присылали ему на согласование, но Саша, конечно, не открывал.