— Я заметил, — усмехнулся.

— Если ты знал, что так будет, стоило предложить играть на раздевание. Тебе было сейчас гораздо интереснее!

— У меня на два очка больше, чем у тебя. Сидел бы я сейчас такой же раздетый, как и ты. Хотя нет… я же в носках, поэтому мне бы снизу не было прохладно.

Ещё ножками на стуле покачал, показывая белые со всех сторон носочки. Потому что хорошо убрался!

— Не в этом ли смысл вечера?

Вопрос заставил меня подобраться. Сейчас и я и моя гостья чувствовали себя раскованно. Не сравнить с состоянием девушки в момент прихода. Почему бы не воспользоваться этим? Момент очень удачный, раз даже Кира его подметила.

— А ведь действительно так!

Бросил карты на стол, встал и тут же подошёл к соседке. В двух руках она держала свой набор карточек. Крепко взяв за запястья без нажима аккуратно, но настойчиво я потянул её руки вверх.

— Эй…

Ей пришлось встать. Тогда я нагнулся, обхватил её талию, перенёс на шаг в сторону, чтобы было свободное пространство, и взвалил на плечо столь ценный груз.

— … я карты уронила!

По спине мне прилетел хлопок, но не сильный. В азарте пленнице я ответил шлепком по попке. Вышел он более звонким из-за особенностей поверхности, поэтому принёс мне в два раза больше удовольствия.

— Ий!.. Галактион! Пусти.

Я отпустил, но только когда добрался до спальни. И вот опять она показала быструю трансформацию: хватал и тащил привычную мне Киру, а на ноги поставил испуганного лисёнка.

— Кира! Да что с тобой такое? — улыбаясь, притянул её к себе, — без твоего согласия ничего не произойдёт в этих стенах. Ни плохого, ни хорошего.

Она не сопротивлялась, наоборот прижалась сильнее.

Можно было бы предположить какой-то травмирующий опыт, но реакция была другой. Предполагал я отсутствие соответствующего опыта, как бы это не было странно для такой активной молодой женщины.

— Кир… ты знаешь, что до меня у Лены, моей бывшей жены, мужчин не было?

— Знаю, — ответ был тихий, произнесённый мне в плечо.

— Это очень интересно, но… потом. Я догадываюсь о причине твоих реакций.

Отошёл от вновь успокоившейся подруги на полшага и приподнял её подбородок, чтобы видеть глаза. Рассчитывал ещё успокоить её, но очень уж меня привлекли губы алого цвета с оттенком как у тыквы. Захотелось эту тыковку попробовать.

Она совсем не возражала. После поцелуя последовали объятия, за ними прикосновения. Потом они переросли в страстные, затяжные касания. Вот уже одежда оказывается на полу, а Кира на покрывале.

В своём темпераменте она похожа на костёр, разгорающийся под сильным ветром. Нужно было постоянно подбрасывать топливо, тогда волна жара не угасала. Остановись — и всё потухнет. Поэтому я оказался занят поддержанием этого огня, даже не успел как следует насладиться созерцанием открывшихся мне прелестей.

Навёрстывал в процессе, когда пришлось ослабить напор. Первый раз требуется быть деликатным. Это для меня ситуация оказалась аж вторая подобная. Не стал изобретать никаких хитрых техник, сделал всё обычно, но аккуратно. От покрывала, правда, избавился на всякий случай, но бельё в итоге осталось в годном состоянии. На нём мы и лежали с девушкой обнявшись, укрывшись одеялом.

— Так откуда мне такая осведомлённая студентка досталась? — спросил прижавшуюся рыжеволосую красавицу, помня её обронённые слова.

— Думала, ты спросишь, как мне было, — совсем не обижаясь ответила она. Даже головы не приподняла с моего плеча.

— Тебе было намного лучше, чем могло быть, но пока недостаточно хорошо, как ещё будет.

— Ох… ну ты и романтик, Галактион!

Кира всё же приподнялась и села, притянув к груди одеяло. Совершенно ненужный жест, на мой взгляд, поэтому я бессовестно потянул вниз край пододеяльника, оголив таким образом одну половинку. Тёмный, едва ли не бордовый сосок тут же привлёк внимание. Дал волю пальцам, позволяя мягкие поглаживания.

— Сейчас я больше физиолог. Но, видится мне, к месту.

Крапова моим шалостям не сопротивлялась, что однозначно меня радовала. Психологически барьер сломлен.

— Ты больше похож на довольного котика, который добрался до новой игрушки.

— Живой и очень красивой и приятной на ощупь игрушки. Тянет даже попробовать…

— Эй.

Она попыталась отодвинуться, но я прихватил её за твёрдый кончик соска.

— … но не сейчас. Расскажи мне про твою секретную деятельность. Я многое успел заметить за тобой, только не спрашивал.

— Например?

— Видел, как ты свободно входила в здание научного корпуса. Ладно бы в столовую, там можно было бы списать на получение гостевого пропуска от кого-нибудь. Вроде того же Репкина, с которым ты, кстати, не очень желала общаться. Как и его мама, видимо, не желала общения сына с тобой.

— Уууу, ты Шерлок просто!

Моя возлюбленная, пока недостаточно возлюбленная (ja-ja!), студентка так восхитилась, что одеяло уронила полностью. Настал мой черёд восхищаться.

— А ты знаешь с чего всё началось? — задала она вопрос.

Закрываться она не стала. Кире нравилось моё юношеское внимание к особенностям своей фигуры.

— Я бы предположил, что с Репкина и началось.

— Не, Стасик…

— Стасик? — я нахмурился.

— Не серьёзный он, — Кира улыбнулась, — на меня, вроде как, запал на какое-то время, но мне было не интересно. Как раз тогда у нас преподавала дополнительный курс по юриспруденции Виктория Павловна. Там же на потоке слушали лекции кадеты инженерного корпуса.

— Виктория Павловна. Признаюсь, если бы не определил личность ей подруги, которая присутствовала на поединке, не догадался бы.

— Ой, это мама Репкина там сидела?

Крапова покраснела, как тот берет, что берут с кровавыми боями.

— Тебе чего волноваться? Такая девушка! К тому же сейчас моя. Рассказывай дальше. Что сделала Вика?

— Вызвала к себе на разговор, поинтересовалась учёбой, а потом про Стаса спросила. Интересен ли? А я как-то разозлись немного и ответила, что не касается это преподавателей.

— Я даже знаю, на что Лебедева стала давить. На изменённость.

— Да. Сказала, что с этим лучше не заигрывать, если не уверена во влечении, потому что можно получить очень настойчивого кавалера. На что я ответила, что в кого не плюнь…

Она улыбнулась получившейся шутке, и я повторил.

— … сразу о детях думать придётся. И вообще, мне студенты не очень нравятся.

— А нравится преподаватель! — закончил я за неё.

— Так Виктория Павловна и сказала. Выпытала из меня твоё имя, хотя я не очень сопротивлялась, я уже пару месяцев на тебя заглядывалась, но боялась подойти.

— Почему?

— Потому что всех мужчин я побаивалась, как ты мог заметить. Это уже после я с тобой целоваться начала уверенно, зная, что не подействует моя особенность.

— Понятно…

Подводя итог её откровения, Лебедева про мои особенности не просто подозревала, но была уверена или практически уверена в их наличии. А почему? Ладно, потом подумаю, а то перед глазами кое-что гипнотически колышется.

А ещё стало понятно, почему Кира до сих пор не имела опыта близкого общения с противоположным полом.

— Значит, у тебя был пропуск от Виктории Павловны? — задал уточняющий вопрос, — и какой-то уговор, судя по всему?

— Галактион, — Кира посмотрела на меня умоляющими глазами, — ты своими вопросами всё испортишь.

— А ведь и правда! — хитро улыбнулся. — Займёмся чем-нибудь безобидным.

Девушку успел схватить прежде, чем она выскользнула, и притянул к себе.

— Я же ещё не готова!

— Мы сейчас это проверим.

Чтобы удобнее было проверять, провернулся и навис над подругой. Кира отбиваться не стала, только смотрела мне в глаза, ожидая действий. Но я не торопился — то, как смотрела на меня сейчас Кира, стоило того, чтобы задержаться.

— Ай!

— Ух ты, ловко в этот раз вышло, а ты волновалась!

Таких спокойных выходных за последний месяц у меня ещё не было. Это могло показаться грустным, но я чувствовал некоторую лёгкость. Причиной этому послужило то, что за этот самый месяц мои будни были переплетены взаимоотношениями со значительным количеством людей, чего не случалось со мной ещё никогда прежде. А потом образовался вакуум.