— Ты только пока её не трогай, — встрепенулся Добрыня. — Мы всю цепочку еще не выявили. Надо следить, а то затаятся.

— А как же... я не могу допустить, чтобы корабли и дальше разбивались, — Саша сказал и сам понял, что и Добрыня такого не допустит.

— Вредительство блохи с ушами мы втихаря исправим, — не разочаровал его приятель. — Контакты же этой Мрошковой будем отслеживать. Затребуй на это деньги у заказчика. Бесплатно их только задержать можем.

— Затребую-затребую. Только доказательства мне скинь, чтобы я не с пустыми руками шёл.

— Уже отправил.

Рогозин открыл файл и задумался: с одной стороны, найти вредителя в своём же отделе — это весьма неприятно, с другой стороны, не найти его — ещё хуже.

Они обговорили еще несколько технических моментов и попрощались. Саша же принялся за остывшее жаркое, одновременно обдумывая ситуацию.

Можно было отловить эту блоху с ушами или саму Наталью и весомо, с аргументами поспрашивать, кто их нанял и для каких целей. Но вполне возможно, они или не разговорятся, или имеют дело с посредником, или вообще получают задачи каким-нибудь плохо отслеживаемым путём. А им нужно выйти именно на заказчика. Кстати, о заказчиках, вернее, различных подозрительных фигурах. Надо бы еще раз присмотреться к этой Леопардихе. Крис сейчас лучше не трогать, но он и сам прекрасно владеет поиском по глобальной сети.

Именно этим Рогозин и занялся после ужина. Правда, в какой-то момент поймал себя на том, что думает не о Широуховой, а о Нагибко с непонятно откуда взявшимся искином, владеющим шпионскими программами. Вообще вся её история казалась странной. Сидела ровно несколько лет, а потом за короткое время сделала рывок от складского менеджера до начальника техподдержки. Неужели так сильно на неё повлияла новая внешность? Всё-таки женщины на редкость чудные создания. Но откуда взялся искин? Неучтенный, мощный искин со шпионскими навыками...

От пришедшей идеи Саша подскочил и сделал круг по комнате. Потом ещё один и ещё. Но сам это совершенно не заметил.

Зарплата менеджера на складе небольшая. А апгрейдов своего тела, судя по количеству отпусков красоты, Нагибко сделала немало. Однако никакой из них, кроме последнего, не вытащил её в офис. Но вот сейчас она явно носила не своё лицо. Рогозин вспомнил его и даже открыл фотографию, которую сделала Крис: она фотографировала каждого человека, с которым Саша общался более четверти часа. Вгляделся в черты Александры... Аси. Симметричные, правильные, выверенные, как не бывает у обычного человека, у создания природы. Это сто процентов работа какого-то дорогого пластического хирурга. Очень дорогого. Откуда у неё деньги?

Очень похоже, что нашелся кто-то, кто предложил ей сделку. Более того, дал прокачанного искина, которым она руководит. И помог перевестись в техподдержку, да ещё на большую должность. Теперь в рамках этой самой поддержки она может спокойно ходить по всем отделам и творить, что ей вздумается!

Саше аж нехорошо стало. И хорошо одновременно: цепочка-то вырисовывается. Тот парень, которого нашел Добрыня, Нагибко, Мрошкова и Леопардиха. Да, с этим можно работать.

И всё же Саше было немного жаль... Жаль, что Ася попала в этот список.

Мой рабочий день начался с того, что я вызвала Динару Максутовну к себе в кабинет. Весь отдел тут же оторвался от экранов и уставился в мою сторону. Ну нет, хорош, разборки с Нестором они уже пронаблюдали, вкусненького понемножку. Поэтому как только Алиева зашла, я затемнила стёкла своей коробочки, после чего они стали серебристыми и непрозрачными. Сразу почувствовала себя в десять раз комфортнее и увереннее. Если бы не задача выстроить отношения с коллективом, так бы и сидела за глухими стенками. Вот почему нельзя было кабинет начальника сделать нормально, не на витрине, а? Надо попробовать продавить реорганизацию, знать бы ещё, кто у меня теперь начальство…

— Здравствуйте, Динара, присаживайтесь, — я указала девушке на стул. Она подавала сигналы тревоги, явно ожидая, что сейчас будут песочить, но при этом хмурилась в растерянности, то есть не знала, за что. Это хорошо, значит, по крайней мере сама за собой прегрешений не знает.

Мне хотелось предложить ей чаю или кофе, но не наливать же самой — не настолько я собиралась её вдохновлять. А секретаря или хоть робота с соответствующими функциями под рукой не было. Надо будет Огняна поставить у себя в кабинете на такой случай, у него всё равно программа тупая, а выглядит он шикарно, самое то.

— Динара, — начала я вкрадчиво, пролистывая на экране кьюбера её резюме и послужной список. Судя по нистагму, она отслеживала мелькающие строки. — Я вижу по вашему резюме и успехам в компании, что вы весьма квалифицированный сотрудник. Ваше образование намекает, что ещё и амбициозный. Однако задачи, которые вам выдают, — довольно проходные и незначительные. Скажите, моё впечатление совпадает с действительностью?

— Да мне предыдущий начальник всё говорил, надо опыта набраться, прежде чем брать на себя серьёзные задачи, — нервно произнесла она, явно сдерживая рвущиеся наружу эмоции. — А какого опыта я наберусь на этой ф… э-э, мелочёвке? Я там и так всё умею. Но я не знаю, он начальник, ему виднее.

Я улыбнулась, стараясь расположить собеседницу к себе, но, кажется, только больше напугала. Надо всё-таки тренироваться с зеркалом.

— А как вы относитесь к тому проекту, которым заняты сейчас?

Она дёргано пожала плечами. Сидела она, закинув ногу на ногу и сцепив пальцы на коленке, так что от пожимания плечами нога подтянулась выше.

— Я его выбила себе ради развития. Там хоть задача большая, было где подумать. Но… Если честно…

Она умолкла, так что пришлось подбодрить:

— Давайте поговорим просто, как девушка с девушкой. Кому эти Мишурины базы вообще нужны? — усмехнулась я.

— Есть такое, — выдохнула Динара и вся обмякла от облегчения. — Там, короче, как ни старайся, там архитектура такая, словно её в ящик кинули и потрясли, а потом высыпали осколки, и вот она архитектура. Я могу написать отдельные куски хорошо, но вместе они всё равно не стыкуются нормально!

Я благодушно кивала, позволяя девушке излить наболевшее. Наконец она выдохлась и досадливо махнула рукой, что я приняла как сигнал к действию.

— То есть вы будете не против, если я предложу вам кое-что получше?

Динара уставилась меня — насторожённо, но с надеждой. И я описала ей идею с общим запросом по базам, насколько смогла, с помощью Скрепки, мастера, гайки и всего завода, потому что эта барышня точно заметила бы, скажи я что не так. Семь потов сошло, пока выкручивалась и наводила тумана, скрывая свою некомпетентность. Нет, техподдержка — это хорошо, конечно, но вот бы мне в какой-нибудь отдел, где я хоть матчасть знаю…

Наконец мне удалось донести до Динары свою мысль и вроде бы даже не спалиться.

— Ну я не зна-аю, — начала торговаться она. — Это глубокая работа, требующая сосредоточения…

— Хотите на удалёнку? — понимающе покивала я.

— Нет-нет! — всполошилась она. — Терпеть не могу дома сидеть, я там плесневею! Лучше наоборот подключить к проекту ещё кого-то, потому что одна голова хорошо, но сами понимаете…

Я понимала, что она опасалась за свою задницу и не была готова брать на себя полную ответственность за проект. Но этого я ожидала.

— Безусловно, вы будете не одна. А насчёт сосредоточения — как вы отнесётесь к тому, чтобы пересесть за стол, где сейчас сидит дейсдарь Кабанятко?

Кабанятко сидел у окна с видом на жилую зону в аккуратном углу офиса, откуда было видно всех, но где никто не шлялся мимо, и я его место было весьма завидным. Алиева же ютилась на самом проходе, да ещё и спиной ко всей комнате.

Динара вытаращилась.

— А что, так можно?

Я развела руками: мол, почему нет?

— А его куда? — подозрительно спросила Алиева. Потому что логично было поменять их местами, но нынешнее место Алиевой — это единственная точка, с которой экран Кабанятка был виден прямо, а не зеркально.