— В военной академии Карагата не учатся тёмные, неспособные контролировать свой дар, — холодно произнёс лорд Льен.

— А я могу контролировать.

Визуализации. Первое искусство, которое начал преподавать мне отец, когда я поступила в ШИП. Иллюзионист может воспроизвести лишь то, что видит у себя в голове, точно так же как чёрный маг в состоянии обратить свою Тьму во что угодно.

Моя Тьма стала водой. Она растеклась по полу, подбираясь к стене огня, созданной лордом Льеном, а потом взметнулась вверх подобно гейзеру, вырвавшемуся из-под земли. И чёрный огонь, который невозможно загасить ни обычной водой, ни магией стихий, начал затухать. Не прошло и минуты, как стена, возведённая лордом Льеном, исчезла. Мы снова очутились в окружении придворных, жадно ловящих каждое слово и жесты находящихся возле трона. За то время, что чёрный огонь отсёк нас от остальных, никто и с места не сдвинулся.

— Я хочу продолжить учёбу в Карагате, ваше величество, — упрямо повторила я, обращаясь уже к императору.

— Если ваш наставник не будет против.

— Как пожелает леди Элена, — учтиво произносит лорд Льен.

Я же малодушно не решаюсь даже повернуть голову в его сторону. Я не сомневаюсь, что лорд Льен сделает всё, чтобы я пожалела, что выбрала Карагат, а не Школу Тёмных, но это будет потом… Спустя два месяца.

Свои каникулы мы с Элмаром заслужили.

— Отец! Я буду счастлив называться другом леди Элены Сатор. История повторяется. В своё время вы были связаны клятвой с её матерью, Эханор Звёздный Ветер! — Элмар спешит ко мне с широкой улыбкой на лице, но в его глазах я вижу немой вопрос. — Но давайте вспомним, где мы находимся. Очаровательные выпускницы ШИПа честно заработали приглашение на этот бал. Не будем лишать девушек удовольствия.

— И верно. Развлекайтесь, леди Элена. Леди… — Император учтиво улыбается девочкам.

Придворные понимают, что представление подошло к концу и можно выдохнуть. Две стройные шеренги распадаются, мужчины и женщины разбиваются на группы и пары. Я же вкладываю свою ладонь в руку Элмара.

— Я… боюсь, я плохо подготовилась к этому балу.

Брови боевика на мгновение сходятся в одну черту, а потом я ловлю лёгкий кивок — Элмар вспоминает о сумке, которую я взяла с собой во дворец. Сейчас она лежала в его спальне.

Элмар берёт меня под локоть, а его отец благосклонно кивает:

— Леди Элена, теперь я вижу, что вы в надёжных руках.

Император Тадеуш Аргамат выглядит очень довольным.

Молчаливый сигнал — и в зале начинает звучать музыка, а его высочество Элмар уверенно ведёт в танце мой фантом. Настоящая я пробираюсь к выходу из зала. Совсем скоро мы встретимся с Элмаром в его спальне, чтобы вместе проникнуть в родовой особняк Сатор и изучить ежедневник Орина Ильсера.

— Лэсарт, какая же ты всё-таки… тёмная.

Элмар Эртшар Аргамат, наследный принц империи Нордшар, боевик с даром мага смерти и талантом паладина-защитника, с восхищением смотрел на меня. Подозреваю, что шпионов лорда Льена раздирали иные чувства. Мужчины испуганно жались друг к другу, пока вокруг них исполняли ритуальный танец тёмные сатиры.

Бросив последний взгляд на бедолаг, я поспешила за напарником через пространственный разрыв, который должен был перенести нас за ограду. Защиту особняка Сатор обновили. Меня ждал бы неприятный сюрприз, сунься я сюда в одиночку.

Как представлю, что могла бы вляпаться, пытаясь проникнуть в собственный дом.

Бесит!

Вот и отыгралась на тех, кому приказали следить за особняком. И да, мне не было стыдно.

— Десять сатиров в центре столицы! Десять, Эл! И это их не смутило! Ни один не подумал, что видит фальшивку. Вот и где мозги у этих горе-наблюдателей?

— Полагаю, главнокомандующий обязательно это выяснит, когда до них доберётся.

— Главное, чтобы мы к этому времени отсюда убрались.

— Отличный план, напарник. Будем исполнять.

В кои-то веки у меня с Элмаром полное единодушие. Обычно мы умудряемся спорить даже по пустякам. Нет, нам не нравится собачиться по любому поводу. Просто Элмар классический паладин-защитник, и желание оберегать у него в крови. Вот только он не из тех принцев, которые снимут с себя плащ и расстелют поверх лужи, чтобы прекрасная дама ноги не замочила. Скорее, Элмар не выпустит меня из кареты, чтобы потом высадить на другой улице, или вообще домой попытается спровадить.

Ключевой момент «попытается».

Мало кому удалось бы справиться с абсолютным иллюзионом. Я пустила бы в ход собственные копии, искажения пространства и наведённые ощущения. И пусть Элмар больше не вздрагивал от укусов иллюзорных муравьёв, я обязательно придумала бы, чем его порадовать.

Как-нибудь в другой раз, ведь сейчас на нас снизошло запредельное взаимопонимание.

Путь к башне отца мы проделали бегом, а потом, не снижая скорости, поднялись по лестнице на второй этаж. Здесь находилась не только моя комната, но и покои, выделенные отцом Орину Ильсеру.

Перед входом Элмар остановился, а потом внезапно шагнул в сторону, толкнул дверь в соседнюю комнату и зажёг пульсар.

— Эй! Нам не сюда! — Я потянула боевика за рукав, вместо покоев брата он зашёл в мою комнату.

За два года в лавандовой спальне ничего не изменилось. Разве что очищающий аркан давно разрядился, и теперь здесь было пыльно, а спёртый воздух щекотал ноздри. Я скользила безразличным взглядом по белоснежной мебели, по фиолетовому ковру и лиловым стенам, по панно из сухоцветов… Отец считал, что ничто так не развивает концентрацию и терпение, как ручной труд. Но сейчас при взгляде на свои картины я чувствовала лишь пустоту в груди. После смерти отца многое, что притягивало меня раньше, стало казаться мелким и незначительным.

— Хочу узнать о тебе как можно больше. Как жила, о чём мечтала… — Элмар осматривал комнату так, словно хотел запомнить малейшую деталь.

— Так спроси. Я же рядом, — пробормотала я, чувствуя, как жаркое смятение растекается по щекам.

— Не хочу совершить ошибку, — еле слышно буркнул себе под нос Элмар, а потом удержал меня за руку. — Не торопись. Сначала надо проверить дверь в спальню Орина.

Я мысленно пожала плечами, но спорить не стала. С лорда Льена сталось бы добавить новых охранок внутри особняка.

При мысли о высшем демоне Бездны моё сердце тревожно замерло, а потом начало биться отчаянными рывками. Мне до сих пор не верилось, что сегодня на балу я дважды переиграла нашего главнокомандующего.

Хорошо, полтора раза.

Лорду Льену всё-таки удалось навязать мне наставничество. Я согласилась, хотя была уверена, что сумею контролировать свой тёмный дар. И всё-таки я приняла предложение высшего демона, потому что ему подчинялись ночные фурии. Мне была нужна страховка в отношениях с кланом матери. Я мало знала о ночных фуриях, но прекрасно представляла, сколько ошибок может совершить чужак на незнакомой территории.

Папа регулярно ошибался.

Эдриан Сатор обожал изучать жизнь на личном опыте, и она давала ему множество вторых, третьих и даже десятых шансов. Отец умудрялся выходить сухим из воды, попадая в опасные и щекотливые ситуации. Злые языки шипели, что везение Сатора не может длиться бесконечно и однажды он вляпается так, что никто и ничто ему уже не поможет. Когда тело Эдриана Сатора было обнаружено в его же лаборатории, многие самодовольно заявили, что всегда знали, что ничем хорошим этот тёмный не кончит. Не было второго такого откровенно плюющего на правила чёрного мага, как мой отец.

Расследование смерти Эдриана Сатора длилось несколько дней, а похороны были до того поспешными, что я едва успела прибыть в Сумеречье. Гроб с телом отца выставили в храме на территории замка. Очередь из желающих отдать последние почести лорду Сумеречья продвигалась медленно, и я смогла убедиться, что в гробу лежал действительно отец. Теперь же я знала, что папа дал своему ученику зеркало Лиллы — уникальный артефакт иллюзий, с помощью которого можно было создать совершенный фантом, и значит, мне нужно было найти Орина Ильсера.