Около неё и ждала Сашу Колумбиха. Он сразу её узнал, хоть и ни разу не видел. Женщина действительно не была молода, но старой её назвать мог только недоброжелатель или самоубийца. Она не старалась скрыть свой возраст, но про него мгновенно забывали, заворожённые образом. Сейчас Андриана Альбертовна походила на колониальную охотницу начала века этак двадцатого: хаки и льняной бежевый в одежде, деревянные украшения и шляпа, тень от полей которой позволяла разглядеть смело, но без вульгарщины подведённые глаза. Не хватало только ружья за спиной, впрочем, Саша бы не поставил, что при обыске на ней не нашлось бы пары стволов. Или пары десятков.

— Не будем же мы пить из горла, — воспротивился Рогозин. — И напоминаю, Виссарион Мирославович, комсдарь…

— Не утруждайтесь, я помню, — его оглядели сверху донизу и, очевидно, признали достойным разговора. — Всему вас, молодёжь, учить надо.

Андриана Альбертовна открыла шкафчик, один из тех, куда йоголюбители складывали свои вещи, и забрала у Саши бутылку со стаканами. Что-то забулькало, а потом Рогозин увидел белоснежный, изысканной формы фарфоровый чайник будто из того же века, что и образ Колумбихи, и такой же стилистики чашки на блюдцах.

Со всем этим Рогозин с Андрианой Альбертовной переместились на плетённые кресла, окружённые зеленью в кадках и с прекрасным видом на занимающихся йогой. Женщина поставила чашки на низкий кофейный столик, где уже стояла клетка со здоровенным бело-жёлтым попугаем.

— Это Капитан, — представила его Колумбиха. — Разбирается в делопроизводстве получше вашей Ниночки.

Рогозин тоже поставил чайник с коньяком на стол и оглядел птицу. Та раскрыла хохолок и хриплым громоподобным голосом припечатала:

— Только по производственной необходимости!

Саша серьёзно кивнул и разлил коньяк. Запах выдавал их за пару метров, но, похоже, Колумбиху это не смущало. Как и выстроившиеся на своих ковриках любители йоги шагах в пяти от столика. Сейчас они стояли на вытяжку, соединив ладони и держа их на уровне груди.

— Сейчас максимальная производственная необходимость, Андриана Альбертовна, Капитан, — Розга подождал, пока дама опустился в кресло, и тоже уселся. — Предлагаю поднять эту чашку чая за то, чтобы её уровень снизился хотя бы до обычного.

Рогозину достался одобрительный взгляд, и они с новой начальницей отдела кадров чокнулись фарфоровыми «стаканами».

— Ознакомилась я с нынешним положением по кадрам, — произнесла Колумбиха. – Бардак, конечно, полный. Как, спрашивается, вы такое допустили?

— Поверьте, это лишь верхушка айсберга. Но проблемы надо разгребать по одной. Сейчас разговор о кадрах, — уклонился Саша от попытки заставить его оправдываться и тут же сделал свой пас: — Требуется срочно исправить ситуацию с ними. Прежде всего, ресепшн. Я повышаю Стефанию и Юлия до клиентских менеджеров.

— Прежде всего, отдел кадров, — поморщилась Андриана Альбертовна. — Необходимо восстановить его. Иначе ситуацию будем исправлять вечно. Успеют и вас сменить, и меня. Снова.

— Расчёт в день увольнения! — снова громогласно высказался Капитан.

Йожисты вздрогнули.

— Поза дерева! — потребовал тренер и сам поставил правую ступню на внутреннюю часть левого бедра.

— За деревья, — провозгласил Саша, они чокнулись кружками, чтобы сделать по маленькому глоточку. — Я хотел бы, чтобы деревья, особенно дубы и липы, росли в лесах и парках, а не сидели в офисных креслах в «ЭкзоТехе». Набирайте свой отдел, но одновременно займитесь ресепшеном. Вы знаете, с кем Стефания договорилась? Василису Игоревну?

— Василису Ильиничну, знаю, конечно, — поправила Колумбиха. — А вы знаете, что у «ЭкзоТеха» изрядно подмочена репутация на рынке труда?

— Насколько я помню, у нас есть для её исправления специальный человек, — закинул удочку Саша.

Андриана Альбертовна наморщила лоб.

— Это вы о ком?

— Не помните, кто в вашем собственном отделе работает? — с фальшивым удивлением спросил Рогозин.

— Это вы об Анжеле Леопардовне? — с насмешливой улыбкой уточнила Колумбиха.

— Да, акция с ушами уву — это как раз работа на репутацию. Разве нет?

— Вообще-то её должность звучит, как заместитель директора по корпоративной культуре и внутренним коммуникациям. Она действительно занимается разного рода публичными мероприятиями или тем, что принимает за них, — Андриана Альбертовна внимательно посмотрела на Сашу. — Но вы не думаете, что она в самом деле может на что-то повлиять?

— Насколько я понял, Анжела Леопардовна — подруга Ирины Ермолаевой, так что может.

— Именно поэтому она тут и работает, — «открыла Америку» Колумбиха. — А Ирочка слушает её только, когда дело касается нарядов и цвета помады.

— Хорошо, мои дорогие, — проворковал инструктор по йоге. — А теперь медленно опускаем ногу и становимся в позу горы.

Йожисты послушно встали, как требовалось, но Сашу не впечатлили: что за стойка «смирно»? А где жопы кверху?

— Ведёт она себя очень уверенно, — не согласился он с Колумбихой. — Я бы сказал, с напором и даже агрессивно.

— Вы перехватили перед её носом лучшие туфли на распродаже?

Розге достался саркастический взгляд. Саша ответил на него укоряющим. Андриана Альбертовна вздохнула и пояснила:

— Виссарион Мирославович, мы с вами не выпили на брудершафт, поэтому пока так. Анжела, разумеется, та ещё сучка. Но ей на жизнь в компании плевать вот с этой крыши или даже выше. Они вместе с Ирочкой и Николкой учились вместе. Вот и притащили её за собой. Не сразу, конечно, но как в силу вошли. И Анжела тявкает только по команде.

— И кто ей отдаёт команды? – Саша внутренне замер, понимая, что сейчас услышит главное.

— Чувствуем связь с землёй... – вещал инструктор. — Вытягиваем позвоночник, тянемся макушкой к солнцу...

— Только по согласованию с руководителем! — рявкнул Капитан.

Йожисты дёрнулись, а Колумбиха по-акульи улыбнулась:

— В мое время это была Ирочка, — Колумбиха с удовольствием обозрела переходящих в позу “собака мордой вниз” любителей солнечной энергии в рабочее время и веско добавила. — Но Анжела твердостью убеждений, скажем так, никогда не отличалась, так что кто знает, как оно сейчас.

Саша заинтересованно поднял брови.

— А подробности?

Колумбиха пристально посмотрела на него, явно решая что-то для себя.

— Не буду врать, что не люблю сплетни, — наконец заговорила она, — но я точно не люблю рассказывать их непонятно откуда взявшимся подозрительным личностям. На кого вы работаете, Виссарион Рогозин?

Саше захотелось поморщиться. Он предполагал, что такая опытная дама как Андриана Альбертовна догадается, что с ним не всё так просто. Однако раскрываться ей правду Розга не планировал. В то же время от её лояльности зависело многое.

— Я тоже не буду врать, что оказался здесь случайно, — обдумывая каждую фразу, начал он. — Скажем так, моей задачей является вернуть «ЭкзоТех» в старые добрые времена, когда клиенты были довольны, сотрудники компетентны, а деньги текли на счета компании рекой. Мне кажется, этого достаточно, чтобы догадаться, кто меня сюда прислал.

Рогозину достался очередной долгий взгляд, а потом Колумбиха усмехнулась.

— Неужели таки старый пень оторвался от своих коктейлей и обратил взор на нас сирых и убогих?

Саша не стал ни подтверждать, ни опровергать, лишь поднял чашку, как для тоста.

— Что ж, пока ваши действия подтверждают мои догадки, — поморщилась Андриана Альбертовна и сделала глоток. Коньяк в чашке наконец закончился, и Розга подлил им ещё. – Я надеюсь, что не обманулась в вас… Саша.

Он наклонил голову, понимая, что ему-таки оказали доверие.

— Спину прямее, — инструктор обвёл взглядом «собак мордой вниз». – Не округляем её.

Капитан встрепенулся и радостно завопил:

— Испытательный срок три месяца!

По рядам його-любителей пробежался лёгкий стон. Колумбиха одарила попугая одобрительным кивком.