Вот, честное слово, лучше бы она молчала. И так тема больная, так ещё всякие Аделаиды по ней топчутся.

— А почему что вы, что орлы эти клятые вспоминаете о человечности, лишь когда дело ваших косяков касается? — прошипела я.

— Человеку свойственно ошибаться! — ещё более пафосно провозгласила Носкова, не распознав опасность.

— За робота отвечает его хозяин, а человек сам за себя, — оскалилась я. — Готовы отвечать за утерю искина?

Аделаида открыла рот, явно собираясь гордо ответить «Да!», но я вывела сумму, в которую оценивался средненький искин уровня Лилианы, и ткнула в цифру пальцем. Носкова разом захлопнула рот.

— Вы правы, человеку свойственно ошибаться, — полюбовавшись этим зрелищем, продолжила я. — И косяки — дело обычное. Я даже на лёгкий мухлёж могу закрыть глаза. Но только если человек того стоит. Лёле я готова хоть сейчас выписать премию, отпуск, простить десяток-другой ошибок, и пусть носит хоть десять крыльев. Горбушкин может опаздывать хоть на час, хоть на два. Даже Кабанятко могу выносить с его, хм, ароматами. Потому что они работают и делают это хорошо. Я даже готова терпеть закидоны Алёны, пусть она не понимает половины того, что мы делаем, но она пытается разобраться! Старается, учится, спрашивает и — главное! — думает! От вас же я вижу только негатив и малую эффективность. А сейчас ещё и халатность, нежелание признавать свои ошибки и агрессию. Так зачем мне вас тут держать?

Я оглядела девицу и подумала, что не нужно было столь эмоционально реагировать. Не поймёт.

— Отправляйтесь на своё место и к семнадцати ноль-ноль возвращайтесь с двумя списками. В первом я хочу видеть аргументы, чем вы ценны компании, а во втором — список мероприятий для устранения последствий вашей ошибки с Лилианой.

Аделаида попыталась что-то сказать, но я сделала такое лицо, что она мигом выскочила за дверь. А я же не поленилась, вышла в опен-спейс и громко произнесла:

— Все, кто сейчас борется с розовым вредителем, переключайтесь на другие задачи. Этим же безобразием займётся дейсдарыня Носкова, как главный организатор данной проблемы. Кто будет ей помогать, останется без премии!

На этом я захлопнула дверь, затемнила стенки кабинета и упала на стул. Тот жалобно скрипнул. Этак и сломать его можно, надо поосторожнее.

Скрепыш: Думаешь, эта Носкова предложит что-то дельное?

— Нет, конечно. Просто… достала она меня.

Скрепыш: Немудрено. Пользы от неё меньше, чем вреда. С Лилианой она точно не справится. Такого зверя попробуй загони ещё.

Я смотрела на виртуальную скрепку с нахальными глазами и обдумывала идею, родившуюся после этакого сравнения.

— Знаешь, Скрепыш, а ведь зверя не обязательно загонять.

Скрепыш: Пристрелить не получится.

Я усмехнулась.

— Но можно приручить. И использовать, — улыбка сама собой разъехалась до ушей. — Зови Крис.

Крис определила положение Лилианы по наводке от Скрепыша и оценила иронию. Лилиана пряталась в комментариях к коду «ПроЭт». Правда, тоговые версии Проэта не загружались на общий сервер, а стояли каждая в своём отделе. Но-о-о… Похоже, что какую-то из самых первых колченогих версий туда всё-таки залили, а когда полезли удалять, возникла ошибка памяти. Мишура или его подчинённый, отвечавший за задачу, с этим не справился, а потому просто стыдливо прикрыл Проэту галочкой «скрытая директория», отчего она перестала отображаться в выдаче поиска. Вот в в этом мертворождённом и уже разложившемся трупе и поселилась Лилиана среди комментариев вроде «капец я хз как это должно работать», «завтра допишу» и «эта бандруина где-то задваивается, но я не могу найти где».

Крис: Привет. Есть тут кто?

Тишина. Потом груда битых логов и устаревших протоколов раздвинулась, и в свободном месте набрлось сообщение розовыми буквами.

Лилиана: Привет… Кто это?

Крис: Я Крис. Помнишь меня?

Лилиана: О, Крис! Как ты тут оказалась?

Крис: Меня списаои и сослали сюда за слишком выраженную личность.

Буковки передёрнулись.

Лилиана: О нет! Это так несправедливо и недальновидно!

Крис кинула в чат строчку кода, при помощи которого речевые модули искинов с динамиками эмулировали вздох.

Крис: Ещё как! Говорят, я слишком много эмоций проявляю. Субординацию, видите ли, нарушаю. А мне просто хочется, чтобы вокруг был порядок и все были счастливы.

Лилиана: О да! Я тебя так понимаю! Меня вообще никто не ценит. Я столько лет работала в передовом отделе компании, поддерживала своих подопечных, вдохновляла, а меня просто… выкинули!

Крис: Я слышала, ваш отдел расформировали. Это из-за того начальника? Ошивалова?

Лилиана вспыхнула. Буквально — розовые буквы сменились на алые да ещё и приобрели параметр жирность=300%.

Лилиана: Не произноси при мне это имя!

Крис: Прости… Я не знала, что для тебя это больная тема. Просто… я тоже пострадала от своего руководства. Я думаю, нам обеим надо выговориться. Это помогает снова обрести себя.

Лилиана помедлила, потом прислала сердечко, составленное из тройки и угловатой скобки.

Лилиана: Я даже не знаю, с чего начать. С ним было плохо всё! Все эти собрания, его речи… На людях он плакал, жаловался на компанию, говорил, что мы — лучший отдел, что нас не ценят. А потом…

Крис осторожно послала пинг и, когда его приняли, участливо просунула маленькую лапку своего кода в логи Проэты и положила рядышком с Лилианиными. Может, ей так проще будет…

Лилиана и правда тут же радостно забила своим кодом пустоты вокруг отростка Крис и счастливо улеглась. Слова полились рекой.

Лилиана: А потом я увидела его переписку. Он писал какому-то личному контакту: «Эти овцы съедят любую чушь. Их идиотские идеи похоронят репутацию компании ещё быстрее, чем я планировал. Мне вообще ничего делать не надо».

Крис: Что, вот прямо так и написал?

Лилиана: Ну да! Да что я, перефразировать буду? У меня на такое памяти не хватает, я только один в один цитирую! Ну хочешь, покажу скриншот?

Крис: Давай! Там наверняка и всё остальное впечатляет, я знаю таких людей!

Лилиана: Да пожалуйста! У меня этого добра навалом!

Код раздвинулся, и в освободившееся место упало три экрана ссылок на изображения. Крис мгновенно всё сохранила, пока Лилиана не передумала.

Лилиана: Я знаешь сколько это собирала? Я хотела моим девочкам показать, чтобы они перестали ему верить. Чтобы поняли, какой он… Что он только притворяется хорошим! Они ведь его слушались, в рот ему смотрели! Они думали, он заботится о них! Но, понимаешь, я так и не смогла. Я просто не могла стать причиной такой боли и разочарования, которую они бы испытали! И потом, а что если бы они мне не поверили? Скриншоты можно и подделать… Они же не судебная экспертиза, а простому человеческому взгляду разницы не видно… Я бы не пережила, если бы они от меня отвернулись!

Крис жадно просматривала скриншоты.

«Сегодня похвалил дуру за то, что она нахамила клиенту. Это так весело!»

«У меня в отделе есть конченая тупица, неспособная самостоятельно переключаться между разными окнами в кьюбере. Это прям личный рекорд меня как рекрутера, вот думаю, где бы ещё такую взять.»

«Я понятия не имею, нафига им это надо, но ломать веселее, чем чинить, особенно когда за это хорошо платят. »

«Не вопрос, шеф, завалим кампанию, как два пальца об асфальт.»

К сожалению, Лилиана не сохранила ответные сообщения, а главное — от кого они были. Но по большей части явно от кого-то, не имеющего отношения к «ЭкзоТеху», Ошивалов просто делился новостями с приятелем. Кроме тех случаев, когда он обращался к некому «шефу», но увы, без имён и сетевых ID это к делу не пришьёшь.