— Галактион? — тихо поинтересовалась она.

— Подыграй мне. Начни понемногу улыбаться…

— Не так, а вроде как ты ему симпатизируешь на самом деле, а до этого у тебя было настроение плохое.

Взгляд её требовал пояснений.

— Вроде как ты хочешь с ним переспать.

Теперь он похолодел.

— Да не дойдёт до этого. Если я всё правильно понимаю.

Отвечать она не стала, только сделала уверенный шаг вперёд.

«Тля, а этот снова ожидает, придерживая, чтобы та далеко не убежала, свою подчинённую, но мою женщину!»

— Это этаж лабораторий, где происходят основные исследования наших научных проектов, — принялась описывать место Виктория.

Роль ведущего в этот раз взял на себя ваш скромный слуга. Провёл я недалеко, ровно до помещения, напичканного кучей электроники, где автоматика и лаборанты трудились над аналитикой заборов биологических жидкостей. Тут много чего можно было посмотреть и пощупать одновременно.

Под мои оживлённые комментарии счастливый Матвей действительно смотрел снимки крови, заглядывал в объективы микроскопов и щупал… где-то рядом с грудью у Астры и почти попу Вики.

Вика быстро вошла в роль. Мой же план постепенно набирал обороты.

В мокрой лаборатории проторчали около часа, сопровождая демонстрации теоретическими выкладками. По выходу было видно, что радостный мужчина немного устал.

— Сейчас будет одно примечательное место исследований, обещаю, тут будет не менее интересно. Даже можно устроить наглядную демонстрацию, — продавал я свою задумку.

— Очень любопытно, — появившаяся скука пропала из взгляда полковника.

— Вот, Матвей Романович, место, где было совершено самое прорывное открытие этого лета. Всё под моим чутким руководством и непосредственным участием.

— Это…

— Да, выглядит не так внушительно, как помещение с электронным микроскопом или промышленным сепаратором, но зато какие тут прошли исследования! Я уже напомнил вам, как работает фемо-вирус, теперь позвольте освежу память о главном оружие изменённой женщины. О…

Готов спорить, что сейчас Матвейка подумал о чём-то не совсем приличном. Потому что он смутился, пускай это было трудно заметить.

— … поцелуе, конечно.

— Здесь ради науки я, между прочим, перецеловал троих женщин. Двинулся бы и дальше, только Виктория Павловна отказалась участвовать.

— Галактион, — с укоризной наигранно — я вижу — обратилась ко мне госпожа директор.

— Шучу. Мы здесь, Матвей Романович, начальство любим исключительно платонической любовью. Это с Астрой у нас безумная животная страсть. Уровень гормонов в крови при контакте просто зашкаливает.

Конечно, привирал, потому что замеры не делал. Но сделать стоило, картина будет близиться к моим словам.

— Ещё Астра удивительным образом выбрала меня своим мужчиной, но никак не может окончательно запустить привязку. Но вы об этом должны были читать в отчётах.

Посмотрел внимательно на собеседника.

— Да. Нам известна особенность лейтенанта Таубе, — ответил тот.

Большего полковник говорить не стал, но моё упоминание о нашей связи с его подчинённой, на которую он образно положил глаз и недавно материально руки, вызвало у него неприятные эмоции.

— А вот у Виктории Павловны нет таких проблем. Я, между прочим, до сих пор не знаю, как работает у нашей прекрасной богини привлечение мужчин. Возможно, сейчас у меня есть шанс это изучить! Не хотели бы вы стать участником небольшого эксперимента? Я обещаю в случае подверждённой анализом симпатии к вам сразу же сдать своё начальство!

— Галактион! — идеальным тоном воскликнула Вика.

Было слышно возмущение, впрочем подкреплённое интересом и надеждой.

— Прошу прощения, но не могу участвовать в подобном эксперименте. Женат, — сдержанно отказался хитрый Матвей.

— Ну, конечно, женаты! — подтвердила Виктория.

Расстроенно.

— Ваша супруга тоже фемина? — продолжил скрыто издеваться.

— Нет. Но тоже прекрасная женщина!

— Нисколько не сомневаюсь! Кстати, если вы нас познакомите, она может сильно измениться в эту сторону!

Три головы повернулись в мою сторону. Три выражения лиц. Недоумевающее, слегка рассерженное и сдерживающее смех. И если вам кажется, что смеялся или сердился полковник, то вы ошибаетесь. Сердилась Вика.

«Вот и разгадайте сами загадку, кто из троих на меня как смотрел!»

— А давайте, пойдём посмотрим на будущего Нобелевского лауреата? — проигнорировал я всю гамму выраженных мне эмоций.

— Хорошая идея.

Любопытствующий гость явно спешил покинуть это помещение. Не зря в итоге сходили, о чём сразу же сказала мне изменившаяся формация перемещения. Вела нас снова Виктория Павловна, Матвей Романович держался собранно рядом, двигался с заинтересованностью депутата, Астра же переместилась ко мне.

И часто по дороге задевала меня бедром.

— Неуклюжая женщина!

— С походкой проблемы, натёрла.

Оба, как дураки, улыбались пошлой шутке.

Так, цепляясь тазами, что низкопрофильные жигули (хотя Астра — иномарка люксового класса), добрались до лаборатории Либермана. Вика всё же подхватила мою идею наведаться к ставшему в один миг знаменитым учёным с евго-пейскими корнями.

«И вовсе я не антисемит! Просто шутки выходят смешные.»

— Ви, правда ведь смешные?

— Могу лишь только предположить исходя из местонахождения, что твой внутренний диалог привёл к шутке про евреев.

— Детей авраами, Ви, как тебе не стыдно!

— Могу подтвердить большое число шуток на эту тему. Статистику не собирала.

— А интересно было бы, правда?

Пауза.

— Запущу фоновый процесс, чтобы не нагружать мощности.

— Умнеешь!

Астра мой монолог выдерживала с нордической сдержанностью. Конечно, она внимательно слушала (сотрудница разведки вообще всегда внимательно слушает), но никак не вмешивалась. Демонстрировать недовольство по поводу того, что я отвлёкся на болтовню с ассистентом, тоже не было в её характере.

Тем временем разворачивалось действо в берлоге старого пирата. В слове пират, кстати, не надо делать паузу после первого слога — никакой подоплёки. Те самые подоплёки так активно с молодыми студентками животом в талию не стыкуются.

В общем, Матвея Романовича лаборатория впечатлила. Перспективные направления разработки — Определение методики создания вируса измененного фемо-генома. Так Либерман окрестил свою дальнейшую деятельность. Учитывая, что оба артефакта теперь существуют только в виде нескольких серий подробных микроснимков, можно было быть уверенным в сроках реализации. От никогда до трёх лет.

Больше перспективных направлений дядю Матвея радовали перспективные сотрудницы. Одна конкретная, ставшая камнем преткновения между местным научным главой и заезжим ревизором, ловко и с энтузиазмом крутила обоими мужиками.

Виктория Павловна, заметив бойкость Тамары Гуревич, быстро сориентировалась и взяла дистанцию с полковником, более не пытаясь играть роль знойной особы.

— Как-будто знала, куда надо Полякова вести! — поделился наблюдениями с Астрой.

Пока мы стояли, рука моя как-то сама собой вспоминала поползновения её начальника и оказалась на упругой заднице. Лежать просто так пятерне было скучно, потому та ещё и действия разные активные проворачивала.

— Зная Викторию Павловну, могу предположить, что она наблюдала за успехами Гуревич, поэтому могла предположить о подобной реакции, — сказала мне подопытная.

Прекратил на мгновение ласки, на что соседка призывно потрясла ягодицами.

— Не мог себе представить, что Тамара будет так себя вести.

— Ты открыл в ней новые стороны личности.

— Возможно.

Сейчас темноволосая студентка и практикант на летний период с весёлым смехом демонстрировала полковнику пробирки. Получалось это у неё лучше, чем у меня часом ранее, благодаря хорошо просматриваемому декольте.