— Это само собой. Поиски подходящего одарённого временно отменяются. Купим себе пропуск на остров, а там уже разберёмся и с этой проблемой. Тайник, где я деньги оставил отсюда не так далеко. За хорошую сумму согласятся на крюк.

— Действуй.

За что торговался? Один йок делать будем всё, как решит бес. Он умнее — тут спорить бессмысленно. Да и делать всё в основном будет он, а не я. Выбил себе главенство, чисто, чтобы своё самолюбие потешить. Ну а что? Тоже польза.

Скрытно обойдя лагерную поляну, Ло выбрал местечко, где кусты подступали вплотную к открытому месту и потихоньку подкрался к их самому краю. Несколько секунд на осмотреться — и вот уже из кустов неторопливо выходит, поправляя штаны, якобы справивший нужду парень. Что за парень? Кто знает? Может, из обозных, может, из пришлых охотников. Это смотря, кто внимание на нас обратит.

Прошло гладко. Никому незнакомый мальчишка не сдался. Спокойно идём вдоль повозок, поглядываем на торговцев, расхваливающих свой товар, шастающим здесь же малыми группками, по двое по трое, охотникам, слушаем, что говорят те и эти. Не ошиблись в догадках. Ватага фатоев, возвращаясь из похода, специально перехватила на тракте обоз, чтобы мену свершить.

— Сударь, будьте любезны, — поймал за руку бес идущего мимо охотника. — Подскажите, где мне найти вашего старшину.

— А тебе зачем, малый? — приподнял бровь фатой.

— Есть к нему дело, — широко улыбнулся Ло. — Личное.

— Ну, коли личное, — хохотнул мужик. — Вон, видишь, за той повозкой стоит в шапке с барсучьим хвостом? Если смелый, иди. Моха у нас дядька суровый.

— Спасибо, сударь, — поблагодарил бес и направился к указанному человеку.

Не особо высокий, но дюже плечистый, с широкой рябой бородой и торчащими из-под шапки во все стороны лохмами, старшина фатоев своей статью походил на медведя. Брови густые, взгляд хмурый. Стоит, теребит в руках соболиную шубу. Не для себя явно смотрит. Короткая, бабская.

— Утра доброго вам, сударь Моха, — поклонился бес, подойдя к охотнику. — Парой слов перемолвиться бы.

Мужик нехотя отвёл глаза от шубы. Недовольный взгляд быстро скользнул по мне и переместился на торговца.

— Больше золотого не дам. И так грабишь.

— Да вы что, уважаемый, — взвился тот. — Два — моя последняя цена. Кто ещё кого тут ограбить пытается? Могу семя взять, но лучше деньгами. Видите же, что товар первосортный.

— Семя ему, — пробурчал себе в бороду дядька и зло бросил шубу в руки торговца. — После хортов тут прямо весь лес семенами усыпан. Ходи подбирай только. Ещё поищу.

— Поищите, поищите, — ухмыльнулся обозник. — Лучше товара, чем у меня, здесь ни у кого нет.

— И поищу.

Фатой отвернулся от торговца и широким шагом двинулся дальше.

— Сударь, Моха, — напомнил о себе поспешивший за охотником бес.

— Тебе ещё чего? — покосился на нас мужик.

— Цена конская, но имея деньгу, почему бы не взять? Так-то шубка хорошая.

— Не старайся, подослыш.

— Я? Да нет… Вы не поняли, сударь. Я бы вам заплатил за услугу. Хорошо заплатил. Мне на Фат нужно.

Охотник остановился. Маленькие серые глаза исподлобья уставились на меня.

— А ты наш, что ли?

— Нет. Родню ищу. Есть надежда, что на вашем острове сестрица осела.

— Чужаков не беру, — затряс патлами дядька. — Такое только с разрешения выборных. Надо, чтобы кто-то за тебя поручился сначала. Богатый? Так могу за плату письмо передать. Ответ потом в форт забросят, что дальше по тракту.

Отказ не смутил беса.

— Знаю. Всё знаю. Но время… Время не терпит. Разрешение выборных будет. Куплю. Слышал, на Фате так можно.

— Что? — хрюкнул дядька. — Настолько богатый? Тогда десять золотом. Мне. И моей жене шубу.

И непонятно, шутит он так или нет. Деньги ведь сумасшедшие просто.

— Шутите, сударь? — подозрительно нахмурился Ло.

— Я на шутника похож?

Дядька пока рычал, но по его лицу было видно, что он в шаге от перехода на ор.

— Думаете, только вам позволено нас обдирать? — всё сильнее багровел обиженный торговцем охотник. — Хочешь попасть на Фат в этом сезоне, заплатишь втридорога. Я же вижу, что тебе, кунь торгашская, позарез нужно. Я людей насквозь вижу. Считай, дар такой.

Втридорога? Да тут в десять, если не в сто раз больше цена, чем оно есть на деле! Этот Моха совсем озверел. Ещё и выборным каким-то платить. Бесу-то на деньги мои наплевать. Особенно сейчас, когда порешили, что на Землю он во мне перейдёт. А я прекрасно помню, как потом и кровью зарабатывал свой первый серебряный. Я богатства Ангуса своим лучше оставлю, чем вот так разбазаривать. Чего тянет Ло? Пора связями козырять.

— Вы не правы, уважаемый Моха, — чуть ли не ласково проблеял свой ответ бес. — Я к торговцам отношения не имею. Охотник, как и вы.

— Да хоть сам император. Я цену назвал.

— Ну что же. Вы в своём праве. Всякая цена справедлива, если её готовы платить.

И вот тут я не выдержал. Изгоняю беса и поспешно вставляю:

— Только, может быть, получится сделать скидку другу вашего земляка. Как-то мне довелось сражаться бок о бок с Рабаней-Туманником. Вот бы кто точно за меня поручился, окажись он здесь.

Насупленное до того лицо Мохи странно вытянулось.

— Большой такой? Лысый? — изменившимся голосом спросил дядька.

— Да нет. Маленький, чернявый, косматый. Волосья повсюду. При нём Брант — здоровяк.

Проверяет. Теперь убедился, что знаю Рабаню, а не просто где-то имя услышал.

— Говоришь, друг твой? — прищурился Моха.

— Почти брат. Боевой товарищ. Спина к спине бились.

Фатой медленно втянул носом воздух. Что-то не то с его рожей. Шагнув ближе, охотник положил свою тяжеленную лапу мне на плечо. Приобнял за шею, притянул к себе, словно собираясь что-то по-свойски шепнуть на ухо…

И внезапно зло прошипел:

— Друзьям этой вшивой облезлой хортихи я в голодный год своего дерьма не отсыплю. Не всё в мире продаётся и покупается. Пошёл с моих глаз, щенок!

Рука фатоя соскользнула с моего плеча мне на грудь. Вторая опустилась на спину. Сейчас меня оттолкнут. Что же делать?

В груди охотника полыхает струна. Одарённый. Тянуться? Отдать его бесу? Или всё-таки нет? Враг Рабани — ещё не мой враг.

Не идеально, но результатом я в целом доволен. Упрямый мальчишка мог упереться сильнее. По большому счёту для меня меняется не так уж и много. Я в любом случае буду решать большинство задач, где не требуется применение дара. Всё, как раньше. Китар тут же доказал, что не станет отказываться от тех преимуществ, что даёт нашей паре моё нахождение у руля. Последнее слово за ним? Ну так мальчишка и, дав обещание слушаться, мог бы запросто вмешиваться, объясняя это желанием помочь. Кнопка переключения управления с пилота на пилота есть только у него. И наказать его потом всё равно нет возможности.

К условиям прошлого договора прибавилось немного конкретики — в частности, прозвучали хоть какие-то сроки, чего раньше не было. Год, потраченный на бесполезные поиски — не такая уж и высокая плата. Хуже то, что проверить барьер в предстоящем переходе на следующий пояс у меня не получится. Впрочем, может быть это и к лучшему. Если на пристани будет ждать новый сторож, ему не почуять меня в теле Китара, пока мальчишка стоит у штурвала.

Но проверку не обязательно откладывать на такой долгий срок, как это задумал Китар. Люди возвращаются с Земли в Предземье и без кубиков-пропусков. Выясню, как это делается и протестирую переход в другом теле, когда у меня такое появится, без ведома мальчишки. Куда больше меня волнует сам результат проверки, а не сроки её проведения. Если барьер меня выкинет, я окажусь в стопроцентной зависимости от Китара.

А потому, поиски его сестры, которыми я, надеясь на поглощение личности носителя, не собирался заниматься совсем, всё-таки придётся вести. Если не её саму, то хотя бы подтверждение гибели девочки стоит найти вне зависимости от результата проверки барьером. Мне не нужен Китар, навсегда застрявший во втором поясе. Пока мальчишка жив, у меня всегда есть ещё один шанс, так что пусть парень движется вверх вслед за мной, чтобы мне не пришлось далеко откатиться назад, случись роковая ошибка.