Но это только, если я вообще способен взбираться к Вершине по поясам без Китара. Если нет, то поиски сестры носителя и тем более — задача номер один. Мысли, как встать на след этой Тиши имеются, но найти стартовый ключ к этому пути будет непросто. Откладываю эту проблему в разряд обязательных и возвращаюсь к текущим вопросам.

Первый из них — поиск нового тела. Второй — переправа на Фат. Впрочем, очерёдность может меняться. Без подпитки бобами, как в пору моего путешествия через дикие земли после встречи с магом, выживать в лесу в одиночку нам будет сложнее, но задача решаемая. Китар способен нести стражу, пока тело под моим управлением спит. Духу беспрестанное бодрствование — не помеха. При появлении опасности просто разбудит меня, отшвырнув от руля. Жаль, что это не сработает в обратную сторону. Из меня бы вышел более бдительный охранник.

И вот мы на месте. До лагерной поляны всего пара километров. Как я и рассчитывал, вчерашние обозники остановились на ночлег здесь. Но, кроме них, там ещё кто-то есть. Подбираемся ближе.

Удачно! Девяносто процентов, что это — фатои. Незаметно смешаться с толпой не проблема. Выходим из леса. Всё верно — ватага тех самых островитян, что нужны нам. Как говорят охотники: на ловца и зверь бежит. Дело за малым — напроситься в попутчики. Деньги оплатить переправу у нас почти есть — до места, где они спрятаны всего пара часов пути. Если бегом, то даже быстрее. В крайнем случае уговорю фатоев сделать небольшой крюк.

Старшина найден. Инициирую разговор на нужную тему. Неудачный, конечно, момент — охотник разозлён ушлым торговцем — но выбора нет. Как я и боялся, нас грабят и грабят по-крупному. От Бранта с Рабаней я слышал, что купить себе вид на жительство у местной выборной власти не так уж и дорого в наших нынешних представлениях. Речь шла про десяток золотых за весь выводок вместе с Айком и Линой. Но это, если без скидки за лекарский дар пацана. Соответственно, узаконить пребывание Китара на острове обойдётся нам и вовсе в смешную сумму.

Этот Моха же за одну только доставку на Фат требует дюжину золотых, если с шубой. При других обстоятельствах я бы послал его в магнитную аномалию и отправился бы на поиски другой ватаги фатоев, но сейчас мы не в той ситуации. Скоро выжившие в ночной резне дружинники Зимородовых всполошат всю округу, и известие про банду опального Милоша Соболевского вполне может спровоцировать облаву. Купеческие охранники наверняка переиначат случившееся так, что Китар превратится из жертвы в провокатора конфликта. Так что времени у нас нет, а золото есть. Выбор очевиден.

Зачем… Вдруг, у этого Мохи с Рабаней конфликт? Конкуренция часто приводит к подобному. Как же любит Китар влезть, когда его об этом не просят. Видно, просто не терпится продемонстрировать свою власть. Он же главный у нас. Впрочем, жадность я тоже не исключаю. Речь идёт про действительно серьёзные деньги. Фатой словно почувствовал, что я соглашусь на любую цену. Зря я так спокойно озвучил намерение заплатить выборным.

Дно вселенной! Я попал в точку. Имя Рабани оказало нам медвежью услугу. Теперь только захватывать тело ватажника. Китар видит нить дара. Плохой вариант, но сходу я другого не нахожу. Даже без доступа к памяти Мохи я сумею обеспечить для нас переправу на Фат. Объявлю охотникам, что парень отправляется с нами, а позже устрою сам себе несчастный случай с фатальным исходом. Вряд ли кто-то оспорит предсмертный приказ старшины. И тем более вряд ли ватага не в состоянии вызвать корабль без своего предводителя.

Нет?! Почему?! Китар позволяет отбросить себя. Толчок не столь сильный — на ногах устоять получилось.

— Ты оскорбил меня! Вызываю тебя на поединок, Моха!

Мальчишка кричит так, что слышно половине лагеря. К нам тотчас же поворачиваются десятки голов. Вот и договорились по-тихому.

— Что ты вякнул, щенок?!

Злить и так уже багрового от распирающего его гнева охотника дополнительно смысла нет. Вызов будет принят. И это — выход. Здесь Китар — молодец. Придумал альтернативный вариант даже быстрее меня. У ватажников поединки — чуть ли не священная традиция, и Фат здесь не исключение. Другое дело, что старшина мог бы и не принимать вызов какого-то обнаглевшего мальчишки. Тратить время на каждого дурака — перспектива сомнительная. При других обстоятельствах Китара запросто бы могли избить всей ватагой, но сейчас доведённый до нужного состояния Моха возжелает наказать наглеца самолично.

— Поединок! Бросаю тебе вызов! — повторяет Китар. — Надо научить тебя отвечать за свои слова.

Надо. Только учить буду я. И ещё нужнее сразу обозначить желаемую при победе награду.

— Учить?! Меня?! Да я тебе руки-ноги переломаю, щенок! Вызов принят!

— Сломай мне хоть палец, и я тебе ту шубу куплю, — надменно хохочет Китар.

— На лекаря деньги оставь, хвастливая шавка! Здесь и сейчас! На голых кулаках! До смерти или пощады!

Замечательно! Моха сам себя припёр к стенке. Вызов бросил Китар — условия поединка озвучивает другая сторона. Услышав их, можно и отказаться, но это — страшный позор. Охотник мог выбрать стандартное: “до сдачи”, но решил сразу повысить ставки. Сейчас он удивится.

— Согласен, — злорадно улыбается Китар. — Дайте простора, — разгоняет он жестами рук сбежавшийся к месту событий народ и начинает отстёгивать ножны от пояса.

Лук копьё и колчан уже на земле. В предвкушении зрелища люди торопливо расступаются, освобождая пространство вокруг поединщиков. Возбуждённый бубнёшь, крики, смех. Охотники с хохотом тычут в мальчишку пальцами. Как обычно никто не верит в шансы подростка.

— Чего ржёте? — поворачивается Китар к группе ватажников. — Настолько уверены в своём старшине? Может, об заклад кто побиться готов?

— А деньги-то есть? — смеются в ответ. — Доставай. А то с трупа потом взятки гладки.

Скользкий момент. Пора бы мальчишке уже вызвать меня.

— С собой золото таскать — не дурак, — кривится Китар. — В тайнике мои деньги. Слабо на слово поверить? Вы же уверены, что ничем не рискуете.

— Всё он брешет. Придумал какое-то золото, чтобы Моха его не прикончил. Мол, должен же кто-то проигрыш отдавать. Ну его в лес, мужики!

— Струсили? Ну, как хотите.

И, повернувшись к успевшему тоже сбросить с себя всё лишнее Мохе, Китар громко кричит:

— А что сам, старшина? Не побоишься подлить интереса к нашему бою? Моя победа — берёшь меня на Фат. Одолеешь меня — два десятка золотом отсыпаю.

Народ дружно охает. Деньги огромные. Никто не слышал наш с Мохой разговор, где звучала чуть меньшая сумма. Ватажник на крючке. Отказываться от такого подарка, когда в твоей победе ни у кого нет даже тени сомнений, покажется как минимум странным. Даже если мальчишка наврал про своё богатство, старшина ничего не теряет.

— Пытаешься купить свою жизнь, сопляк? — сотрясается фатой в хохоте. — Принимаю. Обманешь — пощады не жди. Считай выторговал себе ноги на время. Только руки сломаю. Сможешь меня к своему тайнику отвести, богатей.

И по звучащей в голосе Мохи радости сразу понятно, что ватажник уже мысленно положил себе эти деньги в карман. Гнев уже отпустил мужика. В блестящих глазах теперь превалирует желание повеселиться.

— Начинаем!

Фатой делает первый шаг в нашу сторону. Пора. Китар театрально кланяется многочисленной публике и тут же призывает меня. Дело сделано. Дальше рутина с известным итогом. Поединок сейчас, когда по долям мы не уступаем любому противнику, для нас — панацея. Я просто не могу проиграть.

Сближаемся. Моха бьёт. Выпад длинной руки очень быстр. Троерост у охотника тоже у потолка. Отклоняюсь. Задачи как можно скорее победить у меня сейчас нет. С фатоем нам ещё вместе переправляться на остров. Унижать больше нужного его не хочу.

Ещё удар. Подныриваю под руку и бью снизу в рёбра. Достал, но на самом излёте. Противник явно ждал мой ответ и успел отшатнуться. Ложный выпад. Ещё один. Взмах ногой — и в прыжке с разворота каблуком прямо в нос.

То есть должен был попасть в нос. Вместо этого падаю, поймав грудью встречный удар ногой. Подошва Мохиного сапога оставила след на рубахе. Это что? Недосып? Как он смог раскусить комбинацию? Эта связка за гранью местных знаний рукопашного боя.