— Скрываю восхищение к тебе и безответную любовь за грубостью и глупыми шутками, — поспешил исправиться.

— Другое дело, — хмыкнула, — дверку мне откроешь?

Я же замер, осознавая какую дверку надо было открыть для своей дамы.

— Ни себе чего… — только и произнёс.

Не знаю какой марки была эта машина представительского класса — сбоку не видно, но размером и стоимостью это было что-то запредельное.

На свою начальницу посмотрел совсем другим взглядом, изучающим. Совсем не понимал, что происходит. Но пассажирскую дверь открыл.

— Спасибо.

— Рад стараться!

Вика заняла место с грацией женщины, каждый день садящейся в дорогое авто. Дверку за ней прикрыл и поспешил занять место с противоположной стороны.

В дороге мы ничего не обсуждали. Мне было очень любопытно, с чем связан подобный выход в свет моего любимого куратора, да ещё в сопровождении моей скромной персоны, но Вика показательно молчала и редко даже поворачивалась в мою сторону. Так что наблюдали мы дорогу сквозь лесополосу, где Ганс меня катал на своём мерине, а потом городские пейзажи Астрахани. Неплохой город, особенно аккуратным он стал с приходом сюда большой науки и связанных с этим денег. Старый кремль радовал глаз.

К Империуму нас подвезли к главному входу. Удивился бы, если бы было как-то иначе, учитывая статус женщины, её внешний вид и дорогущее авто, нанятое непонятно по какому случаю. Дверь машины снова выпала честь открывать мне, а входную в ресторан перед спутницей распахнул хостес.

— Виктория Павловна, рад Вас снова видеть! — поздоровался стильного вида мужчина с сединой в бороде.

— Михаил Петрович, Вы, как всегда, галантны. Есть чему поучиться молодому поколению.

Намекала Вика на меня, как это понял я и встречающий работник ресторации. Но надо отдать ему должное, в обиду меня не дал.

— Ну, что Вы, Виктория Павловна. Мы слышали про вашего спутника только хорошее, — дал он ответ, а потом повернулся ко мне, — Здравствуйте, Галактион Гордеевич! Очень рады, что Вы наконец-то добрались и до нашего заведения. Если кто-то в нашем уютном ресторане будет себя вести сегодня неподобающем образом, на ваш профессиональный взгляд, вы уж, будьте любезны, сообщите сотрудникам — не нужно брать это бремя на себя. У нас замечательная охрана.

— Здравствуйте, Михаил Петрович, рад знакомству! Постараюсь не доставлять хлопот.

— Приятно отобедать.

Нас передали в ведение миловидной официантки. Она вежливо улыбалась, но старалась при этом совершенно не привлекать внимание. При Виктории Павловне этого сделать практически невозможно, но привычка у неё сохранялась.

Когда она подвела нас к нашему столику, за ним уже ждал третий участник сегодняшнего вечера. По нему я понял повод для сбора, но не выбранную атрибутику.

— Виктория Павловна, Галактион… Гордеевич. Рад встрече!

Какой учтивый сукин сын! Не хорошо так говорить про человека, которого плохо знаешь, но что поделать. Моё чутьё орёт просто о том, что старый козёл хорошим человеком не был. Слишком он был говнистым до мелочей.

Прямо, как сейчас. Отметил несравненную мою начальницу — высказался с обожанием. И меня отменил — парой ласковых слов. Щегол, мол, цени, как к тебе старшие благоволят.

— А я бы сформулировал это иначе, — ожидающе посмотрел на свою компанию с кривоватой улыбкой, — удивлён встречи…

На тебе дед! Вижу, как ты напрягся, ожидая от меня срани какой. Хрена с два-с! Я при богоравных только язвлю, как змея, но не кусаюсь.

— … Но рад, конечно. Рад! — нагло вру, — зато теперь понятен выбор подобного наряда у несравненной моей… временной спутницы. Уж было грешным делом… Каюсь, кстати, не заметили тут отца Ферапонта?..

Вика улыбнулась, не сдержалась всё же властительница малахитовых недр.

— … подумал, что для меня подобная честь. Но, миловал, да… вышестоящий начальник.

Теперь Вика даже посмотрела на меня с укором.

— Понял, затыкаюсь! А давайте, поедим? Обед, как-никак! Хочется откушать.

Единственная наша спутница заняла место за нормального размера круглым столом. Я помог ей со стулом, как галантный, а главное — молодой, кавалер.

Первым успел, старый ты хрыч!

Моё руководство не спешило даже просто говорить, не то что начинать какой-то серьёзный разговор, поэтому последовали моему совету: сделали заказ и начали с закусок насыщать голодающие организмы.

Когда спустя почти час с приятным делом мы закончили, я решил перейти к разговору. Возможно, он получится менее приятным, но я постараюсь сделать красиво. Мне же, в конце концов, с Викой ругаться не нужно.

— Что же, аппетит больше никто никому испортить не может, поэтому я возьму вступительное слово во второй части нашей встречи.

Паясничать не стал, за что получил одобрительный взгляд со стороны блистательной, а сегодня особенно из-за белого наряда, женщины.

— Василь Аврорьевич, у вас есть ко мне вопросы?

Мужик явно не рассчитывал на моё подобное поведение. Думал, что я буду увиливать или извиняться, а тут такая наглая уверенность с моей стороны. Откровенно говоря, сейчас назвать дедом сидящего по правую от меня руку полковника — было трудно, он перед нашей общей знакомой явно преобразился. Но ко мне настоящему он был не готов.

— Позвольте я поясню, — взглянул на Вику, но та не вмешивалась, — я не собираюсь рассказывать о причинах, которые побудили меня к действиям. Важно лишь то, что в результате произошло ваше знакомство с Викторией Павловной. У вас есть ко мне претензии, полковник?

Смотрю на оппонента.

— Тебя ничего не смущает? — всё же решает он уточнить у меня наличие чего-то схожего с его представлением о совести.

— Нисколько, а Вас? — снова давлю на необходимость ответа.

— Я доволен произошедшим знакомством, — решает ответить Василь Аврорьевич, переведя взгляд к нашей спутнице.

— Замечательно. Виктория?

Поворачиваюсь к женщине, оценивая её реакцию. Ни полковник, ни я не получаем ожидаемой реакции. Моя куратор занята чем-то в своём смартфоне.

— Вика, — после небольшой паузы напоминаю о разговоре.

Она не сразу, но всё же отрывает взгляд от экрана устройства.

— Да, Галактион?

Вижу, что начальница ещё переваривает новую информацию, но уже готова воспринимать окружение. Интересно, что она предпочитает получать новости в текстовом варианте, хотя за её ухом висит капелька гарнитуры, как и у меня. Видимо так удобнее с её частыми встречами.

— В свою очередь, хочу спросить, есть ли у тебя какие-то вопросы к моему поведению?

Виктория рассматривает меня очень внимательно, словно оценивает заново.

— У меня нет вопросов к тебе, Галактион, — отвечает она голосом мягким, но слегка уставшим.

— Может, есть претензии? — решаю уточнить.

Уж не знаю, захочет ли она при свидетеле обсуждать со мной личные моменты, но раз уж такой формат встречи она выбрала, надо пользоваться. Понятно, что она хочет закрыть вопрос с полковником мною же. Ты притащил — ты и разбирайся. Но такое её облачение всё ещё не даёт мне покоя.

— Никаких, Галактион.

Странно.

— А у меня есть претензии, или были, даже не знаю теперь — делаю вид, будто размышляю, — уверен, это тоже лежит на поверхности.

— Были, Галактион, — спокойно и уверенно говорит Вика, — теперь у тебя не должно быть ко мне претензий.

— Запрет снимается? — уточняю.

— В нём больше нет нужды.

Достаточно продолжительное время мы ещё смотрим внимательно друг на друга. Как-то это вышло сильно. Думал, что Виктория захочет сделать ответный удар, а выглядит всё как урегулирование ситуации. Сыграл ли я на руку Лебедевой? Даже не знаю.

— Я пойду, тогда? Работать ещё надо, — высказал предложение.

— Да, Галактион, иди. Спасибо, что сопроводил меня.

Во взгляде полковника читается сомнение, но его я трактовать не могу. Встаю один, потому что моим спутникам не требуется отдавать должное моему уходу.