— Как не красиво с твоей стороны отделять женщин от людей. Но в чём-то я с тобой согласен.

— Я не это хотел сказать.

— Забей, мужик! Я понимаю твои затруднения и готов тебе немного помочь. Но ты должен хоть немного войти в роль. А то так и будешь рисованные сиськи путан в кабаке компьютерной игры называть «какая красивая грудь».

— Так это…

Штильнец опять начал припираться, но я его прервал.

— Не шуми, проф. Нормально выражать галантность и уважение к женщинам. Но когда тебе нужна уверенность, можно стать грубее. Вот над этим надо поработать в самом ближайшем будущем.

— Хорошо, я согласен.

— Через час заезжай за мной на своём красном звере.

Ответа с той стороны я сразу не услышал.

— Ты уже побежал заводить машину? — задал уточняющий вопрос в надежде, что Ганс на той стороне не лежит с инфарктом, — рановато.

— Я тут… А что мы будем делать?

— Учиться называть сиськи сиськами.

Серьёзно ответил временному подопечному. Не стал говорить коллеге, что он будет выступать в роли моего рикши, чтобы дорожная полиция меня не остановила.

— Никак не привыкну к твоим шуткам.

От его реакции чуть не заржал в голос. Пускай пока думает, что это была шутка.

— Всё, Ганс, отбой! Приведи себя в порядок и заезжай за мной. Я пока сделаю пару звонков.

Закончил разговор с Гансоном-Варваром, или Яростным Штильнецем (не знаю, надо будет подумать над его новым прозвищем) и набрал номер дочери. Конечно, это сделала Ви, а не моя обленившаяся жопа, но главное — кто руководит.

Янка перебросилась со мной только парой слов, ссылаясь на свою занятость. Голос у неё был чем-то очень удивлённый и немного паникующий. Такой, если бы профессор Штильнец, глядя в упор на грудь, всё же назвал её сиськами. Странное сравнение в отношении дочери, но оно само собой пришло в голову, учитывая слышимую в фоне явно старающуюся сдерживать смех Лену. Не стал докучать своим женщинам, договорились с Яной созвониться завтра.

Второй номер набирал с некоторым волнением. Звонил весёлой женщине самой древней женской профессии, услугами которой пользовался время от времени. Обворожительная Катрина, в мирской жизни — не побоюсь этого выражения (и привет отец Ферапонт) — просто Катя, моему звонку в вечер субботы удивилась. Даже обрадовалась, когда я предложил встретиться. И найти ещё одну коллегу обязалась, если я поделюсь своими приключениями в баре Красный Бык, о которых уже ходят легенды по городу.

На том и сошлись. После разговора отправился собираться к выезду. Как обычно, мыльно-рыльные дела, вытирашечки и выбор комплекта на вечер. Не стал особо заморачиваться, выбрал лёгкие джинсы, рубашку на выпуск и кеды на ноги.

— Галактион, я всё же напомню, что Виктория Павловна не рекомендовала тебе пока покидать научную территорию, — проговорила динамиком Ви.

— Я под прикрытием, Ви, не думаю, что будут проблемы.

— О, да…

— Не может же мне так не везти, верно?

Решил развеять сомнения.

— Тебе рассчитать статистически или согласно истории наблюдений?

— Не нужно! Сегодня мы последуем по стопам Фортуны!

Ответа не последовало.

— Ладно тебе, даже не пошутишь?

— Мне будет интересно наблюдать.

— Надеюсь, всё пройдёт скучно. В плане что… а, ладно, уже подъехал Ганс.

Машина у него, конечно, шикарная. Он её ещё и помыть успел каким-то образом, теперь она блестела в свете ночных фонарей. Приоделся мой вечерний партнёр по развлечениям не в пример мне броско. Я бы назвал его денди 21-го первого века, если бы только в таком виде он не был похож на сутенёра. Лысого, располневшего, но, сука, не потерявшего хватку. Смех сдержал, но улыбка заняла всё моё лицо.

— Ганс, да ты выглядишь как настоящий гангстер в этом своём пиджаке с вырезом до пупка.

— Я полагал, — замялся взрослый лысый и довольно крупный мужик, — это что-то из эпохи джаза.

— О да…

Тля, вылитый pussy dolls Master.

— … с цветом ты угадал.

Пиджак и брюки были нежно-розового цвета.

— И камешки очень симпатичные.

Мелкие прозрачные блестяшки по всему лацкану от низа до верха.

— Спасибо! Думал пойти в нём завтра на встречу со Светланой…

— Но ты верно надел его сегодня, — быстро перебил своего коллегу, — суперуместно. Завтра что попроще выбери, чтобы девушку не смущать. Вдруг она будет одета просто?

— Точно, — задумался Ганс.

— Всё путём! — хлопнул своего розового братуху на вечер по плечу, — ща помчим.

— Тут ограничения по скорости.

— Да кому мы ночью нужны, — начал слегка его раззадоривать, — тем более у кампуса Биотеха, где тачки только у полутора калек.

— Они инвалиды!

— Да-да, и у тебя ещё, — улыбнулся.

— А…

— Не будут же копы ждать твоего красного мерина?

— Это вряд ли.

— Ну вот, всё путём!

Кажется, повторяюсь. Не особо я в курсе сленга даже местной около криминальной братии, а американские фильмы про банды чёрных районов давно не смотрел. Надо образовываться! Теряю эрудицию.

— Так, дай доступ моему ассистенту к системе, надо поставить соответствующую музыку.

Мы сели в машину. Хотя машиной это произведение автопрома я назвать со спокойным сердцем не мог. Это, мама моя — порядочная женщина, просто вторая мужская мечта, для меня по крайней мере в рамках сиюминутной классификации. Для Ганса Штильнеца точно первая, отодвинув прекрасный пол куда-то в глубины списка.

Пока я пускал слюни, Ганс смотрел на меня с сомнениями.

— Давай, — поторопил его, — не жмись!

И начал подпевать сам себе

— I done came to the club about 50−11 times…

— Мы же не собирались в клуб, — заметил первый pimp Биотеха.

— Я уже сходил. Теперь нам надо будет припарковаться с пафосом и рассказать о моём посещении клуба двум привлекательным барышням.

— О…

Не знаю, испугался профессор или обрадовался, но доступ к медиатеке Ви получила. В колонках сразу заиграл хит ребят с восточного побережья.

— Охренеть у тебя акустика!

Пришлось повысить голос, чтобы высказаться.

— Слишком громко!

Стал возражать Ганс, но мы уже сорвались с места. Хотел бы я так сказать, только на деле мы еле плелись.

— Йо, Ганс, а у тебя пневматики нет на подвеске?

— Есть, — ответил немец.

Он точно имел в виду ту, что позволяет менять машине высоту дорожного просвета.

— Так вруби, попрыгаем.

Этим я его загрузил наверное на полминуты.

— Ты намекаешь, что мы плетёмся?

— Ох, ёпт. Кажется, братуха злится, — раз уж начал его подзуживать, останавливаться не собирался.

— Сам попросил.

— Ееее…

Опять же, хотелось бы сказать, что я круто прокричал от восторга, но это было не так. Меня вдавило в кресло, и свой восторг я выразил сиплым блеянием. Но оно того стоило! Не знаю, что за хрень толкала эту тачку, но делала она это хорошо. Под капотом точно не стоял двигатель внутреннего сгорания, в Биотехе они запрещены. На электричку тоже не походило, потому что машина словно томно рычала от наслаждения, показывая после длительного простоя свои настоящие возможности.

У Ганса заблестели глаза от восторга.

— Красный кабриолет с серийным номером… остановитесь.

А, нет, это дорожный патруль врубил проблесковые маячки. Или они были включены, а мы просто не успели ребят заметить. Это плохо, меня могут ожидать. В розыск, конечно, меня никто не объявлял, но среди своих могли информацию распространить. Только я пассажир, а значит вряд ли кому-то сдался. Но подстраховаться не помешает.

— Ви, вызови мне и профессору Штильецу сюда пару модулей такси.

— Принято, — подтвердила ассистент, — а зачем два?

— Будем использовать уязвимость транспортной сети, если понадобится.

Остановились, заглушили музыку. К нам подошёл сотрудник охраны дорожного порядка, представился лейтенантом Криворуким. Очень хотелось пошутить, что человек правильно определил своё призвание в детстве и не пошёл в строители, но я был занят тем, что рисовал на экране раскладного планшета путь побега для Ви.