— Рассказывайте.

Замечательный фокус! Мне и правда не пришлось стирать память стоящему на часах Слухачу. Ночь сегодня темна, но не настолько же, чтобы приземляться прямо посреди лагеря. Такое сидящий на его краю караульный, уж точно заметит.

А вот невидимками — запросто. Кэйлор бесшумно опустился на свой спальный мешок, служащий в тёплое время года подстилкой, и я, отпустив якобы мирно спящего друга, на остатках дара прокрался к своему месту. Да, караульный вроде что-то расслышал, так как поднялся и попытался найти взглядом источник звука, но, не заметив ничего подозрительного, снова уселся на место. Темнота — это здорово.

А суть фокуса в чём? Важно, кто кого нёс, когда я призвал дар. Перед вылетом я слегка приподнял повернувшегося ко мне спиной Кэйлора, и, когда мы оба исчезли, Его Величество рванул вверх, увозя в небо сразу двоих невидимок. Теперь знаем, как обмануть тех, кто увидит, как мы рухнули в воду. Как рухнули, так и обратно взлетим. За минуту Хайтауэр нас унесёт далеко-далеко. За деревьями спрячемся — всё, считай сгинули.

Всего несколько дней — и Ло получит свой пропуск, ну а я, наконец-то, свободу. Пусть свободу и временную. Да и йок с ней. Ничего нет важнее, чем помочь колдуну. Главное, что с таким помощником, как Его Величество, я уж точно найду свою Тишку. Нам ведь теперь никакие стены — не помеха. Невидимками легко залетим в любой терем, в любую крепь, в любой город. А уж как быстро мы станем перебираться из княжества в княжество… На трёшке даже с грузом можно мчаться по небу всю ночь напролёт.

Теперь ясно, как у Вилоров выходит так быстро перемещаться по Ойкумене. С таким даром с их острова на большую землю можно в один присест перепрыгнуть. Даже Хо так летать не умел. И понятно, на Земле золотых нор не было. Трёшка — это могучая сила. По себе знаю. Моя Личина — тоже великая вещь. Вот бы ещё и Клинки поднять. И Невидимость…

Как заснул в замечательном настроении, так и утром трясусь в седле, пряча улыбку, что нет-нет появляется на лице Дона, стоит мне замечтаться о радужном будущем. Перспективы передо мной открываются одна другой лучше. Только ждать их ещё и ждать. Едем медленно. Что для конного — всего несколько дней, для обременённой обозом и пешими воинами армии — вся пара седмиц.

— Глянь, как скачет, — кивнул Крюгеру так до сих пор и не примирившийся с Доном Макс на спешащего к хвосту нашей походной колонны всадника. — Видать, важное донесение. Лошадь в мыло загнал.

Обогнав по обочине повозки обоза и пеших солдат, вестовой нашёл в строю конных старшину межречинских Тёмных и, отозвав того в сторону, начал быстро ему что-то докладывать. Происходило это от нас далеко, так что о чём они говорят слышно не было. Явно важное дело. Рамс уже позвал к себе взмахом руки командира межречинских Светлых. Видно, их эта новость касается.

Остин тоже заметил. По приказу капитана петровских бездушных, возглавлявшего объединённую армию, вся походная колона остановилась, и наш старший, как и славгородские командиры Тёмных и Светлых, поспешили к месту событий.

— Ну-ка, послушай, о чём они там, — повернулся Макс к Луису, среди даров которого имелся и Звериный слух.

— А, думаешь, можно? — засомневался Слухач. — Прилетит потом.

— Не прилетит, — поддержал Макса ещё один петровский Тёмный по имени Дастин. — Они далеко не отъехали. Рядом с народом трещат. Было бы что-то секретное, ещё бы и глушью прикрылись.

— И то верно, — согласился Слухач. — Ничего себе!

Луис едва не подпрыгнул в седле.

— Что там? Что там?

— Да подождите. Сейчас, — отмахнулся от нас погрузившийся в чужой разговор одарённый. — Да уж… Вот это да! Обалдеть!

— Вот скотина, — зло пробурчал заинтригованный Макс. — С тем же успехом могли командира дождаться.

— Межречинск обчистили, — наконец выдал Луис.

— В смысле?

— Сокровищница. Её кто-то вскрыл. Обе части — и княжью, и орденскую.

— Но как? Там же запрет наложен! — охнул подъехавший к нам Слевер.

Командиров других двух Тёмных отрядов петровщины Остин с собой не позвал, так что Луиса окружили сейчас все бездушные княжества. То же самое происходило и у наших союзников. Что славгородцы, что тем более взволнованные особенно сильно межречинцы обступили своих Слухачей.

— Двое Светлых убито. И дружинники тоже, — продолжал с нами делиться услышанным Луис. — Все, кто ночью охраной стоял, все легли. Убивали дарами и тихо.

— Это что же, отступники? Несколько? — удивлённо пробасил кто-то.

На него дружно цыкнули, и Луис продолжил.

— Двери целы. Все двери. Замки на них тоже, — выдавал Слухач порциями, делая между фразами перерывы. — Как были закрыты, так и остались нетронутыми. Часовые на воротах и стенах клянутся, что никого не видели. Наверное, невидимкой пролез и сквозь стены прошёл. Думают, что один всё же был.

— Как один? — охнул кто-то.

— Одному даже проще, — уверил всех Слевер. — Толпой не сработаешь тихо. Но запрет…

— Обалдеть! — вновь подпрыгнул Слухач, взгляд которого был направлен на обступивших вестового старшин. — Просто вырезал дырку. Прямо в стене. Стена тоньше, чем дверь.

— Как? — не выдержал Макс. — Там же наложен запрет. Никакие дары, ни те стены, ни ту дверь, не берут. Хоть Невидимыми мечами их режь — всё равно не разрежешь. Или врут нам?

— Не врут, — буркнул Слевер. — Против запрета островных не попрёшь. Это кто-то из них. Больше некому.

— Короба повскрывал, — продолжал охать Луис. — Подчистую всё выгреб. Хотя нет. Только семя и жемчуг. Бобы брать не стал.

Ох и умён всё же Кэйлор. С бобами он верно подметил. Не сильно те и нужны им, Вилорам. Походу, грабитель уже троеростом упёрт в потолок Ойкумены. Но, как же такое возможно? Среди Хранителей Равновесия тоже есть крысы, которые обчищают своих же? Кто-то сильно торопился на Истину и решил так схитрить? Или…

Ёженьки… А вдруг это Ло? Не дождался от меня помощи и решил семенами отмер свой поднять. Уж кто-кто, а колдун точно смог бы придумать, как наложенный Вилорами запрет обойти. И Клинки у него тоже есть, и Невидимость. Я-то думаю, что он далеко, а он тут, считай, у меня под носом. До Межречинска от Петрова всего седмица пути.

Только там колдуна уже нет. Как бы быстро вестовые не гнали своих лошадей, а этой новости уж точно уже не меньше нескольких дней. Тот, кто обчистил сокровищницу в Межречинске, уже давно сбежал из ограбленного города, а скорее всего, так и в княжестве его уже нет.

И это не я один понимаю. Несмотря на случившуюся у них дома беду, межречинский князь не зовёт своих воинов немедленно возвращаться обратно. Охранять опустевшую сокровищницу уже поздно. Той займутся Хранители Равновесия, которых уже, вроде как, вызвали. И грабителем тоже займутся. Тёмные в один голос твердят, что теперь островные колдуны всю Ойкумену перевернут в поисках отступника.

Бедный Ло. Если это был он, то теперь ему придётся несладко. И всё я виноват — не спешил для него Ключи собирать. Считай, подтолкнул колдуна к решительным действиям. Решительным и очень рискованным. Вилоры, наверное, уже его ищут. И ведь нечем помочь.

Кстати… А нужна ли теперь ему моя помощь? Вдруг в межречинской сокровищнице было больше пяти десятков семян? Там же забрали и княжьи, и орденские. Может, Ло уже и так свой пропуск собрал?

С Его Величеством, который едет со славгородцами, в дороге даже взглядом перекинуться сложно. Может рискнуть и попробовать пошушукаться с Крюгером? Но нет, это слишком опасно. Тут разве что опять повторять ночью с Кэйлором наш прежний фокус. Хайтауэр, поди, не глупее меня. Если решит, что нам нужно срочно поговорить, на привале подаст мне знак.

Единственное, на что я отважился — это, поймав на себе взгляд барона, одними губами шепнул ему: Ло? И вопрос на лицо натянул. Крюгер только зло зыркнул в ответ — мол, заткнись — и тряхнул головой. Он со мной не согласен. И, наверное, барон всё же прав. Может то и не Ло. Закрытые двери, оставленные бобы. Может всё же, и правда, отступник-Вилор?