Залп ракетами в упор по ногам второго «Титана» вызвал огненное облако, и огромный мех пошатнулся, а потом начал медленно заваливаться набок — повреждённая нога подломилась и перестала служить ему надёжной опорой. Но все его орудия остались целы, и пилот включил полётные двигатели и начал разворачиваться лицом к «Владыке», чтобы иметь возможность вести по нему огонь.

Два уцелевших «Титана» скрестили на прототипе лучи лазерных пушек. Лиза включила поглощение энергии, и лазерные лучи бессильно заскользили по броне её мобильного доспеха. Поглощённая энергия направилась в энергоячейки, пополняя израсходованный запас. Пилоты «Титанов», видя, что лазерное оружие бессильно, переключились на плазмопушки — с тем же эффектом, вернее, его отсутствием. И тогда они двинулись врукопашную.

Лиза не стала их дожидаться. Рой дронов снялся с диска на спине «Владыки» и зашёл на «Монолит», который почти дополз до ворот. Сам «Владыка» взмыл над поверхностью астероида и открыл огонь по «Титанам», которые последовали за ней. Но в скорости и манёвренности они значительно уступали прототипу, и вёрткая машина кружила вокруг них, поливая их залпами плазмопушек. Броня «Титанов» была слишком толстой и прочной, чтобы её можно было пробить, но Лиза сосредоточила огонь на сочленениях ног, раз за разом стреляя в одно и то же место, пока не добилась своего — «Титан» потерял ногу.

Всё это время по ней вели огонь из плазмопушек, пополнив запас энергии до максимального, и Лиза решилась рискнуть. Она опустилась на полигон, три «Титана» последовали за ней, два безногих остались висеть над поверхностью, третий приземлился. Лиза включила ускорение, манипулятор меха засветился от сконцентрированной на нём энергии, рывок, удар, смявший кокпит и ему, и «Титан» повалился на грунт, судорожно дёргая конечностями.

Два безногих меха кружили над ней, поливая её из плазмопушек. Лиза даже не пыталась уклоняться — ей на руку были попадания по «Владыке». Она направилась к «Монолиту», который наконец добрался до ворот и принялся бурить их, пока дроны пытались пробить брешь в его броне. «Титаны» полетели за ней, пополняя запас энергии с каждым залпом. Потом попытались повторить ракетную атаку. Лиза вновь проделала уловку с петлёй, остановкой и ускорением, и паук лишился ещё нескольких ног. Но бурить не перестал.

Лиза снова взлетела. Ей нужно было избавиться от «Титанов», прежде чем осуществить пришедший ей в голову план. Подлетев к одному из покалеченных мехов, она применила сверхудар, смяв кокпит вместе с пилотом. Лиза на мгновение зажмурилась от перегрузки — каждый раз ювелирно выдавать технику, что до этого отрабатывалась на полигоне, оказалось выматывающим психически, но упрямо тряхнула головой и устремилась к следующему.

Тот поспешно отступил, но бегство ему не помогло — он не мог состязаться в скорости с «Владыкой». Покончив и с ним, Лиза вернулась к пауку. После двух сверхударов накопитель опустел на треть. Но по её расчётам ей должно было хватить этой энергии, чтобы задействовать самое мощное оружие прототипа.

Режим сверхсжатия. Михалыч полчаса описывала ей научное обоснование режима работы, как стангеры концентрируют и сжимают поток плазмы. Лиза покивала и спросила:

— То есть это гигапушка?

Микаэла сделала фейспалм, но согласилась:

— Да, это гигапушка… но это не просто гигапушка! Это еще и гигамеч!

Сжатый поток плазмы на испытаниях расплавил броню, но полностью разрядил энергоячейки. Если использовать режим сверхсжатия не на полной мощности, его хватит, чтобы покончить с «Монолитом» — и, возможно, останется чуть-чуть, чтобы перезарядить «Владыку».

Лиза отозвала дронов, тщательно прицелилась, встав сбоку, чтобы не повредить ворота, и задействовала режим сверхсжатия. Перед «Владыкой» возник пульсирующий шарик плазмы. Он рос, становился ярче, пульсировал всё сильнее, пока не взорвался, выпустив широкий конус плазмы, расплавивший всё, что попало в его поле действия.

«3 % энергии», — бесстрастно сообщил монитор расхода энергоячейки.

Лиза быстро спустилась во внутренние помещения базы и бегом помчалась к стойке с накопителями. В одиночку перезаряжать «Владыку» было той ещё задачей, но она справилась и поспешила к ангару.

— Лиза! — кинулась к ней Микаэла. — Ты победила?

— Конечно, — ответила девушка. — Но мы в окружении, и у меня есть план, как прорвать блокаду. Мы сделаем так…

Ворота ангара открылись, выпуская эвакуационный транспортник. Набирая ход, он нёсся прямо на один из кораблей оцепления. Тот приготовился стрелять на поражение, но тут его сенсоры зафиксировали растущую энергетическую сигнатуру. На обшивке транспортника стоял «Владыка», заряжая свою гигапушку. Выстрел в режиме сверхсжатия буквально смёл корабль оцепления.

— Цель успешно поражена, — доложила Лиза, двинула манипулятором, собираясь отцепиться от обшивки, но Владыка никак не отреагировал. Спустя еще пару судорожных движений она поняла, что ошиблась и режим Перегрузки сожрал всю энергию без остатка.

— Её нужно вытащить! — крикнула Михалыч, осознав, что происходит. — Лиза, готовься открыть кокпит!

— Стоит ли? — засомневался Санти. — Мех зафиксирован магнитной подошвой, мы вышли на маршевую скорость, выйдем за пределы поражения и уже тогда эвакуируем из кокпита.

— Нет, колония стангеров сейчас обесточена. Её собьёт любой случайный выстрел!

— Чего?.. — не понял Санти.

— Потом объясню!

Санти кивнул. «Деспот», громыхая, прошествовал в шлюз и выбрался на поверхность транспортника, протопал до застывшего «Владыки» и постучал по ноге.

— Титания, вылезай, я подхвачу.

Романова с усилием отжала механический рычаг, радуясь, что инженерный гений Михалыча предусмотрел случай полной разрядки мобильного доспеха. Створки кокпита раскрылись и именно в этот момент случилось то, о чем предупреждала Микаэла. Спешащие закрыть брешь и догнать беглеца корабли неприятеля открыли огонь, и «Владыка» попал под случайный выстрел, сорвавшись с обшивки. Лиза, не успевшая вылезти, с криком заметалась по кокпиту.

— Лять, — отрывисто выругался Санти и, не думая, прыгнул следом. На прыжковых двигателях он добрался до дрейфующего «Владыки», сцапал в охапку Лизу, рыдающую, что она не может бросить «Владыку», и оттолкнулся от безжизненного меха. Но возникла проблема — транспортник был уже далеко, и мобильный пехотный доспех никак не мог догнать его.

— Замедляемся! — крикнула Михалыч пилоту. — Мы должны их подобрать!

— Спятили⁈ — возмутился тот. — Пока мы будем тормозить и маневрировать, нас подстрелят!

— Мы своих не бросаем!

— Делай! — решился Сергей Романов, переглянувшись с товарищами. — Мы вылетим на «Эспадах» и прикроем юную госпожу.

— Вы там совсем рехнулись⁈ — возмутилась Микаэла. — Героического самоубийства нам только не хватало!

Начавшуюся перепалку остановил голос, раздавшийся в их головах:

«Никто не будет изображать Матросова. Кавалерия близко».

Транспортник замедлился, готовясь принять на борт беглецов. И всё это под огнем противника, что приближался, грозя замкнуть образовавшуюся брешь.

— Прости, — всхлипнула Лиза, едва оказавшись перед Михалычем. — Мы потеряли прототип…

— Mi madre es una mujer, la muerte de los hombres! (Мать моя женщина, погибель мужчин!) — возмутилась Микаэла. — Дурочка, я же за тебя переживаю! Как бы мы могли жить без тебя, зная, что ты ненужно пожертвовала собой ради меня⁈

Но тут в крейсер, что был ближе всех, чтобы перехватить беглецов, словно врезался сверкающий болид.

— А вот и кавалерия… — с облегчением выдохнул пилот, глядя на приближайся флот Департамента.

Точнее, это был не совсем флот, лишь ближайшие несколько кораблей, что откликнулись на просьбу Ведьмака, среди которых был носитель рельсовой пушки.

И Магнусам предстояло решить, стоит ли углублять конфликт.

Стратег оценил количество пришедших на выручку кораблей, прикинул, не дать ли генеральное сражение, но перевес сил был не в пользу Магнусов.