— Жаль, нет времени ещё немного тебя порасспрашивать — не хочется терять лишний день — но император, которого ты подменил, нам сегодня не так уж и нужен. Надеюсь, он выживет. Ну а нет, так и ладно.

Мы над портом. Внизу суета. Пристань ломится от народа, спешащего подняться на стоящие у берега корабли. Уходящие к центру города улицы тоже забиты людьми и повозками. Нападение гахаров наделало шума. Эсперона бурлит.

В центре тоже достаточно людно. Но тут больше солдат, чем простых горожан. Стражники силятся навести хоть какое-то подобие порядка в объятом паникой городе. Судя по крикам и ругани, получается у них это так себе. Народ слишком сильно напуган. Все куда-то бегут, все торопятся.

Ну а вот и дворцовая площадь. И тут тоже даже близко не пахнет спокойствием. Вот, куда подевались все люди. Под балконом, на котором мы несколько дней назад «любовались» небесным пожаром, собралась многотысячная толпа.

— … мы предпринимаем все необходимые меры, — долетает до меня усиленный громогласом голос первого министра Альберто Бочелли. — Паладины и Тёмные заняты поисками злодеев. Император находится в надёжном укрытии. Беспокоиться не о чем…

Всё! Нас заметили. То есть, почувствовали. Среди стоящих рядом с министром людей есть Идущий. Предупреждённый о накрывшей их глуши Бочелли, прервав свою речь, испуганно пятится к выходу с балкона. Стража вскинула луки и арбалеты. Но как без даров защищаться от невидимого врага?

— Беспокоиться есть о чём.

Ох, как громко. Хорошо хоть, что рыжая тварь перехватила свой живой груз за ногу, и я снова болтаюсь под ней колбасой.

Внизу крики. В нас со всех сторон летят стрелы. То есть, в них. Я остался невидимым. А вот оба гахара решили себя показать.

— Меня зовут Гах Лен Трод. Я гахар. Звёздный демон, как нас называют глупцы и невежды.

То ли у рыжей твари среди прочих, добытых уже здесь, на Ойкумене, даров есть и тот, что даёт ей возможность громыхать, как наш Лир, то ли голос урода усилен плетением. Тьфу ты! От переживаний весь ум растерял. Какой дар? Мы под глушью. Будь иначе, в гахаров бы сейчас летели не только стрелы, что бессильно отскакивают от незримых щитов.

— Жители Эспероны, — не обращая внимания на попытки стрелков их достать, продолжил Лен Трод, — слушайте меня очень внимательно. Вам передавать мои слова дальше. Тем из вас, кто переживёт этот день.

Крики ужаса, охватившие площадь, ещё больше усилились. Внизу давка. Толпа превратилась в живое штормящее море. Ни про какое «слушать» и уж тем более про «внимательно» там речь не идёт. Люди в панике спешат убраться подальше отсюда.

Но слушать придётся. Тут и уши заткнуть не поможет. Рёв гахара разносится на версту во все стороны.

— Вас обманывают. Нам плевать на ваш жалкий отсталый мирок. Мы хотим одного — побыстрее убраться отсюда.

Если в образе Истинного Хранителя Равновесия рыжеволосая красотка, пожалуй, и правда, смотрелась бы менее грозно, чем высокий, могучий мужик, то ревущая громом баба, объявившая себя демоном — просто страх во плоти. Всех, кто был на балконе, кроме пары стрелков — видно Светлые — в один миг словно ветром сдуло. А вот людям на площади убраться отсюда сложнее. Крики боли и стоны, разбавившие звучащую под нами многоголосую песнь ужаса — это только начало. Давка с паникой убьют ещё многих.

— Повторяю: нам плевать на ваш мир. И на Истинный Мир, и на прочие пояса. Как только мы получим такую возможность, мы сразу же отсюда уйдём. Нам нет дела до Ойкумены. Мы здесь ловим своих врагов, как и мы явившихся со звёзд колдунов: Ло и Хо. Они оба уже перебрались на Истину. И мы тоже стремимся туда.

Вот же хитрая тварь. И не врёт — хотя, даром сейчас не проверить — и всей правды не говорит. Вон, Августо хотел тогда отпустить их на Истину, а теперь эту мысль императора, поди, сразу подхватят. Им плевать на наш мир… Ага, как же. То-то небо недавно пылало.

— Мы догоним своих врагов, — продолжал громогласно вещать Гах Лен Трод. — С вашей помощью или без, но это в любом случае произойдёт. Вопрос упирается только во время. Если вы не поможете нам, не заставите своих Тёмных, как прежде, собирать плоды Бездны, мы накажем вас.

А стрелы всё летят и летят. Даже пара снарядов баллисты ударилось в щит. Расстояние подобрано так, чтобы, вроде и близко, и хрен им при этом что сделаешь, гадам. Высота, на которой зависли гахары, не даёт паладинам достать их плетениями. Или, может быть, нелюди всё это время каким-то образом отражают атаки орденцев? «Пылевой» бой бесшумен и незаметен для глаза. По крайней мере, я не вижу его. Чужие плетения от меня скрыты. Может, у таких мастеров, как гахары, оно по-другому?

— Через вас я сейчас обращаюсь ко всем жителям Ойкумены, — громыхал Гах Лен Трод. — Нам нужны семена. Либо мы их получим, либо все, кто не смог или не захотел нам помочь, будут убиты. Эсперона послужит примером другим. Поддавшись на уговоры поверивших лжецу-Ло идиотов, ваш правитель решил, что наши угрозы — пустяк. Нас ждала здесь ловушка. Вот этот бездушный, — лишил меня нелюдь невидимости, качнув за ногу в отставленной в сторону руке, — набросил на себя личину императора. Очень глупо. Против нас вы со всеми своими смешными плетениями и дарами — не больше, чем жалкие букашки. Каждый, кто бросит нам вызов, умрёт.

— Отпусти его!

Появившаяся на балконе словно из ниоткуда белобрысая худая девчонка отшвырнула в сторону больше не нужный ей громоглас и внезапно поднялась в воздух.

— Ло⁈

От удивления нелюди на секунду застыли. Но заминка продлилась недолго. Из открытых ладоней обоих гахаров в сторону резко рванувшейся к земле девушки помчались светящиеся огненные стрелы. Миг — и, вновь став невидимыми, мы несемся на перехват.

Неужели… Но как⁈ Он вернулся! Но тело… Личина? Или всё же не он? Тогда кто? Летает под глушью…

Ох! Она тоже исчезла! Ну точно Ло. Больше некому. Кто ещё на такое способен?

Мы несёмся к земле и вперёд. Под нами толпа. Ниже, ниже… Сейчас долбанусь о кого-нибудь головой. Дико орущие, безуспешно пытающиеся удрать с площади люди всё ближе и ближе.

Резко в сторону. Они что же, как-то видят его? Ло свернул, и гахары за ним? Точно видят! Светящиеся лучи, выдавая курс нелюдей, и летящего над толпой колдуна-невидимки, мчатся к цели один за другим, ярко вспыхивая пламенными всполохами при столкновении с мостовой или, что куда чаще, с каким-нибудь бедолагой. Промахи гадов мгновенно превращают людей в орущие факелы.

И ещё один поворот. И ещё. Как они его видят? Или, может-быть, чувствуют? Мозговое свечение… Или как там его? Нет, для это разделяющее нас расстояние чересчур велико. Это что-то другое.

Йок! Я всё же кого-то достал. Хоть плечом, не башкой. Брось меня! Я мешаю! Сами играйте в свои догонялки.

Йока с два. Мою ногу по-прежнему сдавливают железные пальцы. Лен Трод боится, что дух Ло, когда нелюди прикончат его новое девчоночье тело, перепрыгнет в меня. Гахары расходятся в стороны. Хотят взять выписывающего над площадью кренделя колдуна в клещи.

Что⁈ Как⁈ Второй нелюдь, время от времени выдававший своё быстро меняющееся местоположение то и дело вылетавшими из ниоткуда огненными лучами, только что прямо в воздухе развалился на части. Внезапно ставшая видимой, как и сам гахар, кровь обдала брызгами бросившихся в разные стороны орущих от страха людей. Его словно разрубили мечом налету. Причём, вдоль.

Он мёртв… Нелюдь мёртв! Но как… Притаившийся в толпе паладин достал гада в прыжке? В очень-очень высоком прыжке. И невидимого… А ведь нелюдь не так уж и часто метал свои стрелы. Между вылетом каждой проходила едва не секунда. За это время гахар успевал пролетать очень даже немаленькое расстояние. Причём, не по прямой. Они мечутся над площадью, как и удирающий от них Ло, словно путающие след зайцы.

— Они оба здесь! Ложь про Истину, чтобы нас обмануть…

В голосе резко остановившегося Лен Трода удивление разбавлено страхом. Так вот, кто прикончил второго нелюдя. Ло вернулся сюда не один. Они примирились! Хо с нами!